Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Роль нотариуса при разделе общего имущества супругов

06.01.2012

Б.А. Борзенко,

нотариус, председатель Комиссии ФНП

по законодательной и методической работе

 

 

В начале изложения данной темы позволю себе напомнить одну из историй о восточном мудреце Ходже Насреддине. Однажды к нему обратились двое братьев с просьбой помочь разделить наследство так, чтобы никто из них не имел претензий друг к другу. «Нет ничего проще, – сказал мудрец, – пусть один из вас разделит имущество поровну, на его взгляд, а другой выберет себе любую половину».

Возьму на себя смелость утверждать, что роль нотариуса при разделе общего имущества супругов наиболее верно описана в одной из заповедей нотариусов: помни о том, что твоя миссия направлена на то, чтобы не было споров между людьми.

Согласно одной из норм статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации: «Раздел общего имущества супругов в Российской Федерации может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов».

Если супруги не могут найти точек соприкосновения в вопросе раздела нажитого в период брака имущества, то они вынуждены обращаться в суд. Российские суды слушают споры о разделе имущества супругов как одновременно при рассмотрении споров о расторжении брака, так и в виде отдельных исков.

Без судебного разбирательства общее имущество супругов может быть разделено между ними по соглашению. Российский закон не устанавливает требования об обязательной нотариальной форме соглашения о разделе имущества супругов. Впрочем, на практике эта сделка относится к тем немногим в нашей стране случаям, когда стороны зачастую сами делают выбор в пользу нотариального удостоверения.

Я всегда рекомендую моим клиентам обойтись без суда. Тот факт, что судебные процедуры приведут к большим временным, материальным, а также эмоциональным затратам, очевиден для всех моих клиентов.

Немаловажным фактором, стимулирующим мирное разрешение спора о разделе имущества, является размер государственной пошлины, установленный Налоговым кодексом за подачу иска в суд. Государственная пошлина составляет 4% при незначительной сумме иска и по принципу обратно пропорциональной зависимости может достигать половины процента при значительной сумме иска. Следует заметить, что размер нотариального тарифа за нотариальное удостоверение соглашения о разделе имущества начинается с 0,5% (половины процента) и достигает 0,15% (ноль целых пятнадцати сотых) при большой стоимости имущества.

Безусловно, не всегда люди могут договориться.

Одной из особенностей проявления национального менталитета являются нередкие отказы спорящих в суде сторон от услуг адвокатов. Во многих случаях адвокат имеется только у одной из сторон. В такой ситуации положение противной стороны заведомо проигрышное. Российские судьи видят свою функцию примирения в настоятельных рекомендациях сторонам спора заключить мировое соглашение. Как мне приходилось наблюдать на практике, заключение мирового соглашения в суде, составленного адвокатом одной из сторон, фактически не прекращает спор и всегда оставляет повод для новых претензий сторон друг к другу.

Не только этим моим наблюдением подтверждается известный вывод о том, что необходимо в равной мере заботиться об интересах обеих сторон по сделке, как это делает нотариус-созидатель, что практически недоступно адвокату, который заботится только об исполнении воли своего клиента, не заглядывая в будущее, и что отражает его существо и жизненную позицию как юриста-разрушителя, для которого споры людей являются средством существования.

При подготовке соглашения к нотариальному удостоверению, прежде всего, устанавливается однозначность в понимании смысла, значения условий сделки и ее правовых последствий каждым ее участником, соответствие условий раздела намерениям супругов, а также факт отсутствия постороннего влияния на волеизъявление каждого из них. Нотариус не вправе удостоверять сделку, не соответствующую требованиям закона, или сделку, содержащую положения, заведомо противные основам правопорядка или нравственности.

Безусловно, как и при удостоверении любой иной сделки, нотариус проводит правовую экспертизу представленного проекта соглашения о разделе имущества, либо по просьбе сторон сам составляет такой проект.

