Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Нотариальная форма сделки в проекте изменений Гражданского кодекса РФ

04.03.2011

Л.В. Щенникова,

заведующая кафедрой гражданского права Кубанского государственного университета,

доктор юридических наук, профессор

 

Аннотация. В центре внимания автора – проблема обязательной нотариальной формы сделки. В статье обосновывается идея, заключающаяся в том, что законодательное регулирование должно учитывать самостоятельное значение и функции нотариальной формы сделки и государственной регистрации вещных прав.

Ключевые слова: нотариальное удостоверение сделки, государственная регистрация прав на имущество, нотариальная форма, законодатель.

 

Notarial From of Transaction in the Draft of Amendments to the Civeil Code of the RF

L.V.Shchennikova, Chief of Department of Civil Law of Kuban State University, Doctor of Law, Professor

Annotation. The problem of mandatory notarial form of transaction is in the spotlight of the author. In the article there is grounded the idea that the legislative regulation is to take into account the independent significance and functions of notarial form of transaction and state registration of proprietary interests.

Keywords: notarial certification of the transaction, state registration of the rights for the property, notarial form, legislator.

Фактом объективной реальности является то, что основной гражданский закон нашей страны находится на стадии глубинного реформирования. Обсуждена и принята Концепция развития гражданского законодательства [1]. В Интернете существует и новая редакция Гражданского кодекса России, которая может быть принята в недалеком будущем. Среди многочисленных новелл закона для нотариального сообщества, безусловно, особый интерес представляют нормы, посвященные нотариально удостоверенным сделкам. В действующей редакции Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) именно так озаглавлена ст. 163, в дополнение к которой принята целая система норм, указывающих на нотариальное удостоверение сделки в обязательном порядке.

Надо констатировать, что достаточно долгий период развития ГК РФ, начатый в 1994 году, был неблагоприятным с точки зрения утверждения нотариальной формы сделки. Казалось бы, только в 1993 году были приняты Основы законодательства РФ о нотариате, положившие начало развитию в России нотариата латинского типа. Однако уже через год в первой части ГК РФ начался процесс секвестирования случаев, когда требуется удостоверение сделки в обязательном порядке на основании закона. Нотариусы по существу сразу были отстранены от сделок купли-продажи недвижимости, впоследствии исчезли и иные договоры, например, ипотека. Сам процесс изменений в гражданском законодательстве приобрел, можно сказать, целенаправленный характер. Нотариальная форма заменялась или простой письменной, или государственной регистрацией соответствующих сделок. В завершение всех преобразований нотариусы были ограничены в своей деятельности, по сути, работой с небольшим количеством односторонних сделок. Договоры, подобные ренте и брачному договору, для которых была сохранена обязательная нотариальная форма, составили небольшой процент от общего числа нотариальных действий.

Можно ли считать такое развитие гражданского законодательства России закономерным, отражающим мировые тенденции динамики имущественных отношений?

Думаю, что нет. Утверждение законности, путь на защиту прав и интересов граждан не исключает, а, наоборот, предполагает активное участие нотариусов в гражданском обороте страны. Наделение полномочиями со стороны государства, полная гражданско-правовая ответственность за имущественный вред, высокий профессионализм – это те «три кита», которые, по идее, должны были (бы), наоборот, способствовать утверждению и всемерному развитию именно нотариальной формы разнообразных гражданско-правовых договоров. На деле все обернулось по-иному. Вот почему для нотариального сообщества процессы реформирования гражданского законодательства, начавшиеся в 2009 году, были благоприятным знаком. Появилась надежда, что сделки с долями обществ с ограниченной ответственностью – это только начало большого пути взаимодействия, взаимопроникновения и соответствия законодательства гражданского и профессионального нотариального.

