Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Нотариат и вехи российской государственности

13.03.2012

Н.Ю. Попова,

президент Нотариальной палаты Ростовской области,

кандидат социологических наук

 

Аннотация. В данной статье автор в контексте формирования российской государственности рассматривает развитие института нотариата, начиная с периода принятия Положения о нотариальной части (1866 г.).

Ключевые слова: российское государство, реформа, нотариат, законодательство о нотариате.

 

Notariat and Directing Marks of Russian Statehood

N.Yu.Popova,

President of Notarial Chamber of Rostov Region,

Candidate of Sociological Sciences

Annotation. In this article the author considers the development of the institution of Notariat in the context of formation of Russian Statehood, beginning from the period of adoption of the Regulation On Notarial Part (1866 г.).

Key words: Russian State, reform, notariat, legislation on notariat.

Нотариат как специальный институт права был узаконен российским государством лишь в 1866 году. До этого времени нотариальная функция все же осуществлялась: государством были учреждены специальные должности, на которые возлагалось ее исполнение. Сначала нотариальную функцию осуществляли площадные подьячие, потом появились нотариусы, маклеры, публичные нотариусы и в дальнейшем – биржевые нотариусы. Но говорить о существовании самого института раньше этого времени не приходится.

Именно 14 апреля 1866 стало знаковым моментом для российского нотариата. Тогда в контексте реализации судебной реформы было принято Положение о нотариальной части. Время его принятия, конечно, не являлось случайным и отражало потребность государства в такого рода институте. Достаточно вспомнить, что инициированные в то время преобразования в силу своего либерально-прогрессивного характера и масштабности сыграли огромную роль в истории России. Главная реформа периода правления Александра II – отмена крепостного права повлекла за собой коренные изменения практически во всех сферах общественной и государственной жизни. К числу ее важнейших последствий следует отнести потерю дворянством исключительных привилегий. После отмены крепостного права слой российских предпринимателей получил большие возможности использования производственного опыта и технических достижений более развитых государств. Крестьянская реформа предопределила и имущественную поляризацию самого крестьянства. Кроме прочего крестьяне из объекта права превратились в субъектов прав.

Значительные изменения произошли в экономической сфере страны. Так, интенсивно развивались железнодорожное строительство, кредитно-денежная система, шли процессы акционирования и т.п. Развитие рыночных механизмов стимулировало расширение гражданского оборота. Возникающее многообразие указанных отношений требовало как приемлемого законодательного регулирования, так и обеспечения возможностей реализации прав и законных интересов субъектов гражданского оборота, что обусловило динамичную эволюцию российского законодательства. Поскольку реформы касались практически всех сфер государственной и общественной жизни (отмена крепостного права, реформы образования, местного самоуправления, военная, полицейская, городская, судебная), а также всех категорий населения, изменения в законодательстве были масштабными. В контексте этих изменений особую роль играла судебная реформа 1864 года. Посредством ее реализации в законодательстве о судебных установлениях появились понятия о принципах гласности, состязательности, справедливости, презумпции невиновности и др. «Содержимое» судебной реформы для самодержавной России, конечно же, было немыслимым новшеством, сама реформа стала радикальным явлением. Однако такой радикализм был обусловлен, в том числе, и необходимостью обеспечения экономического развития страны. С учетом этого обстоятельства реформаторы обратили внимание на институт нотариата и опыт зарубежных стран в правовом регулировании нотариальной деятельности. В то же время российская специфика накладывала свой отпечаток на формирующиеся правоотношения и возникший институт права. Согласно ст. 1 высочайше утвержденного 14 апреля 1866 года Положения о нотариальной части было зафиксировано: «Заведование нотариальной частью, под наблюдением судебных мест, поручается нотариусам и состоящим при нотариальных архивах старшим нотариусам», а ст. 29 гласила: «Надзор за исполнением нотариусами и старшими нотариусами своих обязанностей принадлежит тем окружным судам, в округе коих они состоят». Относительно должности нотариуса в ст. 5 было указано, что «должность нотариуса предоставляется желающему занять оную не иначе как по испытании его председателем окружного суда, старшим нотариусом и прокурором в умении правильно излагать акты и в знании форм нотариального делопроизводства и необходимых для исполнения этой должности законов» 1.

Таким образом, нотариальные учреждения были подчинены «судебным местам». При этом одна из приоритетных целей, возложенных на нотариат, была непосредственно связана с судами – облегчение работы судебных учреждений, освобождение их от «обременительных для них обязанностей по производству справок при совершении крепостных актов» 2. Но была еще и стратегическая задача. В частности, посредством нотариальной деятельности предполагалось упорядочить регистрацию всех актов на недвижимые имения, сосредоточив их в нотариальных архивах, и стимулировать развитие частного кредита, обеспеченного недвижимостью 3. Реализация указанных задач помогала бы решить насущные вопросы, связанные с оборотом гражданских прав и имуществ.

