Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Наследование долей в обществах с ограниченной ответственностью: проблемы правоприменения

03.11.2011

М.Н. Илюшина,

зав. кафедрой предпринимательского права,  гражданского и арбитражного процесса РПА МЮ РФ,

кандидат юридических наук, доцент

 

Аннотация. В статье рассматриваются проблемы правоприменительной практики, связанной с наследованием долей в обществах с ограниченной ответственностью.

Ключевые слова: наследование, доля или часть доли, общество с ограниченной ответственностью, участники общества, уставной капитал.

 

Inheritance of shares in limited liability companies: problems of enforcement

M.N. Ilyushina

Annotation. The article considers the problems of enforcement practice connected with the inheritance of shares in limited liability companies.

Keywords: inheritance, share or a part of the share, limited liability company, members of the company, authorized capital.

Общий принцип наследования долей, паев в хозяйственных товариществах и обществах, а также в производственных кооперативах установлен в ст. 1176 ГК. В соответствии с п. 1 указанной статьи «в состав наследства участника полного товарищества или полного товарища в товариществе на вере, участника общества с ограниченной или с дополнительной ответственностью, члена производственного кооператива входит доля (пай) этого участника (члена) в складочном (уставном) капитале (имуществе) соответствующего товарищества, общества или кооператива».

Более подробная регламентация наследования долей, паев в хозяйственных обществах, товариществах и производственных кооперативах содержится в других нормах ГК, а также в специальном законодательстве. Однако отдельные законы регламентируют вопросы наследования не полностью, вследствие чего ряд важных вопросов наследования остается неурегулированным.

До 1 июля 2009 г. в соответствии с п. 7 ст. 21 Закона об ООО доли в уставном капитале общества переходили к наследникам граждан, являвшихся участниками общества. Таким образом, переход доли умершего участника общества был возможен только наследнику, данная доля не могла быть распределена между другими участниками ООО [1].

До принятия наследником умершего участника общества наследства права умершего участника общества осуществлялись, а его обязанности исполнялись лицом, указанным в завещании, а при отсутствии такого лица – управляющим, назначенным нотариусом.

С 1 июля 2009 г. в соответствии с новой редакцией п. 8 ст. 21 Закона об ООО доля умершего участника общества в уставном капитале общества переходит по наследству на общих основаниях, если уставом общества не предусмотрено, что такой переход допускается только с согласия остальных участников общества [2]. При этом судебная практика при определении момента возникновения прав на долю руководствуется общими правилами наследственного права о порядке правопреемства, месте и времени возникновения прав на долю в ООО. На основании п. 4 ст. 1152 Гражданского кодекса принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Таким образом, доля умершего участника в уставном капитале общества признается принадлежащей наследникам, принявшим наследство, с момента открытия наследства.

Этой же позиции придерживается судебная практика. Например, в Постановлении Федерального арбитражного суда Центрального округа от 18.03.2010 № Ф10-626/10 по делу № А54-1546/2009-С11 [3] было установлено, что арбитражный суд отказал в иске о признании недействительным (ничтожным) договора дарения, посчитав, что право собственности наследницы (ответчицы по делу) на имущество, в том числе на принадлежавшую умершему долю в уставном капитале общества, возникло в силу открытия наследства, поскольку уставом ООО не предусмотрена необходимость получения согласия участников общества на переход доли в уставном капитале данного общества к наследникам бывшего участника общества. При этом суд отметил, что выдача свидетельства о праве на наследство не является правообразующим фактом, право собственности на ценные бумаги и другое имущество наследодателя возникает у наследников не в связи с получением свидетельства о праве на наследство, а в силу наследственного правопреемства (ст. 21 Закона об ООО).