Тем не менее большие ожидания не вполне оправдались уже на этапе разработки Концепции развития гражданского законодательства. В ее окончательно принятой редакции ни в разделе 4.1 «Сделки», ни в разделе 5 «Недействительные сделки» нет никакого научного обоснования круга сделок, которые объективно и закономерно требуют обязательного нотариального удостоверения. Такое «молчание» цивилистической доктрины, как представляется, не согласуется с активными законотворческими процессами под эгидой Министерства юстиции, связанными с разработкой нового закона «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации». Создание в одно время двух законов – кодифицированного гражданского и основного нотариального – должно было бы подтолкнуть науку к выработке аргументов, связанных с утверждением обязательной нотариальной формы сделок, обеспечив научное обоснование круга тех, которые объективно и закономерно нуждаются в профессиональном нотариальном сопровождении. В этих вопросах, можно утверждать с уверенностью, не должно быть случайностей и проявлений субъективизма, который имел место в конце 90-х годов прошлого века, когда нотариальная форма сделки с легкостью заменялась ее государственной регистрацией. При этом всем очевидны были разные задачи и функции, стоящие перед нотариусами и государственными регистраторами.

Обратимся сейчас к тексту проекта Гражданского кодекса РФ (далее –  Проект), доступному для широкой читательской аудитории в материалах, размещенных в Интернете [2]. Вполне понятно, что вариант этот промежуточный, в него будут вноситься дополнения и поправки. А, значит, самое время формулировать предложения и замечания, которые, есть шанс, будут учтены на этапе окончательной доработки этого важного нормативного акта.

Разработчики предлагают общую формулу, выражающую смысл правила об обязательной нотариальной форме сделки, закрепить в ст. 81 Проекта. Суть правила заключается в том, что «если иное не установлено законом, сделка, влекущая возникновение, изменение или прекращение прав, которые подлежат государственной регистрации, должна быть нотариально удостоверена». На первый взгляд такое законодательное решение может обрадовать нотариальное сообщество. Ведь нотариусы будут привлечены к наиболее ответственным сделкам, связанным с переходом права собственности и иных вещных прав. За период «отлучения» от сделок с недвижимостью нотариусы уже перестали и мечтать о таком развитии законодательной мысли. Однако, на мой взгляд, есть некоторые моменты, которые не вполне благоприятны для нотариата, укрепления его роли и значения в нашей стране.

Во-первых, не вполне удачно избрано место, где помещено указанное общее правило. Статья называется «Государственная регистрация прав на имущество». Она громоздкая, состоит из девяти пунктов. Соответственно, упоминание о нотариате теряется в общем объеме нормативного материала, посвященного государственной регистрации.

Более того, само правило начинается с оговорки: «если иное не установлено законом». Получается, что законодатель, видимо, опасаясь своего же решения, готовит пути отступления от него. Вполне понятно, что при такой редакции федеральное законодательство может быть нашпиговано случаями, устанавливающими исключения из общего задуманного правила.

Во-вторых, п. 4 ст. 81 Проекта допускает еще один «удар» по имиджу нотариата, устанавливая, что, «если право на имущество возникает, изменяется или прекращается на основании нотариально удостоверенной сделки, государственный орган вправе проверить законность соответствующей сделки». В результате получается, что к уже произведенной проверке законности сделки, которая осуществляется на стадии нотариального удостоверения и предусмотрена ст. 163 того же Проекта, нет доверия. Возможно, разработчики руководствовались какими-то аргументами, устанавливая этот двойной контроль. Мне же он представляется излишним. Необходимо укреплять авторитет нотариата, веру участников гражданского оборота в качество нотариального акта. Такое доверие призвано обеспечить профессиональное нотариальное право в лице нового закона «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации».

Нотариальная деятельность и деятельность по государственной регистрации прав должны иметь свои специфические задачи. Одна призвана обеспечить качество основания возникновения права, другая – публичность и достоверность возникших вещных прав. Они взаимосвязаны и с естественностью дополняют друг друга. При этом значение их равновелико. Вот почему правило об обязательной нотариальной форме сделок, по моему мнению, должно содержаться в статье, посвященной нотариально удостоверенным сделкам, а не государственной регистрации прав.