Реализация Положения являлась непростой задачей. Известный юрист К.П. Победоносцев отмечал: «Введение новой нотариальной системы должно было идти постепенно и сопровождаться, прежде всего, четкостью организации нового института, что на первых порах было сложным делом, даже при распределении обязанностей в каждой нотариальной части между ее служащими» 4. Планомерность была необходима не только при организации деятельности нотариальных учреждений, но и в ходе введения данного нормативно-правового акта в том или ином регионе страны с учетом существовавших там особенностей. К числу таковых относились институционные, включавшие степень оснащенности квалифицированными юридическими кадрами, наличие и функционирование судебных учреждений, а также собственно региональные, заключающиеся в национально-этническом своеобразии и уровне социально-экономического развития того или иного края. В этой связи процессы реализации данного нормативно-правового акта, становление и развитие института нотариата в России протекали далеко неравномерно 5.

Например, 22 мая 1871 года появился Указ Правительствующего Сената о введении в действие Положения в Саратовской, Пензенской, Тамбовской и Костромской губерниях 6. И только в марте 1873 года Государственный совет рассмотрел представление министра юстиции о введении судебных уставов и Положения о нотариальной части в Области Войска Донского.

Таким образом, введение «нового» законодательства о нотариате в Российской империи происходило с явным запаздыванием по отношению к законодательству, призванному обеспечить реформирование страны, к самим гражданским правоотношениям, которые интенсивно развивались и в 70-е годы XIX века значительно отличались от гражданского оборота предшествующего десятилетия.

С момента введения Положения в том или ином регионе страны прекращался прием в судебных местах «прежнего устройства» просьб по делам, подведомственным означенным установлениям. Определялся срок вступления нотариусов в отправление их обязанностей. В связи с открытием нотариальных архивов и контор прежние судебные установления не должны были уже принимать никаких просьб к засвидетельствованию актов и доверенностей. Управляющий министерством юстиции при введении Положения в каждом регионе выносил на рассмотрение Сената нижеследующие правила:

1. «Высочайше утвержденное 14 апреля 1866 года «Положение о нотариальной части» вводится…» (Далее определялась соответствующая

дата. – Н.П.).

2. «С этого же времени ныне существующие нотариусы и маклеры, за исключением биржевых маклеров, гоф-маклеров, биржевых нотариусов, корабельных маклеров и маклеров морского страхования, не принимают более к засвидетельствованию никаких актов и вообще прекращают дальнейшее отправление своих обязанностей, конторы же их закрываются».

3. «С этого же числа полицейские управления и становые приставы не принимают к засвидетельствованию актов и доверенностей».

4. «С этого же числа прекращается в прежних судебных установлениях области прием просьб и требований: о засвидетельствовании и совершении всякого рода актов, о выдаче оценочных свидетельств, о наложении и снятии запрещений. С просьбами и требованиями по этим предметам частные лица и правительственные установления обращаются к надлежащим нотариусам или старшим нотариусам».

5. «Дела по совершению и засвидетельствованию актов, выдаче оценочных свидетельств и о наложении и снятии запрещений, неоконченные в судах, приводятся к окончанию на прежних основаниях» 7.

Однако еще до появления результатов общероссийской нотариальной практики и даже до введения Положения на некоторых территориях самодержавной России обнаружилось его явное несоответствие характеру происходивших в государстве изменений. В связи с этим Министерство юстиции распорядилось с 1871 года провести опрос нотариусов губерний и областей о том, каким образом применяется Положение на практике и что в нем необходимо изменить.

Было высказано множество мнений. Они касались и статуса нотариусов, и требований, предъявляемых к их назначению на должность, и их компетенции, и принципов исчисления нотариального тарифа, и порядка утверждения прав на землю и иное недвижимое имущество. Последнее относилось к числу самых злободневных вопросов, которые заботили нотариальное сообщество. Следует иметь в виду, что порядок укрепления прав на недвижимость, введенный Положением о нотариальной части 1866 года, существенно отличался от прежнего. По мнению некоторых современников, теоретиков и практиков, он значительно затруднял гражданский оборот.

Так, в соответствии с предыдущими законами акты о продаже недвижимого имущества совершались крепостным порядком на сумму 300 рублей – в уездных судах, свыше указанной суммы – в гражданских палатах. Для совершения акта следовало в присутственном месте объявить его содержание или условия, либо предоставить проект акта. Надсмотрщик, убедившись, что нет препятствий к совершению купчей, поручал писцу написать проект чернового акта, который подписывался надсмотрщиком и вносился им в присутствие суда. При отсутствии замечаний на проекте ставили резолюцию: «совершить по законам». После этого черновой проект возвращался надсмотрщику и переписывался. Потом его подписывали участники сделки. Надсмотрщику вменялось в обязанность удостоверение личности, правоспособности, доброй и сознательной воли сторон, участвующих в акте. Купчая вносилась в докладную книгу, где отмечался размер взысканной пошлины, и крепостную книгу, в которой расписывались продавец и покупатель.

По порядку, установленному Положением о нотариальной части 1866 года, акт о продаже недвижимого имущества совершался у младшего нотариуса, который устанавливал личность и законную правоспособность сторон, их добрую волю и понимание смысла и значения своих действий, соответствие сделки закону. Проект прочитывался сторонам и после взимания пошлины вносился в актовую книгу. В актовой книге его также прочитывали и подписывали стороны, а также свидетели и нотариус. Указанный акт, совершенный таким образом, еще не получал действительной силы. Необходимо было обратить его в крепостной акт посредством предъявления выписи нотариального акта к утверждению старшим нотариусом. Старший нотариус проверял соответствие сделки закону, принадлежность имущества стороне, его отчуждавшей, и возможность его свободного отчуждения, а также правильность совершения действий младшим нотариусом. После этого, взыскав в казну пошлину, старший нотариус на самой выписи делал надпись об утверждении соответствующего нотариального акта 8.

