Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Нотариальная тайна в уголовном судопроизводстве

15.03.2012

Д.К. Закройщикова,

нотариус Староминского нотариального округа Краснодарского края,

кандидат юридических наук

 

Аннотация. Автор на основе исследования правового режима нотариальной тайны останавливается на процедурных вопросах ее сохранения во взаимоотношениях с правоохранительными органами.

Ключевые слова: нотариальная тайна, уголовно-процессуальные действия, допрос, выемка, обыск.

 

Notarial secret in criminal legal proceedings.

D.K. Sakroishchikova

Annotation. The author on the basis of research of a legal regime of notarial secret stops on points of order of its conservation in relationships with law of enforcement bodies.

Keywords: notarial secret, criminally-remedial actions: interrogation, dredging, search.

Впервые в России сведения о нотариальной тайне нашли отражение в статье 23 Положения о нотариальной части от 14 апреля 1866 г. Свода законов Российской империи. Том XVI: «По всем поручаемым Нотариусу делам и относительно актов и документов, находящихся у него на хранении, он обязан соблюдать тайну, за исключением случаев, в законе указанных. Нарушение сего подвергает его ответственности по статье 423 Уложения о наказаниях» [i]. Примерно такую же редакцию, когда тайна касалась документов, актов и порученных нотариусу дел, имели первые Положения о государственном нотариате РСФСР, 1922 и 1923 гг. [ii], заложившие основы нотариата рабоче-крестьянского государства.

Однако ЦИК и СНК СССР своим Постановлением от 14 мая 1926 года «Об основных принципах организации государственного нотариата» закрепили обязанность нотариусов соблюдать тайну выполняемых (совершаемых) ими нотариальных действий, и именно этот принцип, когда условия тайны распространяются на нотариальные действия, постоянно присутствовал на всем протяжении советского периода [iii].

Основы законодательства Российской Федерации о нотариате (далее – Основы), утвержденные Верховным Советом Российской Федерации 11 февраля 1993 г. за № 4462-I [iv], опираясь на нормы международного права, закрепляющие неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, инспирировали институт нотариальной тайны в нескольких аспектах.

А именно нотариус, впервые назначенный на должность, приносит присягу и обязуется хранить профессиональную тайну (статья 14 Основ); нотариус обязан хранить в тайне сведения, которые стали ему известны в связи с осуществлением его профессиональной деятельности (статья 16 Основ); нотариусу (и иным сотрудникам нотариальной конторы) запрещается разглашать сведения, оглашать документы, которые стали ему (им) известны в связи с совершением нотариальных действий (статья 5 Основ); должностные лица нотариальной палаты обязаны сохранять тайну совершения нотариальных действий (статья 28 Основ); нотариус, занимающийся частной практикой, несет полную имущественную ответственность за вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица в результате разглашения сведений о совершенных нотариальных действиях (статья 17 Основ); разглашение сведений о совершенном нотариальном действии, повлекшем причинение имущественного вреда гражданину или юридическому лицу, образует фактический состав страхового случая по договору страхования гражданской ответственности нотариуса, занимающегося частной практикой (статья 18 Основ).

О соблюдении тайны совершаемых нотариальных действий и запрете на разглашение сведений и документов говорится в пункте 4 Инструкции о порядке совершения нотариальных действий главами местных администраций поселений и муниципальных районов и специально уполномоченными должностными лицами местного самоуправления поселений и муниципальных районов [v].

В статьях 1123 и 1125 Гражданского кодекса РФ говорится о тайне завещания как подвиде нотариальной тайны, которую нотариус, другое удостоверяющее завещание лицо, переводчик, исполнитель завещания, свидетели, а также гражданин, подписывающий завещание вместо завещателя, не вправе разглашать до открытия наследства.

Приведенные выдержки из норм закона и нормативных актов очерчивают значимость нотариальной тайны охранно-запретительными эпитетами (хранить, сохранять тайну, запрещается разглашать и оглашать). При этом Основы обязывают хранить профессиональную тайну, сохранять тайну совершения нотариальных действий, запрещают разглашать полученные сведения, оглашать документы и тем самым определяют предмет охраны – это сведения, документы, полученные в результате профессиональной нотариальной деятельности, да и сам факт совершения нотариального действия составляет тайну.

Отсюда вывод, что вышеперечисленное, составляющее предмет охраны, и является одним из элементов нотариальной тайны.

Такой элемент, как соблюдение тайны – это не только одна из ее составляющих, но и один из главнейших правовых принципов [vi] осуществления нотариальной деятельности, который нашел отражение как в разработках советского правоведения [vii], так и в теоретических основах независимого нотариата России [viii].

Более того, основополагающие начала и основные идеи, на которых базируется принцип соблюдения тайны в деятельности нотариуса, заложены в Конституции Российской Федерации, а именно в статье 2, в соответствии с которой «человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства». В статье 23 сказано: «Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени», а согласно статье 24 «сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются». Именно вышеизложенные конституционные предпосылки являются объективной правовой основой, инициирующей нотариальную тайну и ее законодательное закрепление [ix].

Член Комиссии по международному нотариальному сотрудничеству Мишель Мерлотти подчеркивал: «Мы только что установили огромную важность принципов независимости и беспристрастности. Но этих опор еще недостаточно, чтобы нести на себе всю систему, все здание, именуемое “нотариат”. Свободный нотариат должен иметь еще и третью опору – профессиональную тайну» [x].

Обычно проблемы профессиональной тайны рассматриваются с этической точки зрения. Фридрих Энгельс отмечал, что «каждая профессия имеет свою собственную мораль» [xi], которая так или иначе проявляется в следовании нравственному долгу в той или иной профессиональной деятельности.

Нотариус соприкасается с информационным миром клиента не в силу того, что последний добровольно рассказывает ему об этом или совершает действия в процессе нотариальных взаимоотношений, а в силу того, что определенные обстоятельства вынуждают клиента обращаться к нотариусу. И сведения, полученные в силу этих обстоятельств (причин), для нотариуса приобретают смысл охраняемой профессиональной тайны. Это вынужденное доверие, на которое клиент обречен, требует известных гарантий от возможных злоупотреблений, прежде всего, правовых гарантий. Закон, возлагая на нотариуса обязанность соблюдения тайны нотариального действия, охраняет таким образом интерес личности в том, что нотариальное действие и сведения, полученные при его оформлении, останутся в тайне. Ответственность нотариуса придает этой охране реальный характер.