В-третьих, намеченная законодателем связь нотариальной формы и государственной регистрации прав не исключает необходимость очертить точнее круг сделок, нуждающихся в обязательном нотариальном удостоверении. Этот круг не должен, как это имеет место в настоящее время, складываться стихийно, по мере обновления федеральных гражданских законов, когда совершенно неожиданно исчезла обязательная нотариальная форма для ипотеки и появилась для сделок с долями обществ с ограниченной ответственностью. Кстати, и в предлагаемых Проектом редакциях обновленных норм не усматривается системности в решении данного вопроса.

Так, ст. 132 Проекта говорит о нотариальном удостоверении сделок с предприятиями, ст. 3033  – об обязательной нотариальной форме договора ипотеки, ст. 3043 – о нотариальной форме договора, предусматривающего возникновение права приобретения чужой недвижимой вещи. Где можно обнаружить аргументацию для данного круга сделок?

Если утверждать значение обязательной нотариальной формы сделки, то можно поучиться, например, у законодателя Республики Армения. В Гражданском кодексе этой страны уже с 1998 года обязательно в нотариальном порядке удостоверяются договоры доверительного управления недвижимостью (ст. 959), установления добровольного сервитута (ст. 211), продажи недвижимости (ст. 562), дарения недвижимого имущества (ст. 595), аренды недвижимости (ст. 610), финансовой аренды недвижимости (ст. 678), а также безвозмездного пользования недвижимым имуществом (ст. 686). Здесь в качестве положительного факта я отмечаю саму тенденцию развития нотариальной формы. Однако, по моему мнению, не только и не столько объектом, его ценностью и значимостью может объясняться выбор круга сделок для обязательного нотариального удостоверения. Здесь надо принимать во внимание интерес, защиту которого в первую очередь должны обеспечить как гражданское, так и профессиональное нотариальное законодательства.

Выступая перед нотариальным сообществом, я аргументировала выбор круга сделок, требующих профессионального нотариального сопровождения. Это, во-первых, сделки, направленные на реализацию и обеспечение семейного интереса участников гражданского правоотношения. Во-вторых, сделки, направленные на реализацию и обеспечение представительства и посредничества. В-третьих, сделки физических лиц, направленные на приобретение недвижимого имущества в собственность. В-четвертых, сделки, направленные на реализацию и обеспечение интересов недееспособных и не полностью дееспособных граждан. В-пятых, сделки, направленные на создание юридических лиц. наконец, сделки по поводу распоряжения имуществом на случай смерти. Ряд сделок из названного перечня традиционно в орбите нотариальной деятельности (завещание, брачный договор). Некоторые, в частности, связанные с переходом прав на недвижимое имущество, «на подходе», поскольку уже намечены Проектом. Но есть среди мною очерченного круга и те, которые пока официально обойдены молчанием. К ним относятся, в частности, сделки, направленные на реализацию и обеспечение интересов недееспособных и не полностью дееспособных лиц. Мне же представляется, что именно в тех случаях, когда может быть потенциально нарушен имущественный интерес «слабых» или «мало защищенных», в обязательном порядке должен быть привлечен для профессионального сопровождения сделки именно нотариус, как истинный гарант законности, профессионально обеспечивающий защиту гражданских прав.

Итак, тенденция укрепления и развития обязательной нотариальной формы сделки нормами кодифицированного гражданского закона, безусловно, положительная. При этом важно, чтобы положительная динамика не обернулась отрицательными последствиями в связи с недостатком системного подхода, вовремя подсказанного цивилистической доктриной и учтенного впоследствии законодателем.



[1] Концепция развития гражданского законодательства. М., 2010.

[2] Проект изменений в разделы I, II, III, VI, VII Гражданского кодекса РФ./ http://www.consultant.ru/law/hotdocs/11059.html


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100