Уставом общества может быть предусмотрено, что доля в уставном капитале умершего участника общества переходит к его наследникам полностью только с согласия остальных участников общества. В данном случае при оформлении наследственных прав умершего участника общества и до выдачи свидетельства о праве на наследство нотариусу должно быть представлено такое согласие (в виде протокола собрания участников общества, подписанного всеми участниками, либо в виде отдельных письменных заявлений всех участников общества). Кроме того, существует общее правило, предусмотренное п. 10 ст. 21 Закона об ООО: согласие участников общества на переход по наследству доли в уставном капитале также считается полученным при условии, если в течение 30 дней или иного определенного уставом срока со дня получения соответствующего обращения к участникам общества не дан письменный отказ в согласии ни от одного из участников общества. При этом сложилась довольно устойчивая позиция судебных органов: обжалование такого отказа не может привести к положительному результату, поскольку участники общества заранее оговорили в уставе право решать вопрос о даче согласия на включение наследника в состав участников общества. Например, в Постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа от 16.03.2010 № КГ-А40/1383-10 по делу № А40-84044/09-34-667 [4] указано: признавая ошибочным утверждение истицы о том, что согласия со стороны остальных участников ООО и самого общества при переходе доли в уставном капитале общества правопреемникам, включая наследника, якобы, не требуется, так как они опровергаются положениями устава общества, а также положениями ст. 1110 ГК и ст. 21 Закона об ООО, арбитражный суд отказал в удовлетворении иска об обязании признать истца участником ООО и подать документы в регистрирующий орган.

В тех случаях, когда участниками общества не дано согласие на наследование доли в уставном капитале умершего участника общества, тогда как такое согласие в соответствии с уставом общества было необходимо, объектом наследования может являться только действительная стоимость доли в уставном капитале умершего участника общества.

В таком случае в соответствии с п. 5 ст. 23 Закона об ООО при отказе участников общества дать согласие на переход доли эта доля переходит к обществу в день, следующий за датой истечения срока, установленного законом или уставом общества для получения такого согласия общества. Например, в Постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 01.09.2010 по делу № А70-350/2010 установлено, что требование об обязании общества передать истцу в качестве действительной стоимости доли в уставном капитале общества долю в праве собственности на земельный участок отклонено законно, поскольку в соответствии с п. 6.1 ст. 23 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установленный уставом общества шестимесячный срок для выплаты участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительной стоимости доли или выдачи ему в натуре имущества такой же стоимости не наступил [5].

При этом общество обязано выплатить наследникам умершего участника общества действительную стоимость доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню смерти, либо с их согласия выдать им в натуре имущество такой же стоимости (п. 5 ст. 23 Закона об ООО). Однако в силу абз. 4 п. 8 ст. 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, если на момент этих выплаты или выдачи имущества в натуре оно отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Федеральным законом от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» либо в результате этих выплаты или выдачи имущества в натуре указанные признаки появятся у общества. Согласно п. 2 ст. 3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Исходя из смысла абз. 4 п. 8 ст. 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, наличие у общества просроченной на три месяца задолженности или возможности образования такой задолженности не является обстоятельством, исключающим взыскание судом действительной стоимости доли, но может являться препятствием для ее выплаты (исполнения судебного акта).

Действительная стоимость доли участника общества в силу закона должна быть определена как часть стоимости чистых активов общества, пропорциональная размеру его доли в уставном капитале (п. 2 ст. 14 Закона об ООО). Однако в настоящее время нет специального нормативного акта, регулирующего определение стоимости чистых активов ООО, поэтому следует руководствоваться действующим письмом Минфина России от 24.08.2004 № 03-03-01-04/1/10, согласно которому «чистые активы – это балансовая стоимость имущества общества, уменьшенная на сумму его обязательств. Стоимость чистых активов определяется по последнему утвержденному в установленном порядке бухгалтерскому балансу общества» [6]. Если, например, участник ООО умер в январе 2009 г., то действительную стоимость доли необходимо определять на основании данных из годового баланса за 2008 г. Если он умер, скажем, в сентябре 2008 г., то для определения действительной стоимости доли необходимо составить баланс по состоянию на 1 сентября 2008 г.

Справка о действительной стоимости доли умершего участника составляется по запросу нотариуса и оформляется в произвольной форме с учетом обычных правил делопроизводства для официальных писем организации. Однако именно на этом этапе и возникает самое большое количество споров, поскольку наследники довольно часто не согласны с представленной обществом оценкой наследуемой доли и оспаривают ее. В данном случае важно пояснить, что нормы ГК в части оценки наследственного имущества выступают в качестве специального правила по всем случаям наследования, в том числе и при наследовании долей в ООО.