Сохранение профессиональной тайны – это не только интерес личности, но и функциональная потребность государства, так как именно государство заинтересовано в правильности проведения нотариальной процедуры и установления достоверности заключаемых гражданами сделок на основе начал гражданского законодательства (статья 1 Гражданского кодекса РФ): недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, неприкосновенность собственности, свобода договора и т.д. с соблюдением критериев неотчуждаемости и непередаваемости таких нематериальных благ, как неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна.

Термин «нотариальная тайна» в наше время всплывает в Указе Президента Российской Федерации от 6.03.1997 г. № 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» [xii], и из этого акта нотариальную тайну можно определить как любые сведения, связанные с профессиональной деятельностью нотариуса, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Авторы проекта особенной части федерального закона «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации» в статье 180 дают следующее определение нотариальной тайны: «Сведения, сообщаемые лицами, обратившимися за совершением нотариального действия, нотариусу или лицу, уполномоченному на совершение нотариального действия, в конфиденциальном порядке составляют нотариальную тайну» [xiii]. С их позицией следует согласиться, так как нотариальная тайна шире понятия тайны нотариального действия, потому что в процессе совершения нотариальных действий нотариусу становятся известными и другие сведения, в том числе и конфиденциального характера, а именно банковская, налоговая тайна, сведения из личной жизни гражданина и т.д. В статьях 180–182 названного проекта фактически закрепляются элементы правового режима нотариальной тайны [xiv], что вполне солидаризуется с Концепцией проекта федерального закона «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации», в которой говорится о том, что планируется определить понятие тайны совершения нотариального действия, последствия ее разглашения, случаи, объем информации и круг лиц, когда информация о совершенном нотариальном действии может быть раскрыта; установить обязанность по возврату по миновании надобности изъятых нотариальных документов и реестров нотариусу или органу, осуществляющему их хранение [xv].

Сохранение профессиональной тайны является атрибутом профессиональной деятельности нотариуса, следуя которому нотариус обязан хранить тайну совершенного нотариального действия, соблюдать доверительные отношения между нотариусом и обратившимися лицами по поводу нотариального действия или получения другой конфиденциальной информации. Законопроектом предлагается установить, что для осуществления нотариальной деятельности нотариус обязан иметь нотариальную контору.

Помещение нотариальной конторы должно обеспечивать тайну совершения нотариального действия, сохранность нотариальных документов, а также печатей, штампов и бланков нотариуса. Нотариус обязан также в определенных законом случаях в установленные сроки представлять сведения (документы), запрашиваемые уполномоченными органами, а при необходимости являться лично для участия в надлежащем рассмотрении дел и решении вопросов, соблюдая при этом требования законодательства о тайне совершения нотариального действия [xvi]. Обязанность сохранения тайны нотариального действия заложена также в пункте 1.2.3 Этического кодекса нотариусов Европы [xvii].

Попытка умалить эту обязанность некоторыми гражданами заканчивалась отказом в принятии жалоб к рассмотрению и констатацией Конституционным Судом Российской Федерации того факта, что обязанность нотариуса хранить в тайне сведения, которые стали ему известны в связи с осуществлением им профессиональной деятельности, направлена на реализацию конституционных гарантий неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны [xviii].

Следует учитывать, что обязательство хранить профессиональную тайну по своей природе абсолютно, и только в исключительных случаях, установленных законодательством, нотариус может предоставить соответствующим лицам требуемую нотариальную информацию. Но в любом случае исключение может касаться только определенного нотариального действия или определенного клиента, которого обслуживал нотариус. Правоохранительные и судебные органы не могут запрашивать у нотариуса информацию о всех нотариальных действиях, в противном случае подобное может быть расценено как вмешательство органов власти в сферу нотариата, что недопустимо.

Поэтому, прежде всего во взаимоотношениях с правоохранительными органами, нотариус должен понимать, что никто не освобождает его от ответственности за непринятие мер по сохранению нотариальной тайны при выполнении запросов правоохранительных органов и при участии в следственных действиях, что эти учреждения ни на каком уровне своей власти не могут воздействовать на нотариуса в части нарушения им своих обязанностей и подвигнуть к выполнению действий в нарушение требований Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

Повестка – это первый письменный документ, свидетельствующий о взаимоотношениях нотариуса с правоохранительными органами и содержащий информацию об основаниях вызова нотариуса к прокурору, следователю, дознавателю и иным должностным лицам органа дознания и соответствующего следственного подразделения.

В статье 188 Уголовно-процессуального кодекса РФ подчеркивается, что свидетель, потерпевший вызывается на допрос повесткой, в которой указываются, кто и в каком качестве вызывается, к кому и по какому адресу, дата и время явки на допрос, а также последствия неявки без уважительных причин. Повестка вручается лицу, вызываемому на допрос, под расписку либо передается с помощью средств связи. Следует обратить внимание на то, что с помощью средств связи передается повестка как документ, а не содержание повестки по телефону [xix], что очень часто имеет место в практике работы правоохранителей. Аналогичен порядок вызова на допрос подозреваемого и обвиняемого, находящихся на свободе. Также следует настоять в получении от органа дознания, следователя официального документа о вызове к ним на допрос в процессе проверки заявлений в порядке статей 144, 145 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Официальность во взаимоотношениях с органами государственной власти является одним из признаков конфиденциальности, образующих режим нотариальной тайны. Наличие официального документа о вызове подтверждают факт выполнения проверочных и следственных действий с участием нотариуса и факт составления с участием нотариуса процессуального документа: протокола получения объяснения, допроса, осмотра, выемки, обыска, наложения ареста и т.д.

Должностные лица органов прокуратуры и органов предварительного расследования обязаны ознакомить нотариуса с документом (заявлением, сообщением и т.д.), который послужил для вызова к соответствующему должностному лицу и опросу (допросу) нотариуса. Отказ нотариусу в ознакомлении с указанным документом существенно нарушает его права. Так, согласно части четвертой статьи 29 Конституции Российской Федерации «каждый имеет право свободно получать информацию любым законным способом». В части второй статьи 24 Конституции Российской Федерации говорится об обязанности должностных лиц обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы.

Обращаю внимание на то, что уголовно-процессуальное законодательство обязывает соответствующий орган и должностное лицо проверить принятое сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении. Однако не указывается, в каком виде проводится эта проверка. В статье 144 УПК РФ говорится только о том, что проверяющий вправе требовать производства документальных проверок, ревизий и привлекать к их участию специалистов. Но этого недостаточно. Это значительно уже полномочий, предусмотренных в ранее действовавшей статье 109 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, когда проверяющий наделялся правом истребования необходимых материалов, получения объяснений. Мы видим непоследовательность законодателя в этой части, а поэтому регулирование данных вопросов приобрело, в известном смысле, паллиативный характер.