Указанная процедура утверждения прав на недвижимое имущество являлась весьма обременительной и для сторон той или иной сделки, и для самих нотариусов. Существование двух нотариальных инстанций затрудняло развитие гражданского оборота.

Достаточно актуальным представлялся вопрос и о доходности нотариальных контор дореволюционного времени. С учетом того обстоятельства, что все расходы по содержанию конторы нес сам нотариус, тема нотариальных тарифов и критериев их формирования касалась каждого из них. В этом смысле показателен случай с обращением нотариусов г. Таганрога к Правлению Области Войска Донского об уменьшении числа нотариальных контор в городе. 16 февраля 1899 года на заседании Правления Войска Донского был заслушан доклад старшего председателя Харьковской судебной палаты от 15 июля 1898 года, который сообщил Правлению, что нотариусы г. Таганрога подали ему докладную записку, в которой просят ходатайствовать о закрытии одной из шести нотариальных контор в городе. В качестве основания нотариусы отмечали, что в прежнее время в Таганроге при существовании Коммерческого суда и градоначальства население города простиралось до 60 тысяч душ, в городе осуществлялось значительное число хлебных операций, а потому и совершалось большое количество нотариальных действий.

Нотариусы указывали, что население Таганрога значительно уменьшилось (до 45 тысяч), и коммерческое значение города год от года падает, вследствие чего число нотариальных сделок значительно сократилось. При таких условиях ежегодное вознаграждение каждого нотариуса в настоящее время колеблется от 2795 до 3544 рублей. Если при этом принять во внимание, сетовали нотариусы, что они вынуждены за свой счет иметь квартиры в самых видных частях города и платить служащим в их конторах сравнительно большое жалование, то окажется, что годичное содержание каждого нотариуса будет крайне умеренно.

В этой связи старший председатель Харьковской судебной палаты просил областное Правление дать заключение по данному вопросу. В ходе анализа данной ситуации был запрошен Областной статистический комитет, который дал заключение о том, что население Таганрога на 1898 год составляло 56 953 душ. Старшим нотариусом Таганрогского окружного суда была представлена справка, что в Таганроге расположены шесть нотариальных контор. При открытии Таганрогского окружного суда 30 апреля 1869 года вступили в должность четыре нотариуса, в 1870 году – еще один, пятый. На май 1898 года в Таганроге существовали шесть нотариальных контор.

Исследовав данный вопрос, областное Правление доводы нотариусов г. Таганрога не сочло убедительными. В части того обстоятельства, что существование Таганрогского коммерческого суда стимулировало обращение к нотариусам, а его упразднение привело к уменьшению обращений граждан, было указано, что из упраздненного Коммерческого суда в Таганроге его дела переданы в Окружной суд в Таганроге, а поэтому данное преобразование едва ли могло отразиться на числе совершаемых нотариусами нотариальных актов. Кроме того, утверждение нотариусов о снижении количества населения не согласуется с официальными данными.

Не обоснованно, по мнению областного Правления, было указано на снижение товарооборота. В частности, увеличилось поступление полукопеечного сбора, взимаемого с отправляемых с порта заграницу товаров. Происходило увеличение экспорта товаров.

В заключение областное Правление отмечало, что необходимо принимать во внимание не только интересы нотариусов, но и населения. Чем больше в местности контор, тем доступнее и дешевле для населения совершение нотариальных актов. Также отмечено, что население Донской области по многим причинам, в числе которых не малую роль играет дороговизна совершения актов у нотариусов, избегает совершение через их посредство различных сделок, что порождает крайне запутанные и неопределенные юридические отношения между отдельными лицами, нередко влекущие за собой неосновательные судебные споры и иски, сопряженные с напрасною тратой времени и денежных средств 9.

Из вышеприведенных документов, помимо специфики донского колорита и духа того времени, усматриваются совершенно различное восприятие содержания нотариальной деятельности самими нотариусами и представителями областного Правления и, естественно, различные интересы тех и других. Первых заботило снижение доходности нотариальных контор при увеличении их числа с пяти до шести. При этом речь о доходности, действительно, могла идти лишь в том случае, если нотариальная контора находилась в центре города, рядом с административными, судебными и кредитными учреждениями. Содержание помещения конторы в таком месте, конечно, не могло не приводить к значительным издержкам. В то же время от усмотрения нотариусов зависело местонахождение нотариальной конторы, и данное обстоятельство представляло собой организационные трудности самих нотариусов.

Но стоит иметь в виду, что при обсуждении этой темы большинство нотариусов исходило не столько из необходимости получения личной выгоды, сколько из возможности надлежащим образом исполнять возложенные государством обязанности, охранять и защищать права участников гражданского оборота.