В связи с вышеизложенным вполне показательно дело, рассмотренное Высшим Арбитражным Судом РФ (определение от 16.07.2008 № 8753/08 по делу № А40-58428/06-19-204 [7]), по которому было установлено, что решением собрания ООО «ИЦ Спектр» от 20.10.2005 наследнице было отказано в удовлетворении заявления о вступлении в ООО «ИЦ Спектр» в качестве участника общества. Вместе с тем общество обязалось выплатить А.И. Горбуновой стоимость доли в размере 19 975 руб. Не согласившись с предложенной ей обществом стоимостью доли, А.И. Горбунова обратилась в арбитражный суд с требованием о выплате ей стоимости доли, исходя из рыночной стоимости имущества. Суд указал, что, хотя в соответствии с требованиями ст. 21, 23 Закона об ООО общество обязано выплатить наследникам умершего участника общества действительную стоимость доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню смерти, либо с их согласия выдать им в натуре имущество такой же стоимости, ст. 1115 ГК установлено, что ценность наследуемого имущества определяется, исходя из его рыночной стоимости.

Согласно заключению ООО «Независимый институт оценки и управления» от 27.06.2007 действительная стоимость 42,5% доли ООО «ИЦ Спектр», исходя из рыночной стоимости недвижимого имущества по состоянию на 5 февраля 2004 г., составила 986 000 руб. Судом кассационной инстанции на основании указанных выше норм права требования удовлетворены в сумме 986 000 руб. [8]. Указанная позиция нашла свое подтверждение и в последующей судебно-арбитражной практике. Например, показательным является спор, в котором суд удовлетворил иск наследников участника общества о взыскании с общества действительной (рыночной) стоимости доли в уставном капитале общества, принадлежащей умершему участнику, согласившись с выводом нижестоящего суда о том, что в соответствии с п. 5 ст. 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» действительная стоимость доли в уставном капитале общества определяется с учетом рыночной стоимости основных средств как движимого, так и недвижимого имущества, отраженного на балансе общества [9]. Практика рассмотрения споров наследников и обществ с ограниченной ответственностью претерпевает значительные изменения в связи с переосмыслением как природы прав наследника на долю в ООО, так и возможности использования при защите прав наследника на долю вещно-правовых способов защиты. Для правильного понимания современного состояния данных подходов, на наш взгляд, показателен следующий спор.

Как указано в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 18.04.2011 г. по делу № А12-8057/2010, поскольку согласия остальных участников общества на переход доли не требовалось, доля умершего участника общества Е. перешла к его наследнице – Г.; к Г. перешли и все права, вытекающие из обладания долей, в том числе и права на участие в управлении делами общества.

Доказательства подачи Г. заявления о выходе из общества в материалы дела не представлены. Перечисление обществом Г. денежных средств не может свидетельствовать об утрате Г. имущественных прав на долю в уставном капитале общества.

Доводы представителя заявителей кассационных жалоб о возникновении у Г. права только на получение действительной стоимости доли в уставном капитале основаны на неверном толковании положений закона. В силу представленного в материалы дела свидетельства о праве на наследство к Г. перешло именно право на долю в уставном капитале общества в размере 25%, а не на действительную стоимость данной доли, что соответствует законодательству об обществах с ограниченной ответственностью.

Определяя правовой статус Г., суд обоснованно указал, что принятое Г. наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество. При данных обстоятельствах, учитывая отсутствие законных оснований утраты Г. права на унаследованную долю, Г., являясь титульным собственником спорной доли в уставном капитале общества, обладает законным правом истребования принадлежащего ей имущества, выбывшего из ее владения помимо ее воли.

В силу положений ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно положениям п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Пунктом 17 ст. 21 Закона (в редакции Федерального закона от 30.12.2008) предусмотрено, что если доля или часть доли в уставном капитале общества возмездно приобретена у лица, которое не имело права ее отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), лицо, утратившее долю или часть доли, вправе требовать признания за ним права на данные долю или часть доли в уставном капитале общества с одновременным лишением права на данные долю или часть доли добросовестного приобретателя при условии, что данные доля или часть доли были утрачены в результате противоправных действий третьих лиц или иным путем помимо воли лица, утратившего долю или часть доли.