Право вызывать должностных лиц и граждан для дачи объяснений по поводу нарушений законов направлено на то, чтобы закрепить имеющуюся информацию, определить круг очевидцев происшедшего. Объяснения имеют большее доказательственное значение и в совокупности с другими материалами проверки содержат сведения о наличии признаков преступного деяния, нарушения закона.

Судебная практика Верховного Суда РФ имеет прецеденты, подтверждающие, что объяснения, полученные до возбуждения уголовного дела, сохраняют доказательственное значение в ходе дальнейшего производства по уголовному делу, в связи с чем они могут быть положены в обоснование обвинительного приговора в случае изменения лицом своих показаний в ходе судебного заседания [xx]. В то же время нельзя не отметить, что получение объяснений неотделимо от гарантий соблюдения прав и интересов граждан. К таким гарантиям можно отнести, в частности, запрет домогаться сведений путем физического или психического насилия или других незаконных мер, право лица знакомиться с текстом объяснения и вносить в него необходимые, с его точки зрения, дополнения и поправки и т.д. И, конечно, неотделимое право любого человека не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников (статья 51 Конституции РФ) должно учитываться при получении объяснения.

Таким образом, получение объяснения от нотариуса в рамках уголовно-процессуального закона не регламентировано, и, принимая во внимание жесткие требования о сохранности тайны нотариального действия, считаю, что должно быть широкое апеллирование к постулатам статьи 51 Конституции России о том, что никто не обязан свидетельствовать против себя самого. Нотариус должен понимать, что раскрытие существа проведенного им нотариального действия без согласия лиц, от имени или по поручению которых совершены эти действия, в будущем может рассматриваться как свидетельствование и против себя, и против этих лиц. В пункте 6 Постановления Конституционный Суд РФ от 20.02.1996 г. № 5-П указано: «Положение статьи 51 (часть 1) Конституции Российской Федерации в соотнесении со статьями 23, 24, 45, 46 и 52 Конституции Российской Федерации означает недопустимость любой формы принуждения к свидетельству против самого себя или своих близких. Из неотъемлемого права каждого человека на защиту себя и своих близких, права каждого человека не свидетельствовать против самого себя и не быть принуждаемым к даче таких показаний вытекает, что как в части 1, так и в части 2 статьи 51 в число лиц, которые освобождаются от обязанности давать свидетельские показания, включаются те, кто обладает доверительной информацией, будь то в силу родственных связей или по роду своей профессиональной деятельности (адвокат, священник и т.п.). Распространение такой информации в форме свидетельских показаний по существу означает, что лицо, сообщившее (доверившее) ее, ставится в положение, когда оно фактически (посредством доверителя) свидетельствует против самого себя» [xxi].

Однако как обходить эти житейские обстоятельства, которые парализуют при таком подходе любую оперативно-поисковую работу? Например, к нотариусу поступает запрос полиции о том, что обнаружены нотариальные бланки с признаками подделки и т.д. В этой ситуации нотариус вполне самостоятельно может убедиться по сведениям своего реестра об исполнении им данного нотариального действия и сопоставить свои подписи и оттиски печати с приложенной к запросу копии подозрительного документа. Если подлог действительно имеет место, то незамедлительное обращение в органы полиции с требованием возбуждения уголовного дела и есть действие, направленное на защиту и соблюдение нотариальной тайны. Дальнейшие процессуальные мероприятия (опрос, допрос, выемка и т.д.) направлены на изобличение лиц, совершивших преступление и подставивших под удар не только конкретного нотариуса, но и весь нотариат.

На стадии до возбуждения уголовного дела нотариус в силу статьи 16 Основ не обязан предоставлять органам предварительного расследования информацию о совершенных нотариальных действиях не только в виде объяснений, но также и в виде справок.

В соответствии со статьей 5 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате справки о совершенных нотариальных действиях выдаются по требованию суда, прокуратуры, органов следствия в связи с находящимися в их производстве уголовными делами. В запросе органов предварительного расследования должна содержаться информация о дате возбуждения уголовного дела и должностном лице, вынесшем постановление о возбуждении уголовного дела; пункт, часть, статья Уголовного кодекса РФ, на основании которых возбуждается уголовное дело, номер уголовного дела и фамилия должностного лица, у которого в производстве оно находится. А также вкратце излагается фабула дела, причем понятная для нотариуса и ориентирующая его на предоставление именно таких сведений о нотариальном действии, с которыми связано доказывание события преступления. В том же ракурсе излагается и запрос суда, рассматривающий уголовное дело по существу. Таким образом, до официального возбуждения дела запросы о совершенных нотариальных действиях исполняться не должны. Причем по любому запросу следователя (дознавателя) нотариус должен ограничиться отражением в справке запрошенных ими конкретных сведений и обязан воздержаться от предоставления им всего нотариального производства (дела) или его копии.

Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» [xxii] закрепляет различные формы реализации полномочий прокурора, направленные на выявление, устранение и предупреждение нарушений закона, в том числе прокурор вправе вызывать должностных лиц и граждан для дачи объяснений по поводу нарушений законов. В связи с этим следует иметь в виду, что приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 7.12.2007 г. № 195 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов, соблюдением прав и свобод человека и гражданина» [xxiii] прокурорам предписано (пункт 6), что при рассмотрении сигналов о правонарушениях в сферах, на которые распространяется действие законодательства о банковской, налоговой и иной тайне, руководствоваться порядком, установленным для таких случаев законом.

Основы о нотариате предусматривают возможность реализации запросов прокурора только по находящимся в его производстве гражданским и административным делам. В силу статьи 37 УПК РФ прокурор не уполномочен в пределах своей компетенции осуществлять предварительное расследование, и, следовательно, в его производстве не могут находиться уголовные дела. Авторам учебного пособия о нотариате больше всего импонирует ситуация, когда прокурором истребуется информация о совершенных нотариальных действиях в судебном порядке, что в наибольшей степени способствует обеспечению нотариальной тайны [xxiv].

В гражданском судопроизводстве вполне аргументирована позиция Л.Г. Письменюк в части выполнения запросов судов о предоставлении из нотариального архива подлинных документов или их надлежаще заверенных копий. Процесс этот регулируется путем свидетельствования копии документа с соблюдением установленной законом процедуры совершения названного нотариального действия, совершением оплаты, внесением записи в реестр нотариальных действий и выдачей лицам, от имени или по поручению которых совершено нотариальное действие [xxv].