Было также множество других вопросов, волновавших представителей нотариального сообщества. Немаловажным, если не сказать основным, являлся вопрос о статусе нотариуса. В статье 17 Положения говорилось о том, что нотариусы считались в государственном чине с присвоением им за уряд VIII класса должности, но права на производство в чины и пенсию у них не было. При этом они не имели права и на государственное жалованье и получали доход лишь от своей конторы. В этой связи было специально отмечено, что нотариусам не дозволяется принимать на себя обязанности присяжных поверенных 10. С. Барановский, называя нотариусов «пасынками Фемиды», отмечал: «Действующее нотариальное положение как бы выделяет нас из общей градации чинов Министерства юстиции, лишив нас тех прав и прерогатив, какими пользуются остальные чины судебного ведомства» 11.

Этот вопрос на тот момент был одним из самых неурегулированных. И речь шла далеко не о жалованье. Проблема заключалась в том, есть ли такая профессия – «нотариус», и в каком качестве он пребывает: в качестве представителя государства или в качестве его чиновника? К сожалению, до самой революции власть не определилась со статусом нотариусов, что явилось одним из существенных недостатков в правовом регулировании нотариальной деятельности.

Информация о предложениях нотариусов по пересмотру Положения о нотариальной части аккумулировалась в Министерстве юстиции. К началу XX века на повестке дня остро стоял вопрос о том, чтобы с учетом замечаний и мнений нотариусов и видных теоретиков права скорректировать изъяны законодательства о нотариате. Такая попытка была предпринята. 19 мая 1899 года государь-император по докладу Министерства юстиции о закрытии Комиссии, учрежденной для пересмотра законоположений о судебной части, «соизволил повелеть» произвести пересмотр Положения о нотариальной части с привлечением к нему некоторых из членов упомянутой комиссии. В целях исполнения высочайшего соизволения статс-секретарь Муравьев обратился с просьбой к сенатору, тайному советнику А.Г. Гасману, составить предварительный проект редакции Положения о нотариальной части 12.

Следует признать, что новый законодательный документ готовился в течение трех лет. Работа над ним была завершена лишь в марте 1902 года, а уже в 1904 году он был утвержден Особым совещанием, которое проходило под руководством сенатора, действительного тайного советника С.И. Лукьянова, тайного советника А.Г. Гасмана, одного товарища обер-прокурора гражданского кассационного департамента правительствующего сената, двух товарищей председателя Санкт-Петербургского окружного суда, двух нотариусов г. Санкт-Петербурга, а также представителей Министерства внутренних дел и финансов и Государственной канцелярии.

Дальше такого утверждения дело не пошло. Законопроект стал «полигоном» для совершенствования законодательства о нотариате. Множество статей с критическими замечаниями в отношении содержания законопроекта появлялось с завидным постоянством в известных периодических изданиях: «Нотариальный вестникъ», «Вестник права», «Нотариус» и др.

Таким образом, до революции 1917 года законодательство о нотариате не было реформировано. С момента начала модернизации страны прошло более 50 лет. За это время пребывавший в зачаточном состоянии гражданский оборот не только интенсивно развился, но и усложнился. Россия за короткий временной период прошла путь от возникновения капиталистических мануфактур до появления огромных монополистических предприятий. Изменение экономической основы требовало соответствующего изменения законодательства. Однако правительство с этим явно не спешило. «Отставание» законодательства от реалий времени все более увеличивалось. Это обстоятельство особенно ярко проявлялось не только в практике судебных учреждений, но и при регулировании торгово-промышленной деятельности, для обеспечения функционирования которой существовал нотариат.

Обращаясь к мнению современников тех событий, можно говорить о том, что нотариат за сравнительно небольшой по историческим меркам срок стал неотъемлемой частью правовой системы государства: «нотариат вполне прививается у нас к нуждам и желаниям массы публики. За советом и совершением актов к нотариусам идут не только интеллигенция и зажиточный класс, но и крестьяне, имеющие свои собственные нотариальные книги при волостях, а доверие темной массы крестьянства служит лучшим доказательством того, что нотариусы заслуживают этого доверия» 13.

Большинство юристов-практиков придерживались того мнения, что Положение о нотариальной части 1866 года внесло в законодательство новый порядок совершения актов и создало особое учреждение, именовавшееся нотариальным институтом. По их мнению, «новый» нотариальный институт имел превосходство перед теми учреждениями, которые существовали в прежнее время, а само время введения Положения может считаться началом новой эпохи в истории развития нотариата в России 14.

После февраля 1917 года необходимость реформирования царских судебных и нотариальных учреждений отпала. С начала революционных событий настроение у представителей как судебных установлений, так и нотариальных было определенно жизнеутверждающим. Например, письмо старшего председателя Новочеркасской судебной палаты № 441 от 13 марта 1917 года на имя председателей окружных судов свидетельствует о поддержке Временного правительства. В нем говорилось: «Председательствуемая мною судебная палата в общем собрании департаментов 4 сего марта, заслушав акт об отречении от престола Государя Николая Александровича, об отказе Великого князя Михаила Александровича принять верховную власть и об учреждении Временного правительства определила: “манифесты, изложенные в почто-телеграммах за №№ 5966 и 5968, принять к руководству, продолжать законную деятельность, объявляя судебные решения и приговоры именем закона и исполняя все распоряжения нового правительства, о чем донести Господину М.Ю. и просить его передать Временному правительству приветствие от судебной палаты» 15.