Судом правомерно установлено наличие у Г. имущественных прав на долю в уставном капитале общества в размере 25%.

4.03.2009 состоялось общее собрание участников общества, на котором принято решение о переходе доли умершего Е. к обществу. Впоследствии на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале от 21.04.2009 общество продало долю в размере 25% уставного капитала общества Б.

Суд правомерно указал, что данный договор в силу положений ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной сделкой, поскольку общество, не являясь собственником 25% доли Г., не могло ею распорядиться – передавать в собственность Б. При данных обстоятельствах апелляционный суд установил, что доля в уставном капитале общества, собственником которой является Г., выбыла из ее владения помимо воли собственника, что влечет удовлетворение требований об истребовании долей из чужого незаконного владения.

Доводы заявителей кассационных жалоб о наличии со стороны последующих собственников долей признаков добросовестности приобретения правомерно не приняты во внимание апелляционным судом. Приобретение имущества по ничтожной сделке не может быть рассмотрено в контексте добросовестного приобретения.

Кроме того, в соответствии с п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», по смыслу п. 1 ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли [10].

Имеются также и некоторые проблемы процедурного характера, которые влияют на оформление статуса титульного собственника владельца доли. Поскольку переход доли или части доли в уставном капитале общества, поступающих при наследовании, требует внесения в ЕГРЮЛ соответствующих изменений, необходимо установить, кто и в каком порядке может вносить указанные изменения.

В пункте 1.4 ч. 1 ст. 9 Закона о государственной регистрации наследник не поименован среди лиц, которые могут подать заявление о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ с целью внесения изменений в сведения об участниках общества. При этом возможны три ситуации. В первом случае, если в уставе общества установлен запрет на переход в порядке наследования доли в уставном капитале общества, корпоративных отношений у наследника не возникает, и он, получив свидетельство о праве на наследство в виде доли в обществе, обращается с просьбой о выплате ему действительной стоимости доли. Второй случай вероятен, если в уставе общества установлено, что переход доли к наследникам осуществляется только с согласия других его участников. В этом случае уставом может быть предусмотрен различный порядок получения согласия участников общества на переход доли или части доли. Такой порядок может предусматривать обязательное получение согласия в виде письменного заявления всех участников на переход доли наследнику. Кроме того, в уставе может устанавливаться срок, в течение которого неполучение заявлений участников об отказе дать согласие на переход доли наследнику влечет за собой принятие наследника в состав общества. Наконец, это может быть решение общего собрания участников о принятии наследника в состав общества. В течение трех дней заявление о внесении изменений в ЕГРЮЛ, засвидетельствованное в нотариальном порядке, подается руководителем общества. Остается неясным вопрос о том, кто является заявителем при подаче заявления о внесении изменений в ЕГРЮЛ в случае отсутствия каких-либо запретов и ограничений для наследника при вступлении в общество. Высказываемую в ряде публикаций точку зрения, что такое заявление все-таки может подать сам наследник, нельзя признать обоснованной. В соответствии с правилом, изложенным в п. 12 ст. 21 Закона об ООО, наследник приобретает статус участника только с момента государственной регистрации соответствующих изменений на основании правоустанавливающих документов, тогда как в п. 1.4 ч. 1 ст. 9 Закона о государственной регистрации наследник не поименован в качестве субъекта, наделенного правом подать заявление о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ.

Таким образом, на сегодняшний день не решен главный вопрос всей процедуры наследования как универсального правопреемства: как оформить в данном случае право наследника? Ответа на этот вопрос в законодательстве не содержится. Указанные пробелы в правовом регулировании порядка перехода долей при наследовании создают довольно сложную ситуацию в правоприменительной практике, что значительно снижает возможность охраны и защиты прав наследников долей в ООО.



[1] Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» // СЗ РФ. 1998. № 7. Ст. 785.

[2] Федеральный закон от 30.12.2008 № 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты» // СЗ РФ. 2009. № 1. Ст. 20.

[3] Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

[4] Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

[5] Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

[6], [7]Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

[8] Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

[9] Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 20.10.2010 по делу № А28-14978/2009 / Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

[10] Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100