К этому добавим, что на информационно-правовом портале «Гарант» опубликовано письмо Федеральной нотариальной палаты, в котором подчеркивается, что «законные распоряжения судов, их требования, поручения, вызовы и другие обращения обязательны для всех и подлежат неукоснительному исполнению. Нотариус – не исключение. Поэтому по требованию суда он должен представить копию наследственного дела. Для представления суду ее следует оформлять так же, как и для передачи другому нотариусу. Копии всех документов, находящихся в наследственном деле, заверяются подписью и оттиском печати нотариуса с воспроизведением Государственного герба России. В указанном случае изготовление копий документов не является нотариальным действием и не отражается в реестре, в котором регистрируются последние» [xxvi].

Кроме указанных лиц, нотариус тесно соприкасается в уголовном судопроизводстве и с деятельностью адвокатов.

В соответствии с пунктом 1 части 3 статьи 6 Федерального закона от 31.05.2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатам предоставлено право собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, а также иных организаций. Указанные органы и организации обязаны в порядке, установленном законодательством, выдавать адвокату запрошенные им документы или их заверенные копии. Здесь следует руководствоваться принципом, что поскольку действующее законодательство не называет адвоката в числе субъектов, которым могут быть предоставлены сведения, составляющие тайну нотариального действия, то им информация о совершенных нотариальных действиях не может предоставляться [xxvii].

Одной из форм предоставления информации, составляющей нотариальную тайну, является допрос нотариуса в качестве свидетеля по уголовному делу в связи с совершением им нотариальных действий.

В части 3 статьи 56 Уголовно-процессуального кодекса РФ содержится перечень лиц, не подлежащих допросу в качестве свидетелей. К этой категории нотариус не относится, поэтому он не вправе уклоняться от явки по вызовам дознавателя, следователя или в суд, давать заведомо ложные показания либо отказываться от дачи показаний. В противном случае он может быть подвергнут уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных статьями 307, 308 Уголовного кодекса РФ.

В части 2 статьи 51 Конституции Российской Федерации содержится постулат о том, что федеральным законом могут устанавливаться иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания. Однако Основы законодательства Российской Федерации о нотариате не содержат нормы, закрепляющей свидетельский иммунитет нотариуса.

В части 2 статьи 16 Основ закреплено то, что суд может освободить нотариуса от обязанности сохранения тайны, если против нотариуса возбуждено уголовное дело в связи с совершением нотариального действия, но этот тезис носит декларативный характер, так как не требуется никакого решения суда на этот счет (статья 29 Уголовно-процессуального кодекса РФ). Более того, лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, является подозреваемым, который вправе в силу избранной линии защиты самостоятельно определиться с содержанием своих показаний, в том числе и отказаться от дачи любых показаний.

Правила проведения допроса и протоколирование его результатов отражены в статьях 180 и 190 Уголовно-процессуального кодекса РФ, вместе с тем следует обратить внимание на то, что иногда в кабинете следователя при допросе нотариуса могут оказаться и иные лица. Так, в соответствии с частью 7 статьи 164 Уголовно-процессуального кодекса РФ следователь вправе привлечь к участию в следственном действии должностное лицо органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, о чем делается соответствующая отметка в протоколе. В части 7 статьи 190 Уголовно-процессуального кодекса РФ говорится о том, что в протоколе указываются все лица, участвовавшие в допросе.

В связи с этим нотариус вправе требовать от следователя (дознавателя) с занесением в протокол допроса ходатайства о необходимости предупреждения участников названного следственного действия о недопустимости разглашения сведений, в том числе и составляющих нотариальную тайну, с получением от всех подписки с предупреждением об ответственности в соответствии со статьей 310 Уголовного кодекса РФ.

С целью сохранения нотариальной тайны следует шире использовать преференции, предоставляемые законодателем. Так, разбирательство уголовных и гражданских дел во всех судах открытое, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны (статья 241 Уголовно-процессуального кодекса РФ). В соответствии со статьей 10 Гражданского процессуального кодекса РФ (статья 11 Арбитражного процессуального кодекса РФ) разбирательство в закрытых судебных заседаниях допускается и при удовлетворении ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на необходимость сохранения коммерческой, служебной или иной охраняемой законом тайны.

Поэтому следует взять за правило требовать и добиваться того, чтобы судебные процессы по гражданским и уголовным делам с участием нотариуса проходили в закрытом режиме.

Нотариус потенциально причастен к досудебному производству и судебному процессу, так как в силу своих полномочий обеспечивает доказательства, удостоверяет юридические факты, что в уголовно-процессуальном плане более надежно в признании доказательств допустимыми.

В соответствии со статьей 102 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате по просьбе заинтересованных лиц нотариус обеспечивает доказательства, необходимые в случае возникновения дела в суде или административном органе, если имеются основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным.

В порядке обеспечения доказательств нотариус допрашивает свидетелей, производит осмотр письменных и вещественных доказательств, назначает экспертизу, при этом нотариус вызывает указанных лиц, предупреждает свидетеля и эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного показания или заключения и за отказ или уклонение от дачи показания или заключения (статья 103 Основ).

И хотя при выполнении процессуальных действий по обеспечению доказательств нотариус руководствуется соответствующими нормами гражданского процессуального законодательства Российской Федерации, названные действия нотариуса по своей сути схожи с уголовно-процессуальным доказыванием (статья 84 Уголовно-процессуального кодекса РФ) в части собирания доказательств (ст. 85 Уголовно-процессуального кодекса РФ).

В будущем лица, которые обращались к нотариусу, при приобретении статуса участников уголовного судопроизводства (потерпевшие, подозреваемые, гражданские истцы и ответчики и т.д.) вправе ходатайствовать об истребовании нотариально обеспеченных доказательств. В ходе предварительного расследования и судебного разбирательства эти доказательства проверяются, оцениваются и приобщаются к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств, протоколов следственных или судебных действий, в том числе и в виде иных документов, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию.

К процессу собирания и обеспечения доказательств, как правило, широко причастны адвокаты, и нотариус, сотрудничая с ними в этой сфере, соприкасается и с адвокатской тайной, правовой режим которой намного выше тайны нотариального действия. Адвокату в части сбора доказательств выгодно обращаться к нотариусу, так как на законодательном уровне разработана процедура оформления нотариального действия по обеспечению доказательства. Например, нотариально оформленный адвокатский опрос – это документ, составленный нотариусом от имени государства с соблюдением таких формальностей, как установление личности, проверка дееспособности, фиксация места и времени составления, проставление подписи опрашиваемого и иных присутствующих лиц и т.д. Самое главное: факт опроса находит отражение в реестре регистрации нотариального действия, что придает ему признаки доказуемости.