Такая позиция являлась правилом. Те же петроградские нотариусы в обращении к своим коллегам писали: «Граждане нотариусы! Вся Россия охвачена сейчас одним священным стремлением к переустройству всех форм ее политической и общественной жизни. На развалинах недавно рухнувшего полицейского строя каждый день восходят новые побеги молодой свободы Великой Страны; и лишь от степени привязанности к родине всех искренно ее любящих граждан и от глубины проникновения в их сознание истинных начал права и справедливости зависит дальнейший блестящий расцвет молодой свободы – этой лучшей жемчужины каждого культурного государства…» 16.

В порыве общей «освободительной» эйфории некоторыми нотариусами предлагался план реформирования российского нотариата. К числу известных проектов нотариального переустройства относился проект, предложенный нотариусом А.М. Боборыкиным Киевскому съезду нотариусов, который состоялся 21–22 мая 1917 года. Согласно проекта предлагалось, в частности: «1) нотариусов сравнять в своих служебных правах с чинами магистратуры, подобно тому, как это давно существует в устройстве нотариальной части в государствах Западной Европы; 2) объединить нотариусов в корпорацию должностных лиц, состоящих при Окружном Суде, и подчинить надзору и попечению Нотариальных Советов, состоящих из избранных из среды нотариусов должностных лиц». Кроме того, предлагалось оставить за судами функцию по надзору за делопроизводством нотариуса и советов «с предоставлением окружному суду права возбуждения вопросов о разъяснении или дополнении закона, или установления единообразного применения закона». Основные ориентиры деятельности, таким образом, заключались в:

1) организации нотариата как сословия (нотариальные советы) с уравнением нотариусов в судебных правах с чинами магистратуры;

2) учреждении общей пенсионной кассы;

3) пересмотре временной нотариальной таксы 27 июня 1867 года;

4) согласовании вотчинной реформы с общей реформой Нотариальной части и Положения от 14 апреля 1866 года;

5) учреждении комиссии для составления нового проекта нотариального положения;

6) организации Всероссийского съезда нотариусов и старших нотариусов;

7) определении прав и обязанностей биржевых нотариусов соответственно Положения о нотариальной части 17.

Однако приход к власти большевиков все изменил. Основное направление преобразований Советов заключалось в уничтожении частной собственности, что вызвало катастрофическое сужение гражданского оборота. В декабре 1917 года из гражданского оборота была изъята городская недвижимость, а в августе 1918 года она была передана в собственность государства. В 1918 году были запрещены покупка, продажа и аренда торговых и промышленных предприятий, были аннулированы государственные долги.

27 (14) апреля 1918 года Председателем ВЦИК Свердловым был подписан Декрет об отмене наследования. В первом его параграфе было указано: «Наследование как по закону, так и по духовному завещанию отменяется. После смерти владельца имущество, ему принадлежавшее (как движимое, так и недвижимое), становится государственным достоянием Российской Социалистической Советской Федеративной Республики». Оставшимся же в живых близким нетрудоспособным родственникам предлагалось содержание, размер которого устанавливался как какой-то минимум для существования, да и то за счет оставшегося имущества умершего. Об оставшихся после смерти гражданина трудоспособных и совместно проживающих с ним родственниках Декрет не упомянул. 22 июня 1918 года в Известиях ВЦИКС за № 127 была опубликована инструкция комиссариата юстиции, в соответствии с которой к нетрудоспособным относились лица, не достигшие совершеннолетия (18 лет), а также мужчины, достигшие 55 лет, и женщины – 50 лет 18.

20 мая 1918 года Совет народных комиссаров издал Декрет об отмене дарения, который устанавливал, что дарение и иное безвозмездное предоставление (передача, переуступка и др.) имущества на сумму свыше 10 000 рублей признается недействительным. Что касалось дарения на сумму от 1000 до 10 000 рублей, то оно допускалось, но обязательно должно было иметь форму нотариального или судебного акта, в противном случае оно также признавалось недействительным. Дарение или иное безвозмездное предоставление имущества, совершенное одним и тем же лицом, не должно превышать стоимости 10 000 рублей. Если общая стоимость предметов дарения достигает указанной суммы, то всякое дальнейшее дарение признается недействительным 19.

Ни судебные, ни нотариальные учреждения новую власть не устраивали и не могли устраивать в принципе. Все они подлежали уничтожению, как и многотомные дела нотариальных контор и судов, потому что нотариальные конторы и архивы старших нотариусов при судебных установлениях являлись огромным хранилищем юридических фактов, отражавших «порочную связь» субъектов и объектов гражданского оборота: сведения о правах на земельные участки, домовладения, информацию о заложенном имуществе и др. В свете политики тотальной национализации такого рода информация могла стимулировать проявление мещанского, мелкобуржуазного «нутра» собственников и порождать у них иллюзии на легитимность обладания тем или иным имуществом. В связи с чем «работа» большевиков в архивах стала одним из приоритетных направлений.

Для реализации пролетарских задач в этой сфере была создана специальная ликвидационная комиссия, само название которой уже демонстрировало смысл ее создания. Именно в результате деятельности таких комиссий по всей стране было уничтожено огромное количество документов, составлявших содержание архивов нотариальных контор 20.