В некоторых случаях для удостоверения соглашения с участием супругов, не имеющих общего гражданства, нотариус выясняет, какое законодательство является применимым для регулирования имущественных отношений сторон такого соглашения. Если подлежащее применению законодательство не выбрано брачным договором, к отношениям супругов, толкованию условий раздела имущества применяются правила статьи 161 Семейного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми имущественные права и обязанности супругов определяются:

– законодательством государства, на территории которого они имеют совместное место жительства, а при отсутствии такового – законодательством государства, на территории которого они имели последнее совместное место жительства;

– законодательством Российской Федерации на территории России, если супруги не имели совместного места жительства.

По своему содержанию соглашения о разделе имущества не относятся к сложным сделкам. Фактически соглашение сводится к трем положениям.

Во-первых, супруги соглашаются прекратить общую совместную собственность путем разграничения долей, что является существенным условием этой сделки, а также обязательным способом прекращения совместной собственности.

Супруги вправе отступить от равенства долей, но практически этого никогда не происходит, так как, с точки зрения устойчивости соглашения в суде, на данной стадии раздела надежнее заявить формальное равенство.

Во-вторых, как правило, супруги приступают к реальному разделу, при котором определяется конкретное имущество, переходящее в собственность каждого из них.

Следует заметить, что нотариус как беспристрастный юридический советник лиц, обращающихся за нотариальным удостоверением сделки, не вправе высказываться либо давать участникам соглашения какие-либо советы относительно целесообразности раздела.

В-третьих, исходя из разницы стоимости имущества, доставшегося каждому супругу, решается вопрос о компенсациях неравного раздела.

Именно на последней стадии наиболее наглядно проявляется работа нотариуса в разъяснении последствий сделки каждому ее участнику. Решая вопрос о компенсациях либо признавая раздел равноценным, супруги (или бывшие супруги) в силу правовой неосведомленности и отсутствия соответствующего опыта могут не придать значения деталям оценки имущества, порядку денежных расчетов, срокам исполнения взятых на себя обязательств и так далее.

Если раздел имущества явно не уравновешен и ущемляет интересы одной из сторон, нотариус обязан обратить внимание супругов на это обстоятельство.

Роль нотариуса при разделе общего имущества супругов не ограничивается удостоверением соглашений о разделе нажитого в браке имущества. Фактически те же вопросы могут разрешаться в рамках брачного договора, для которого, кстати, в России установлено требование об обязательном нотариальном удостоверении.

Я не буду подробно останавливаться на брачном договоре как способе изменения режима имущественных отношений супругов. Скажу лишь, что в нашей стране заключение брачного договора накануне предстоящего развода, как это ни странно звучит, является распространенной практикой.

Брачным договором супруги могут установить режим раздельной собственности как на отдельное имущество или виды имущества, так и на все имущество, приобретаемое супругами после подписания брачного договора. Брачный договор также позволяет прекратить общую совместную собственность сторон и перевести имущество, нажитое в браке к моменту подписания брачного договора, в личную собственность. Таким образом, супруги могут с использованием такого инструмента, как брачный договор, привести свои имущественные отношения к ситуации, что в случае развода делить им просто будет нечего.

Несколько слов о сложностях, с которыми сталкиваются российские нотариусы, и о наших устремлениях в вопросах совершенствования действующего российского законодательства о браке и семье.

Во-первых, к сожалению, в случае последующего спора между сторонами соглашения о признании раздела имущества недействительным по основаниям введения одной из сторон в заблуждение относительно существа раздела, стоимости имущества или иных фактов российские суды всегда с большим сомнением принимают ссылки на разъяснительную функцию нотариуса, не считая ее косвенным доказательством недобросовестности истца. Отсутствие в национальном законе презумпции особой доказательной силы нотариального акта, а также постоянное вытеснение нотариата из гражданского оборота психологически заставляет судей ставить под сомнение и саму публичную достоверность нотариального удостоверения.