Именно перечисленные процессуальные действия и документы нотариуса привлекательны для следствия и очень часто востребованы для нужд уголовно-процессуального доказывания на стадии расследования уголовного дела.

Механизм принудительного получения информации, составляющей нотариальную тайну, в процессе выемок, обысков, осмотров не должен приводить нотариуса к бездействию, а, наоборот, должен настраивать на более скрупулезную работу со следователем (дознавателем) в плане закрепления охранных мероприятий, препятствующих утечке сведений нотариального характера.

Выемка предметов и документов, содержащих сведения о нотариальных действиях и находящихся в помещении нотариальной конторы, производится только на основании судебного решения и с соблюдением процессуальных правил, предусмотренных статьей 183 Уголовного процессуального кодекса РФ, а именно выемка производится при необходимости изъятия определенных предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, и если точно известно, где и у кого они находятся. Выемка не связана с проведением поисковых мероприятий, и закон не предусматривает права на взлом помещений и иного хранилища во время ее проведения.

В соответствии со статьей 165 Уголовно-процессуального кодекса РФ следователь с согласия руководителя следственного органа, а дознаватель с согласия прокурора возбуждают перед судом ходатайство о производстве выемки, о чем выносится постановление. Ходатайство о производстве названного следственного действия подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня по месту производства предварительного следствия или производства следственного действия не позднее 24 часов с момента поступления указанного ходатайства. В судебном заседании вправе участвовать прокурор, следователь и дознаватель.

Рассмотрев указанное ходатайство, судья выносит постановление о разрешении производства выемки или об отказе в его производстве с указанием мотивов отказа.

В таком же порядке следователь и дознаватель возбуждают перед судом ходатайство о производстве обыска в нотариальной конторе. Основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Конечно, обращает на себя внимание то, что в статьях 29 и 182 Уголовно-процессуального кодекса РФ обыск в служебных помещениях производится без получения предварительного судебного решения, что очень часто приводит на практике к недоразумениям [xxviii].

В связи с этим стоит руководствоваться правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, и, хотя она высказана в отношении выемки сведений конфиденциального характера, составляющих банковскую тайну, эта позиция вполне приемлема и для сведений, связанных с профессиональной деятельностью нотариуса.

Требование о производстве выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях, только на основании судебного решения обусловлено не особенностями проводимого в этих целях одноименного следственного действия, а специфическим характером содержащейся в изымаемых предметах и документах информации. Судебное решение в подобных случаях принимается вне зависимости от того, оформляется их изъятие как результат выемки, проводимой в порядке статьи 183 УПК РФ, или как результат какого-либо иного следственного действия (в том числе обыска), направленного на обнаружение и изъятие именно таких предметов и документов. Таким образом, принимая решение о необходимости получения согласия суда на производство следственного действия, следует в первую очередь учитывать особенности информации, подлежащей изъятию [xxix].

Отсюда сделан вывод, что отсутствие в статье 182 Уголовно-процессуального кодекса РФ прямого указания на необходимость вынесения судебного решения о производстве обыска с целью изъятия (выемки) предметов и документов, содержащих информацию о нотариальных действиях, не означает, что ею устанавливается иной, нежели предусмотренный пунктом 7 части второй статьи 29 Уголовно-процессуального кодекса РФ порядок выемки и изъятия предметов и документов, и допускается возможность отступления от содержащегося в нем предписания со стороны следователя, прокурора и суда при применении ими статьи 182 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Порядок производства выемки и обыска регламентирован в статьях 165–167, 182–184 Уголовно-процессуального кодекса РФ, но следует обратить внимание на те случаи, которые напрямую связаны с сохранением тайны нотариального действия, а именно на процесс изъятия, элементы которого отражаются в протоколе выемки или обыска.

В части 13 статьи 182 Уголовно-процессуального кодекса РФ говорится о том, что в протоколе должно быть указано, в каком месте и при каких обстоятельствах были обнаружены предметы, документы или ценности, выданы они добровольно или изъяты принудительно. Все изымаемые предметы, документы и ценности должны быть перечислены с точным указанием их количества, меры, веса, индивидуальных признаков и по возможности стоимости.

То есть изымаемый из нотариальной конторы документ должен быть подробно описан в протоколе обыска (выемки) с указанием его индивидуальных признаков и реквизитов (дата, реестровый номер, вид и наименование документа и т.д.), если этого не делать, то по прошествии времени трудно будет установить, какой все же документ изъят у нотариуса, а какой изымался в другом месте, возникнут трудности к истребованию документов из материалов уголовного дела, более того, подобные действия ведут к утрате изъятых документов, возможной их фальсификации, разглашению нотариальной тайны и признанию доказательств недопустимыми [xxx].

Следует помнить, что порядок проведения обыска (выемки) и фиксации их результатов подробно освещен и в ведомственных инструкциях.

Так, в действующей Инструкции от 18.10.1989 г. № 34/15 «О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами» (с изменениями, внесенными Приказом МВД РФ № 840, Минюста РФ № 320, Минздрава РФ № 388, Минэкономики РФ № 472, ГТК РФ № 726, ФСБ РФ № 530, ФПС РФ от 09.11.1999 г. № 585, Приказом Генпрокуратуры РФ от 07.06.2006 г. № 26), говорится следующее:

«§ 8. В протоколе перечисляются все изымаемые предметы и документы, а равно описываемое имущество. При изъятии большого числа предметов и документов в обязательном порядке составляется специальная опись, прилагаемая к протоколу и являющаяся его неотъемлемой частью. В протоколе или в прилагаемой к нему описи указываются точные наименования, количество, мера, вес, серия и номер, другие отличительные признаки каждого изымаемого объекта, а также места их обнаружения.

§ 10. Все изымаемые предметы, ценности и документы предъявляются понятым и другим присутствующим при этом лицам, при необходимости помещаются в упаковку, исключающую возможность их повреждения и обеспечивающую сохранность имеющихся на них следов, снабжаются бирками с удостоверительными надписями и подписями лица, у которого произведено изъятие, понятых, следователя, работника органа дознания, прокурора, судьи, которые скрепляются печатью соответствующего органа, о чем в протоколе делается соответствующая отметка.