Как свидетельствует К.С. Юдельсон, осенью 1918 года было проведено несколько заседаний коллегии Народного комиссариата юстиции по вопросам нотариальной деятельности, на которых, в том числе, обсуждался вопрос о ликвидации нотариальных архивов. На одном из заседаний было принято решение: «В целях проведения в жизнь декрета о социализации и муниципализации недвижимых имуществ, уничтожения всяких следов прежней частной собственности на недвижимость и в целях использования ненужных запасов старой бумаги для переработки и обращения в бумажную массу – предложить заведующим юридическими отделами Губсовдепов передать в Совет Народного Хозяйства нотариальные архивы, архивы бывших судебных палат, окружных и коммерческих судов и уездных съездов...» 21.

Что было с прежними нотариальными конторами, как нельзя лучше демонстрирует жалоба нотариуса г. Колпино В.У. Злоторовича на незаконные действия сотрудников следственной комиссии Колпинского района: «…Ввиду изложенного и принимая во внимание:

1) что контора моя закрыта без всякого повода;

2) что протекшие два месяца, в период которых Колпинский Совдеп не удосужился почерпнуть из моих книг нужных ему сведений, указывают на злонамеренные его по отношению ко мне действия;

3) что такое закрытие конторы, создавая среди населения кривотолки, расшатывает и без того скромную практику моей конторы;

4) что преклонный мой возраст и крайняя необеспеченность лишают меня возможности переносить указанные выше издевательства со смирением;

5) что я, оставаясь в должности нотариуса 25 лет, являюсь старейшим нотариусом в округе, причем, обслуживая население городка, состоящего исключительно из рабочих, сам лично не пользовался и не пользуюсь наемным трудом…» 22. (Может быть, здесь дать с абзаца?) В связи с чем автор просил снять печати, привлечь виновных к ответственности, возместить убытки… Но новой власти совершенно не было дела до того, как складывалась судьба прежних «законников».

То же происходило и на юге страны. Например, в своем письме от 24 марта 1918 года в Московский народный банк заведующий нотариальной частью судебного отдела Ростово-Нахичеванского совета рабочих депутатов писал: «Довожу до сведения банка, что вместо упраздненных нотариальных контор с шестого сего апреля открыты и уже функционируют четыре нотариальные камеры, находящиеся: 1-я в г. Ростове-на-Дону, в здании окружного народного суда, 2-я камера в г. Ростове-на-Дону, по ул. Б. Садовая, в доме № 98 (бывшая контора нотариуса Цветкова), 3-я камера в г. Ростове-на-Дону, Б. Садовая, 106 (бывшая контора Маноцкова), 4-я камера в Нахичевани на Екатерининской площади, бывшее помещение нотариуса Шилтова».

Он также указывал, что в круг действий нотариальных камер входят все функции упраздненных нотариальных контор, за исключением сделок на недвижимые имения и, сверх того, протесты долговых обязательств – векселей и заемных писем, оплата актов гербовым сбором и регистрации браков, рождений, смертей, уставов товариществ и обществ; перемена имени, отчеств и фамилий.

В русле политики национализации имущества были предприняты все необходимые меры к «сохранности имущества нотариальных контор». 27 марта 1918 года комиссар отдела финансов Ростово-Нахичеванского Военно-революционного комитета Ростова и Нахичевани предписал всем банковским установлениям не выдавать Ростово-Нахичеванским нотариусам Л.Х. Блюмгардту, И.Н. Бутлерову, С.А. Дадьянцу, М.Ф. Ковалевскому, И.П. Маноцкову, А.В. Марковичу, В.Т. Цветкову, Х.Х. Чалхушьяну и Е.Г. Шилтову никаких сумм с их текущих счетов по чекам, подписанным данными нотариусами. Выдача денег может производиться данным нотариусам только в том случае, если будет на то санкция комитетов работников их контор 23.

Одновременно с «архивной борьбой» советское правительство вырабатывало политику в отношении института нотариата. Так, вместо нотариальных контор появлялись то нотариальные столы, то нотариальные камеры, то народные нотариусы.

Из всего многообразия существовавших ранее видов нотариальных действий в условиях практически уничтоженного гражданского оборота они занимались свидетельствованием копий и подлинности подписей. С началом перехода к новой экономической политике вспомнили и о нотариате. Однако советской властью этот правовой институт рассматривался лишь в качестве государственного.

На IV Всероссийском съезде представителей советской юстиции, проходившем в том же 1922 году, было принято Положение о государственном нотариате, ставшее основой советской системы нотариальных учреждений. В соответствии с указанным Положением советские нотариусы:

– совершали всякого рода акты, для которых был установлен нотариальный порядок их совершения;

– свидетельствовали договоры, которые заключали государственные, кооперативные, общественные учреждения, предприятия, организации как между собой, так и с частными лицами;

– совершали и свидетельствовали по желанию сторон такие договоры, которые не требовали по закону нотариального совершения и удостоверения;

– совершали протесты векселей;

– свидетельствовали доверенности и копии со всякого рода документов и выписей из торговых книг, а также подлинности подписей;

– удостоверяли по требованию должностных лиц и учреждений, а также частных лиц бесспорные обязательства, как то: время предъявления документов, нахождения лица в определенном месте, представления объяснения, либо требования от одного лица к другому;

– выдавали выписи и копии из нотариальных книг и реестров;

– принимали и хранили предоставленные разными лицами документы 24.