Во-вторых, по нашему мнению, если государство заинтересовано реально снизить нагрузку на суды, то значительный вклад в решение данной проблемы могло бы дать введение в законодательство требования об обязательном нотариальном удостоверении соглашений о разделе нажитого в браке имущества супругов, а также придание данному нотариальному акту силы исполнительного документа, по которому длящиеся отношения сторон по обязательствам передать имущество в будущем, либо уплачивать денежные суммы с отсрочкой или в рассрочку могли бы быть подкреплены внесудебным порядком истребования задолженностей.

В-третьих, в семейных правоотношениях и конкретно в вопросах законодательного урегулирования имущественных отношений супругов имеется множество вопросов, которые разрешаются правоприменительной практикой неоднозначно. Безусловно, если бы законы давали ответы на все вопросы и не осталось места для их толкования, то профессия юриста сошла бы на нет. Тем не менее, как нам кажется, именно нотариальная практика в такой большой, многонациональной и многоконфессиональной стране, как Россия, должна быть единой. Это устремление выражается в желании российских нотариусов иметь от Федеральной нотариальной палаты некие правовые позиции и методические решения по отдельным вопросам правоприменительной практики. Хотя, конечно, полномочия Федеральной нотариальной палаты не позволяют ей вмешиваться в правоприменительную деятельность процессуально независимых нотариусов.

Хотел бы привести некоторые примеры из собственной нотариальной практики.

В текущем году ко мне обратились бывшие супруги с просьбой нотариально удостоверить, как они выразились, факт передачи денег от одного из них другому. В ходе беседы выяснилось, что граждане развелись 11 лет назад. Вопрос о разделе имущества до сих пор не урегулирован. А деньги в весьма значительной сумме, которые бывшая жена готова передать бывшему мужу, являются не чем иным, как компенсацией вложения бывшего мужа в реконструкцию жилого дома, принадлежащего даме на праве личной собственности. В силу добросовестного заблуждения, получив изначально неверную консультацию у некоего юриста, стороны желали заключить договор дарения денег. После необходимых разъяснений о безвозмездном и безусловном характере дарения мне удалось привести стороны к заключению соглашения, отвечающего их истинным намерениям.

В этом же году мне довелось удостоверять соглашение супругов, которые только имеют намерение развестись, но уже приняли решение о том, что примирение невозможно и что общий ребенок останется жить с отцом. Последнее, кстати, не характерно для традиций нашей страны. В России фактически всегда ребенок остается с матерью, и отцам заведомо известна позиция российских судов по данному вопросу.

Супруги не высказали намерения формально зафиксировать свое соглашение об определении места жительства ребенка в виде нотариального акта, но просили удостоверить соглашение о разделе имущества, в проекте которого явно просматривалось неблагоприятное положение жены.

Я обратил внимание супругов на то, что вопросы содержания детей по нашему законодательству решаются отдельно от вопросов имущественных отношений супругов между собой. Но стороны настояли на заключении соглашения о неравном разделе имущества. На момент совершения нотариального действия для меня был очевидным тот факт, что супруги в силу нравственных установок не собираются приходить к алиментному соглашению, а также исключают для себя судебное вмешательство в вопросы содержания общего ребенка. Это и могло быть побудительным мотивом неравного раздела общего имущества. Однако мои выводы не подкреплялись заявлениями супругов. Таким образом, я не усмотрел в данной ситуации признаков мнимой сделки и удостоверил соглашение о разделе. Бесспорно, что запрет на нотариальное удостоверение ничтожных сделок не распространяется на сделки оспоримые.

Из ситуаций, которые надолго запоминаются, могу привести примеры раздела совместно нажитого имущества, когда взаимная неприязнь и эмоции приводят бывших супругов к детальному разделу даже посуды и других малоценных предметов домашней утвари, или, как было однажды в моей практике, разделу труб системы полива, закопанных в землю на садовом участке. В подобных ситуациях роль нотариуса – это роль миротворца.

Исходя из имеющегося богатого опыта общения с супругами, пытающимися делить имущество, российские нотариусы считают себя прирожденными медиаторами. Если новый закон «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации», проект которого разрабатывается в Министерстве юстиции РФ, сохранит новеллу, которая позволит российским нотариусам осуществлять функции медиаторов, надеюсь, мы справимся.


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100