§ 11. Протокол и опись составляются в двух экземплярах, подписываются лицом, производившим изъятие имущества, ценностей или документов, а также других объектов, понятыми и присутствовавшими при этом лицами, в том числе лицом, у которого производилось изъятие.

При производстве названных следственных действий участвует нотариус, в помещении которого производится обыск (выемка), либо лицо, исполняющее обязанности временно отсутствующего нотариуса, а также вправе присутствовать приглашенный ими адвокат. Выемка и обыск, кроме случаев, предусмотренных статьей 164 Уголовно-процессуального кодекса РФ, должны проводиться с 6.00 до 22.00 часов (пункт 21 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ). Следователь (дознаватель) обязан обеспечить присутствие при проведении следственного действия не менее двух понятых (сотрудники правоохранительных органов не могут быть понятыми). Перед началом проведения следственного действия нотариусу и вышеперечисленным лицам необходимо убедиться, что лицо, проводящее обыск (выемку), действительно является тем, кем представляется, а также имеет соответствующие полномочия. Для этого нужно ознакомиться с удостоверением работника органа предварительного расследования и соответствующим процессуальным документом о проведении данного следственного действия.

Протокол обыска (выемки) составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания, с учетом правил, предусмотренных статьями 166 и 167 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Копия протокола вручается нотариусу, в помещении которого проводилось следственное действие.

В протоколе указываются:

1) место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания с точностью до минуты;

2) должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол;

3) фамилия, имя и отчество каждого лица, участвовавшего в следственном действии, а в необходимых случаях его адрес и другие данные о его личности.

В протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они проводились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии.

В протоколе должны быть указаны также технические средства, примененные при производстве следственного действия, условия и порядок их использования, объекты, к которым эти средства были применены, и полученные результаты. В протоколе должно быть отмечено, что лица, участвующие в следственном действии, были заранее предупреждены о применении при производстве следственного действия технических средств.

Протокол предъявляется для ознакомления всем лицам, участвовавшим в следственном действии. При этом указанным лицам разъясняется их право делать подлежащие внесению в протокол замечания о его дополнении и уточнении. Все внесенные замечания о дополнении и уточнении протокола должны быть оговорены и удостоверены подписями этих лиц. Протокол подписывается следователем и лицами, участвовавшими в следственном действии.

К протоколу прилагаются фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, кассеты видеозаписи, носители компьютерной информации, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия.

Протокол должен также содержать запись о разъяснении участникам следственных действий их прав, обязанностей, ответственности и порядка производства следственного действия, которая удостоверяется подписями участников следственных действий.

Нотариус должен обратить особое внимание на содержание протокола, так как именно сам протокол и имеющаяся в нем информация имеют доказательственное значение, и проследить, чтобы в протоколе в полной мере нашли отражение статус изымаемых документов (предметов) и то, что они подпадают под действие законодательства о сохранении профессиональной тайны, тем более что нотариус, уважающий свой труд и морально подготовленный к ответственности за сохранение той информации, которой он владеет в связи с выполнением нотариального действия, предусмотрительно на дверях архива и служебного кабинета, на компьютерах и нотариальных производствах и т.д. разместил надписи информационного характера о том, что содержащиеся в данном месте сведения и документы составляют охраняемую законом тайну нотариального действия. А с другой стороны, лицо, производящее обыск (выемку), чувствовало, в каком именно месте оно проводит следственное мероприятие и какая ответственность возлагается на него в связи с изъятием документов (предметов), содержащих сведения, составляющие нотариальную тайну.

Уголовно-процессуальное законодательство не содержит запрета на снятии копий с изымаемых документов, поэтому нотариус с целью защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц, а также защиты профессиональной деятельности должен принять меры к копированию изымаемых документов. Отказ в этом со стороны лица, производящего следственное действие, а также сам факт копирования документов и каких именно должен быть отражен в протоколе следственного действия. Указанные копии документов вместе с протоколом о проведении обыска (выемки) должны храниться в наряде как доказательство того, что оригиналы таких-то документов находились за пределами помещения нотариальной конторы. При возврате органами предварительного расследования оригиналов документов необходимо проверять не только наличие каждого документа и количество возвращенных листов, но и проводить сверку на предмет идентичности с копиями документов, оставленных в наряде после проведения следственного действия» [xxxi].

В соответствии со статьей 50 Основ все нотариальные действия, совершаемые нотариусом, регистрируются в реестре, в некоторых графах которого указываются данные, идентифицирующие лицо, обратившееся за совершением нотариального действия, реквизиты предоставленного им паспорта, также имеются собственноручно проставленные инициалы, фамилия и роспись обратившегося, что для следствия имеет большое доказательственное значение. Поэтому реестр может быть предметом уголовно-процессуального изъятия, однако, учитывая, что реестр является документом постоянного использования, так как нотариус обязан выдавать выписки именно из реестра, то следует предложить следователю (дознавателю) ограничиться осмотром реестра (за исключением случаев изъятия реестра для экспертного исследования подписей лиц, обратившихся к нотариусу) в рамках статей 176, 177, 180 Уголовно-процессуального кодекса РФ, так как аналогичную информацию о совершенном нотариальном действии он может почерпнуть в удостоверительной надписи, в свидетельстве или ином документе, выданном нотариусом и изъятом в ходе расследования уголовного дела.

Вышеуказанные следственные действия могут быть проведены и в жилище нотариуса с целью отыскания документов, могущих иметь значение для уголовного дела, с этой целью может быть произведен и личный обыск нотариуса. Выемка и обыск в жилище, в том числе и личный обыск, производятся на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

В исключительных случаях, когда производство указанных следственных действий в жилище, а также личного обыска не терпит отлагательства, они могут быть произведены на основании постановления следователя или дознавателя без получения судебного решения. В этом случае следователь или дознаватель в течение 24 часов с момента начала производства следственного действия уведомляет судью и прокурора о производстве следственного действия. К уведомлению прилагаются копии постановления о производстве следственного действия и протокола следственного действия для проверки законности решения о его производстве. Получив указанное уведомление, судья в срок, предусмотренный частью второй настоящей статьи, проверяет законность произведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности. В случае, если судья признает произведенное следственное действие незаконным, все доказательства, полученные в ходе такого следственного действия, признаются недопустимыми в соответствии со статьей 75 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

При реализации таких исключительных обстоятельств следует обратить особое внимание на следующее.