В постнэповское время какая-либо актуальность в нотариальном институте для советской власти исчезла. Его значение в правовой системе советского государства было сведено к минимуму. 30 июля 1931 года постановлением ВЦИК и СНК РСФСР было решено сократить количество нотариальных контор. И только в середине 30-х годов советское государство задумалось о роли нотариата. Определенный общественный резонанс получила статья Я. Свердлова «Что есть нотариус?», в которой автор писал о неудовлетворительном положении нотариальных учреждений. Им были отмечены факты перегруженности нотариальных контор, предпочтений населения, стремящегося совершать нотариальные действия у нотариусов, а не в Советах, отсутствие надлежащего контроля за осуществлением нотариальной деятельности и др. Одновременно им было обращено внимание на практику «нотариальных столов» исполкомов Советов, сотрудники которых даже не отмечали нигде большинство нотариальных действий, а 90% нотариальных надписей было совершено ими с нарушением законодательства. В этой связи он призывал к восстановлению нотариата 25.

Постановление ВЦИК и СНК от 10 июня 1936 года предусматривало изъятие из ведения исполнительных комитетов и городских Советов функций по выполнению нотариальных действий и передачу этих функций в ведение нотариальных контор. В местностях, где по объему деятельности организация нотариальной конторы являлась нецелесообразной, предполагалось открыть для совершения нотариальных действий нотариальные столы при судах.

Однако вне зависимости от степени и направленности советского реформаторства нотариату была уготована участь обычного бюрократического органа, имеющего своей главной задачей охрану интересов социалистического государства. Вторая составляющая правовой природы нотариального института – служение обществу – в условиях советского времени не могла быть реализована.

1993 год по масштабности и радикальности произошедших изменений стал сродни эпохе Великих реформ и революционным событиям 1917 года. После принятия Конституции 1993 года изменилась основа российской государственности. Гражданский оборот «наполнился» новыми сложными правоотношениями. Прежнее «законодательное клише» ушло в прошлое. Либерализация экономических отношений, возникающее многообразие форм собственности, новые объекты гражданских прав и организационно-правовые формы предпринимательской деятельности потребовали приемлемого обеспечения прав субъектов гражданского оборота. В связи с необходимостью защиты имущества, наиболее полной реализации прав по его использованию и распоряжению, получения определенных гарантий у общества возникла насущная потребность в нотариальном обслуживании и высокопрофессиональных нотариусах как лицах, обеспечивающих квалифицированные доказательства в сфере гражданского оборота. Поэтому не случайно, что время реформирования нотариата совпало с коренным переустройством основ российской государственности.

Результатом адекватной оценки роли нотариата в сложном механизме рыночных отношений стало появление Основ законодательства РФ о нотариате 1993 года, которые воскресили к жизни традиционный правовой институт. Этот нормативно-правовой акт закрепил важнейшие составляющие современного нотариата: легитимацию (возможность действовать от имени государства), отсутствие коммерциализации (нотариальная деятельность не является предпринимательством), компетенцию нотариусов (сложная процедура назначения нотариусов на должность), саморегулирование (выполнение возложенных функций под свою ответственность и за свой счет), имущественную ответственность за свои действия.

Эти принципы в той или иной степени характеризуют механизм функционирования гражданского общества. Сбалансированная структура современного института нотариата как система, в которой сочетаются интересы граждан и государства, вполне может рассматриваться в качестве одного из значительных элементов формирующегося гражданского общества.

Предоставляя нотариальным органам полномочия по совершению нотариальных действий от имени Российской Федерации, государство системно реализует ряд своих функций: охрану прав и свобод человека и гражданина, охрану собственности и пр. Заинтересованность государства в существующем институте нотариата проявляется и в свете небюджетности – отсутствия издержек на его функционирование.

Основными критериями, выражающими специфику института нотариата различных периодов, являются их функциональная и социальная значимости. В период самодержавия нотариат не рассматривался в качестве самостоятельного правового института. Он являлся вспомогательным учреждением, полностью подконтрольным государственным органам и, прежде всего, судебным установлениям. Вводя в действие Положение о нотариальной части, государство стремилось обеспечить и гарантировать защиту своих интересов, поэтому характеризующей функцией нотариальных учреждений того времени была правоохранительная. К «самостоятельному усмотрению» нотариусов относились по сути лишь нормы о возможности «добровольных соглашений» по оплате их труда с лицами, обратившимися за совершением нотариальных действий. С учетом этого обстоятельства, государство не должно было нести бремя расходов на содержание нотариальных контор. Однако условий для того, чтобы сами нотариусы смогли обеспечить себя должным образом, создано не было.

Сегодня Конституция РФ провозглашает права и свободы человека высшей ценностью и устанавливает, что защита этих прав и свобод – обязанность государства. Корреспондирующая этому положению норма ст. 48 Конституции РФ гласит, что каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Нотариусы совершают нотариальные действия от имени государства и эту помощь обязаны оказывать, реализуя, таким образом, правозащитную функцию института нотариата. Они способствуют применению закона в отношениях между гражданами и юридическими лицами, предупреждая конфликты и содействуя правопорядку. Но ее содержание в силу публично-правовой природы нотариата намного шире и не ограничивается лишь совершением нотариальных действий.

