Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Нотариальный акт на службе безопасности инвестиций, его эффективность при осуществлении государственной регистрации и его исполнительная сила

15.12.2010

(Извлечения из выступления на XXVI Международном конгрессе нотариата и национального доклада[1])

 

И.Г. Медведев[2],

доцент кафедры гражданского процесса

Уральской государственной юридической академии,

руководитель отдела зарубежного нотариата

Центра нотариальных исследований,

кандидат юридических наук

 

 

Переходная и быстро растущая российская экономика не избежала пагубного воздействия мирового финансового кризиса, одним из ярких следствий которого стало крупномасштабное бегство капитала из страны в «тихие гавани» за рубеж[3]. Масштабная утрата доверия к национальному рынку и механизмам, в том числе правовым, которые обеспечивают его нормальное функционирование, были и остаются в числе первопричин такого положения вещей.

Сегодня, более чем когда-либо, российская экономика нуждается в инвестициях в реальный сектор, имеющихся как внутри страны, так и приходящих из-за рубежа. Как решить эту задачу за счет самих участников рынка, остановив искусственное, а потому опасное накачивание экономики «государственными» деньгами? Будем откровенны: что, помимо непосредственной и максимально быстрой экономической выгоды, ищет инвестор? Ответ не должен быть слишком долгим или вынужденным: безопасность инвестиций, поскольку она позволит инвестору спокойно воспользоваться результатом его вложений. В этом смысле легко и безопасно должно быть не только войти на рынок, но и выйти из него без потерь.

Искомая безопасность инвестиций включает в себя множество элементов, полное перечисление которых вряд ли возможно и необходимо. Отметим лишь некоторые из них, которые представляются наиболее важными, это: стабильность приобретенных прав, полноценная правовая защита инвестиций, гарантированное исполнение инвестиционного контракта. В итоге данные характеристики правовой среды в полной мере отвечают функциям нотариального акта, во всяком случае, как идеальной конструкции.

Природа нотариального акта двойственна: с одной стороны, это средство каждодневной работы – функция, с другой – ее результат. Именно благодаря существу нотариального акта и его общеизвестным легальным характеристикам нотариальная профессия обладает потенциалом для обеспечения беспрепятственного функционирования современного общества и поддержки национальной экономики. Однако не все так безоблачно, и имеющийся потенциал нотариального акта, как инструмента социальной и экономической стабильности, не используется во многих государствах. Поэтому, не останавливаясь на достоинствах нотариального акта как концепции, которые отмечались и отмечаются многими, остановимся на некоторых недостатках нотариального акта «по-русски» (которые свойственны, возможно, и другим национальным юрисдикциям, и вызваны особенностями местных законодательств и правоприменительной практики).

Прежде всего, во многих современных обществах возник принципиальный вопрос выбора нотариальной модели: какой тип нотариата в большей степени отвечает потребностям защиты инвестиций и, более широко, экономическому развитию страны? Каковы основные характеристики такого нотариата и нотариального акта? Скажете, они хорошо известны: «нотариус наделяется полномочиями и действует от имени государства», «его основная функция – контроль законности частных соглашений», «нотариус – беспристрастный и независимый советник сторон», «нотариальный акт – официальный документ особой доказательственной и исполнительной силы» и т.д. и т.п. Все это так, но в реальности мы находим все эти признаки в большинстве стран, где присутствует нотариат «латинского» типа. Необходима, на мой взгляд, определенная корректировка нашего понимания нотариата, которое нередко заключается в простом перечислении достоинств нотариата и нотариальной формы, причем без оценки того, в каком сочетании и при каких условиях эти правовые инструменты производят на свет современный нотариат – тот нотариат, который через свои акты заставляет бизнес двигаться и развиваться, а не загоняет его в бюрократическую ловушку.

Приведу один пример. В ряде европейских государств, в том числе и России, нотариальная реформа 1990-х годов имела двойственный результат. С одной стороны, в них постепенно были выстроены системы нотариата латинского типа, включающие все его принципиальные элементы, которые соблюдаются законодателем и практиками более строго, чем в некоторых странах – «родителях» классического нотариата. В качестве примера стран с такими отклонениями можно назвать Нидерланды со свободным доступом к профессии и свободными же тарифами; Германию с ее странным в некоторых федеральных землях институтом нотариуса-адвоката; Францию с несколько сомнительной с традиционных позиций ролью посредника, выполняемой нотариусом в сфере оборота недвижимости, и др. С другой стороны, сохраняется в целом нотариальная процедура удостоверения юридических фактов, происходящая совершенно из другой эпохи, до либерализации нотариата и общества в целом.