Во-первых, следователь (дознаватель) обязан в своем постановлении указать мотивы проведения обыска (выемки) в жилище без соответствующего судебного решения, то есть должны быть приведены доводы о том, почему необходимо провести обыск (выемку) без разрешения суда. Из пояснений судей Верховного Суда России по конкретному уголовному делу в отношении осужденного за превышение служебных полномочий следователя, проведшего обыск без соответствующего судебного решения и ничем не мотивировавшего свое поспешное решение, следует, что высказанное следователем суждение о наличии по делу «не терпящих отлагательства обстоятельств», как и любое иное суждение, положенное в основу процессуального решения, должно быть мотивированным. В противном случае оно не выходит за рамки гипотезы, следственные же действия на гипотетических предположениях основаны быть не могут [xxxii].

Во-вторых, установленный в части пятой статьи 165 Уголовно-процессуального кодекса РФ порядок судебной проверки законности следственных действий, проводящихся в случаях, не терпящих отлагательства, не предусматривает обязательное участие в судебном заседании лица, в отношении которого проводилось следственное действие. Здесь следует руководствоваться решениями Конституционного Суда Российской Федерации.

Так, из текста Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2005 г. № 70-О следует, что в судебном заседании, проводимом по рассмотрению уведомления следователя в порядке части 5 статьи 165 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вправе участвовать лицо, чьи процессуальные и конституционные права проведенными следственными действиями были ограничены. Отсюда вытекает обязанность следователя (дознавателя) разъяснять право на участие в судебной проверке законности следственного действия лицам, в жилище которых без судебного решения были произведены осмотр, обыск или выемка. В Определение Конституционного Суда РФ от 16.12.2008 г. № 1076-О-П подчеркивается, что данная правовая позиция в полной мере распространяется и на обязанность суда рассмотреть по существу ходатайство лица, в отношении которого проводился обыск, и его участие в судебном заседании по проверке законности проведенного без судебного разрешения обыска и о вручении ему копии принятого судом решения [xxxiii].

Действия по соблюдению и охране нотариальной тайны находят свое продолжение и в позиции нотариуса, несогласного с решениями должностных лиц органов предварительного расследования, прокуратуры и суда, путем использования уголовно-процессуального института обжалования.

В этом аспекте нотариус руководствуется требованиями статей 123–125 Уголовно-процессуального кодекса РФ, закрепляющих порядок рассмотрения жалобы прокурором, руководителем следственного органа и суда. Само право на обжалование и процедура ее проведения создают условия в оперативном плане исправить те ошибки, которые были допущены указанными должностными лицами в ходе проведения вышеперечисленных следственных действий.



[i] Смотря по важности дела и происшедшим или долженствовавшим произойти от того последствиям более или менее вредным: отрешению от должности или исключению из службы, или же сверх того, заключению в тюрьме от четырех до восьми месяцев.

[ii] СУ РСФСР. 1922. № 63. Ст. 807, СУ РСФСР. 1923. № 75. Ст. 726.

[iii] Этого же придерживаются и авторы проекта федерального закона «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации». Предлагаемая ими статья 6 так и называется – «Тайна нотариального действия». Бюллетень нотариальной практики. 2010. № 1. С. 2.

[iv] Ведомости съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 11.03.1993. № 10. Ст. 357.

[v] Инструкция утверждена приказом Минюста РФ от 27.12.2007 г. № 256 // Российская газета. 11.01.2008. № 3.

[vi] Проблема правовых принципов относится к числу дискуссионных, поэтому остановимся на том, что под принципами следует понимать основные начала, на которых строится регулирование общественных отношений.

[vii] Авдеенко Н.И., Кабакова М.А. Нотариат в СССР. Учебное пособие. Ленинград: Издательство Ленинградского университета, 1984. С. 23; Нотариат в СССР / Под редакцией Л.Ф. Лесницкой. М.: Юридическая литература, 1985. С. 8–9.

[viii] Тарбагаева Е.Б. Организация и деятельность нотариата в Российской Федерации: Учебное пособие. СПб.: Издательский дом С.-Петерб. гос. ун-та, Издательство юридического факультета С.-Петерб. гос. ун-та, 2006. С. 82–90.

[ix] Шарафетдинов Н. Как сохранить нотариальную тайну // Закон. 1998. № 2. С. 80.

[x] Мерлотти М.. Основные принципы свободного нотариата и роль государства в организации его деятельности // Нотариальный вестникъ. 1997. № 5. C. 24.

[xi] Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии. К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочине-ния. Издание второе. М.: Государственное издательство политической литературы, 1961. Т. 21. С. 299.

[xii] Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 10. Ст. 1127.

[xiii] Проект федерального закона от 7.07.2010 г. «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации» (особенная часть) / http://www.notariat.ru

[xiv] Более подробно об этом говорит Н.С. Третьяков: «Анализ существующих видов профессиональных тайн, а также норм законодательства о нотариате и информационного законодательства позволяет выявить следующие элементы режима нотариальной тайны: 1) перечень сведений, составляющих нотариальную тайну,, критерии и порядок отнесения тех или иных сведений к сведениям, составляющим нотариальную тайну; 2) круг субъектов, уполномоченных засекречивать сведения в режиме нотариальной тайны и обеспечивать их конфиденциальность, их правовой статус; 3) перечень субъектов, имеющих право на доступ к сведениям, составляющим нотариальную тайну, на законных основаниях; 4) меры охраны конфиденциальности в рамках режима нотариальной тайны; 5) допуск третьих лиц к сведениям, составляющим нотариальную тайну; 6) соотношение режима нотариальной тайны с иными правовыми режимами информации ограниченного доступа; 7) ответственность за незаконные действия со сведениями, составляющими нотариальную тайну» / Третьяков Н.С. Нотариальная тайна как институт информационного права: современное состояние и перспективы развития // Нотариальный вестникъ. 2011. № 3. С. 34–35. Примерно в таком же аспекте говорится и в статье 10 «Охрана конфиденциальности информации» Федерального закона от 29.07.2004 г. № 98-ФЗ «О коммерческой тайне».

[xv] Нотариальный вестникъ. 2008. № 5. С. 55, 56.

[xvi] Данный принцип обозначен в постановлении Собрания представителей нотариальных палат субъектов РФ от 18.04.2001 г. № 10 «О Профессиональном кодексе нотариусов Российской Федерации», и здесь же на основе этого принципа сформулированы начала взаимоотношения нотариуса с физическими и юридическими лицами, органами государственной власти и местного самоуправления.

[xvii] Данный Кодекс принят на конференции национальных организаций нотариусов Европейского союза, проходившей 3–4  февраля 1995 г. в Неаполе.