Некоторые принципы, характеризующие современный нотариат, позволяют ему не только оказывать правовую помощь по обеспечению конституционных прав участников гражданских правоотношений, но и выступать в качестве самостоятельного социально-активного правового института. Особое значение в этом смысле имеют такие принципы, как публичность, независимость, беспристрастность. Данные принципы всегда востребованы участниками гражданских правоотношений. Они же являются основой потенциальной возможности социальной активности института нотариата. В этом смысле он выгодно отличается от дореволюционного или советского времени, когда нотариусы находились в системе судебных учреждений и были подконтрольны им или являлись обычными государственными служащими. Необходимость социальной активности нотариата вызвана многими обстоятельствами и, прежде всего, сохраняющимся высоким уровнем конфликтности в современном обществе. В этой связи социальная роль нотариата может заключаться в предупреждении или уменьшении ее уровня.

Государство предоставило сегодня нотариату возможность претворять в жизнь общественно-полезную функцию в рамках консультативной и превентивной деятельности нотариусов. Последняя с учетом правовой природы института нотариата неизбежно будет проистекать из равенства сторон и справедливости, которые являются важнейшим инструментарием для нивелирования существенных разногласий между субъектами гражданского оборота. К слову сказать, сфера приложения данных усилий не всегда может иметь четкое гражданско-правовое происхождение. Это также может относиться и к иным, «смежным» с ними правоотношениям.

Современный нотариат стоит на пороге масштабного реформирования. Оно затронет весь правовой институт целиком и будет касаться и его организации, и его компетенции. Очевидно, что в тот или иной исторический период с учетом своих интересов государство корректирует деятельность социально значимых институтов. Исходя из социальной значимости института нотариата, наиболее приемлемой будет являться перспектива гармоничного сочетания в нотариате личных, общественных и государственных интересов.



1 Нотариат Санкт-Петербурга. Страницы истории. Кн. 2. М., 2003. С. 35.

2 См.: Гурлянд Я. Юридический разбор нотариальных вопросов и разные заметки из практики Я. Гурлянда харьковского нотариуса. Харьков, 1875 г.

3 См.: Материалы по судебной реформе в России. Т. 75. Ч. 1, № 3, Л. 1–3.

4 См.: Победоносцев К.П. Курс гражданского права в трех томах. Т. 1. М.: Зерцало, 2003. С. 237.

5 См.: Попова Н.Ю., Ерёменко А.А. Три лика Донского нотариата (1866–2008 гг.). Ростов-на-Дону, 2008. С. 21–22.

6 Тараканова Н.Г., Родина С.В. Нотариат Мордовии: от истоков к современности. Москва, 2010. С. 52.

7 Указы его императорского величества, распоряжения правительствующего сената // ГАРО. Ф. 301. Оп. 10. Д. 17. Л. 75.

8 Порядок совершения крепостных актов до утверждения Положения о нотариальной части подробно проанализирован Н.И. Барковским. См. напр.: Барковский Н.И. О юридическом значении нотариальных актов на продажу недвижимого имущества до утверждения их старшим нотариусом // Журнал гражданского и уголовного права. 1886.

9 См. подр.: Попова Н.Ю., Ерёменко А.А. Три лика Донского нотариата (1866–2008 гг.). Ростов-на-Дону, 2008. С. 31–34.

10 Максимов В. Практический курс нотариата с образцами, формами и законоположениями. Полное руководство для подготовки к экзамену на должность нотариуса. М., 1912. С. 13.

11 Цит. по: Барановский С. Пасынки Фемиды // Нотарiальный вестникъ. 1903. № 4.

12 Нотариат Санкт-Петербурга. Страницы истории. Кн. 2. М., 2003. С. 150.

13 Нейман М. Современное положение русского нотариата // Лившиц Б.И., Осматескул К.Н. и др. Библиографический указатель, комментарии, эксклюзивные раритетные материалы по Российскому нотариату. Кн. 2. М., 2001. С. 148–149.

14 Гурлянд Я. Юридический разбор нотариальных вопросов и разные заметки из практики Я. Гурлянда харьковского нотариуса. Харьков, 1875. С. 13.

15 Наряд 1917–1918 гг. с циркулярами и указами и бумагами к руководству // ГАРО. Ф. 196. Оп. 1. Д. 63. Л. 32.

16 Нотариат Санкт-Петербурга. Страницы истории. Кн. 2. М., 2003. С. 162–163.

17 Там же. С. 293.

18 Известия ВЦИК Советов. 01.05.1918. № 87.

19 Известия ВЦИК Советов.13.06.1918. № 120.

20 См.: Попова Н.Ю., Ерёменко А.А. Указ. соч. С. 92–94.

21 Цит. по: Юдельсон К.С. Советский нотариат. М., 1959. 2005. С. 39.

22 Нотариат Санкт-Петербурга. Страницы истории. Кн. 2. М., 2003. С. 255–256.

23 См.: Попова Н.Ю., Ерёменко А.А. Указ. соч. С. 89.

24 См. напр.: Нижегородский нотариат. Страницы истории. М., 2001. С. 31.

25 См. напр.: Свердлов Я. Что есть нотариус? // Советская юстиция. 1935. № 30.


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100