[xviii] Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2011 г. № 444-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Олейник Ольги Андреевны на нарушение ее конституционных прав частью второй статьи 5, пунктом 3 части пятой статьи 12, частью второй статьи 16 и частью третьей статьи 17 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате», Определение Конституционного Суда РФ от 22 апреля 2010 г. № 474-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Калюжного Сергея Анатольевича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 16 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате».

[xix] В судебной практике давно утвердилось положение о том, что сообщение по телефону не может являться заменой судебной повестки и рассматриваться в качестве надлежащего вызова в суд для допроса в качестве свидетеля. Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. № 1. С. 24.

В этой связи также следует сослаться и на Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 9.12.2010 г. № 9502/10 (официально не опубликовано, см.: портал «Гарант») в котором говорится о том, что лицо не может считаться надлежащим образом уведомленным, если оно не получало судебное извещение о вызове в суд по независящим от него причинам. В этом деле Арбитражный суд обратил внимание на то, что Правила оказания услуг почтовой связи, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.04.2005 г. № 221, были нарушены работниками связи, по вине которых заказные письма с уведомлением о вручении не были доставлены с соблюдением требований пунктов 33 и 35 Правил в части соблюдения сроков и порядка направления адресату извещений о регистрируемых почтовых отправлениях.

[xx] Уголовное дело в отношении Мамаева и Гаджиева. // Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1979. № 1. С. 11.

[xxi] Постановление Конституционного Суда РФ от 20.02.1996 г. № 5-П «По делу о проверке конституционности положений частей первой и второй статьи 18, статьи 19 и части второй статьи 20 Федерального закона от 8 мая 1994 года “О статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации”» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 9. Ст. 828. (Опубликовано также в «Российской газете» от 29 февраля 1996 г.) [От себя добавлю, что доверительную информацию по роду своей деятельности может получить и нотариус, который именно по такого рода доверительной информации может быть освобожден от дачи свидетельских показаний. Также приведу выдержку из этого решения суда в интерпретации автора: «Вместе с тем данное право не допускает расширительного толкования и отказа от дачи свидетельских показаний по гражданскому или уголовному делу об обстоятельствах, не связанных с осуществлением нотариусом профессиональной деятельности, однако необходимых в интересах правосудия при выполнении требований статей 17 (часть 3) и 52 Конституции Российской Федерации».]

[xxii] Федеральный закон от 17.01.1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации от 20.02.1992. № 8. Ст. 366.

[xxiii] Законность. 2008. № 3.

[xxiv] Нотариат и нотариальная деятельность: учебное пособие для курсов повышения квалификации нотариусов. Гонгало Б.М. и др. / Под редакцией В.В. Яркова, Н.Ю. Рассказовой. Центр нотариальных исследований Федеральной нотариальной палаты, Институт нотариата, юридический факультет Санкт-Петербургского государственного университета. М.: Волтерс Клувер, 2009. С. 583.

[xxv] Письменюк Л.Г. Представление подлинников документов, их копий или справок по запросам судов // Нотариальный вестникъ. 2007. № 8. С. 21–25.

[xxvi] Письмо Федеральной нотариальной палаты от 4.08.2011 г. № 1493/06-06 «О предоставлении нотариусом по требованию суда копий наследственных дел».

[xxvii] Однако адвокат может получить от нотариуса сведения (документы) о нотариальных действиях, совершенных от имени его доверителя или по его поручению.

[xxviii] Примерно такая конфликтная ситуация изложена в постановлении Тимашевского районного суда Краснодарского края от 18.08.2009 г. по делу № 8-26-2009, когда заместитель начальника СО при районном ОВД вынес постановление о производстве обыска в нотариальной конторе без соблюдения судебного порядка получения разрешения на производство следственного действия. Суд посчитал, что действия сотрудника милиции не выходят за пределы его полномочий, а нотариус не относится к категории лиц, в отношении которых установлен иной порядок судопроизводства. Ссылка нотариуса на его обязанность, установленную статьей 16 Основ законодательства РФ о нотариате, о необходимости сохранения в тайне сведений, которые стали ему известны в связи с осуществлением профессиональной деятельности, не может служить основанием для признания обжалуемого постановления незаконным, так как данный закон определяет права и обязанности нотариуса. Судом также не установлено каких-либо оснований, которые свидетельствуют о причинении вреда конституционным правам участникам рассматриваемого уголовного дела. Постановление должностного лица следственного органа о производстве обыска оставлено без изменения, а жалоба нотариуса – без удовлетворения / Сычев О.М. Выемка нотариальных документов и допрос нотариуса // Нотариальный вестникъ. 2010. № 1. С. 60–63.

[xxix] Определение Конституционного Суда РФ от 19.01.2005 г. № 10-О «По жалобе открытого акционерного общества “Универсальный коммерческий банк "Эра"” на нарушение конституционных прав и свобод частями второй и четвертой статьи 182 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2005. № 3.

[xxx] См.: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 15.05.1996 г. по конкретному уголовному делу, где сказано, что неотражение в протоколе следственного действия того, что изъятые предметы и документы предъявлены присутствующим лицам, упакованы и опечатаны печатью, привело к признанию рассматриваемого протокола обыска незаконным и недопустимым в качестве доказательства источником сведений // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. № 8.

[xxxi] В этой части следует также руководствоваться пунктами 6, 13, 91, 93, 94, 96 Правил нотариального делопроизводства, утвержденных решением Федеральной нотариальной палаты от 18.11.2009 г. № 11/09 и приказом Минюста РФ от 19.11.2009 г. № 403 (с изменениями согласно приказам Минюста РФ от 8.04.2010 г. № 81; от 23.11.2010 г. № 360) // Российская газета. 30.04.2010. № 93.

[xxxii] См.: Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: практическое пособие / Под редакцией Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. 3-е издание, переработанное и дополненное. М.: Издательство Юрайт, 2009. С. 181.

[xxxiii] Определение Конституционного Суда РФ от 10.03.2005 г. № 70-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Дементьевой Аиды Борисовны на нарушение ее конституционных прав частью пятой статьи 165 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»; Определение Конституционного Суда РФ от 16.12.2008 г. № 1076-О-П «По жалобам граждан Арбузовой Елены Николаевны, Баланчуковой Александры Васильевны и других на нарушение их конституционных прав частями третьей и пятой статьи 165 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». См.: Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: практическое пособие / Под редакцией Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. 3-е издание, переработанное и дополненное. М.: Издательство Юрайт, 2009. С. 183–186.


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100