К сожалению, нотариусы используют сегодня, в основном, такие средства проверки удостоверяемых фактов, достоверность которых не выдерживает никакой критики. Что сегодня обычно наблюдается в нотариальных конторах? Вечно спешащие и раздраженные клиенты, приходящие к нотариусу с плохо подготовленным делом и отправленные им восвояси – после короткой перепалки – восполнять пробелы в деле и устранять имеющиеся недостатки. Клиенты, получившие, наконец, нередко после ряда неудачных попыток, заветную печать нотариуса на документе, чтобы заново отправиться стучаться в другие двери для выполнения иных формальностей, с которыми закон связывает действительность права заинтересованного лица.

Такая модель никуда не годится и будет постоянно оспариваться другими юридическими профессиями, не говоря уже о том, что нотариус и его документ здесь – это всего лишь простой и лишний – радостно уточняет Всемирный банк[4], – элемент в бюрократической цепочке документооборота. В этой модели отсутствуют какие-либо внешние гарантии достоверности документов, представленных нотариусу, вдумайтесь, заинтересованными лицами! Конечно, я никого не обвиняю: в отсутствие необходимых легальных полномочий нотариусы здесь ни в чем не виноваты. Однако очевидно, что только прямой и непосредственный доступ к государственным реестрам и другим информационным базам данных, содержащим относительно достоверную информацию относительно лиц, участвующих в совершении нотариального действия, и их имущества, позволят профессии претендовать на искомую аутентичность нотариальных актов со всеми вытекающими следствиями, а именно их особая доказательственная или непосредственная исполнительная сила. Именно поэтому искомая модель – это модель активного нотариата в самом широком смысле слова: правовом, техническом, экономическом и социальном.

Не случайно то, что государство передает часть своих полномочий публичным лицам, основная задача которых заключается в обеспечении юридической безопасности и социального спокойствия. Правовое государство должно гарантировать стабильность и законность приобретаемых прав, поскольку это способствует экономическому развитию страны и справедливому обогащению ее населения. С этих позиций будет недостаточным одного лишь существования юрисдикционной системы, позволяющей эффективно разрешать правовые конфликты. Не меньшее, если не большее, значение с позиций эффективного инвестора и расчета потенциальных рисков имеет развернутый инструментарий для предупреждения конфликтов и/или их внесудебного урегулирования. В эпоху возрастающего числа судебных разбирательств в обществе нотариальный акт предоставляет альтернативу конфликту, который угрожает не только частным отношениям, но и представляет собой серьезную социальную опасность в целом. С индексом спорности 0,014% нотариальных актов в договорной и наследственной областях за 2009 год[5] российские нотариусы показали, как эффективно бороться с данной опасностью. Тем не менее расширение консультаций нотариуса на области, смежные с нотариальным удостоверением, и использование в нотариальной практике некоторых альтернативных процедур урегулирования правовых конфликтов, таких как медиация, представляется мне одним из вариантов повышения эффективности нотариальной формы в целом.

В погоне за экономическим ростом не следует быть всеядными: инвестиции инвестициям – рознь, и не всегда они во благо, по крайней мере, в среднесрочной и отдаленной перспективе. Инвестор с непрозрачным капиталом, пришедшим из стран «налогового рая», всегда в поисках немедленной и чрезмерной выгоды – такая вот карикатура на подлинных инвесторов, то есть тех, кто обеспечивает устойчивое и поступательное развитие национальной экономики, – существует там, где отсутствуют гарантии права собственности, говоря иначе и более обобщенно, где отсутствует юридическая безопасность приобретенных прав. Здесь также есть над чем поработать как в нашей стране, так и у некоторых соседей.

Достоверность юридических актов и других документов – носителей субъективных прав представляет важное условие юридической безопасности. Так, достоверность данных государственных реестров в области правового положения лиц и их имущества напрямую зависит от достоверности актов, которые в них содержатся. Если содержание последних гарантировано незаинтересованным публичным лицом в рамках развернутой и эффективной процедуры верификации, то права и вытекающие из них юридические факты объективно приобретают бесспорный характер. Фактическая бесспорность прав, основанных на нотариальных актах, ведет к снижению абсолютного числа судебных споров в соответствующих областях. Даже если процесс все-таки начался, его рассмотрение и разрешение будет облегчено, когда судья опирается в своих выводах на нотариальный акт. Такова идеальная модель.

К сожалению, явным примером отсутствия элементарной юридической безопасности приобретаемых прав выступает неолиберальная система регистрации прав на недвижимое имущество, сложившаяся на сегодняшний день в России. Позволяя неограниченный доступ в государственный реестр актов, составленных в простой письменной форме, достоверность и законность которых гарантируется только подписями сторон, сделанными зачастую непрофессионалами и всегда не равными с точки зрения доступности квалифицированной правовой помощи, данная система ведет к постоянному росту риска оспаривания зарегистрированных прав. Цифры говорят сами за себя: согласно официальным данным, по крайней мере, 10% записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество не соответствуют действительности[6]. Это означает, прежде всего, что первоначальные юридические акты, служившие основанием для внесения соответствующих записей, также не в полной мере соотносятся с правовой реальностью. С учетом правообразующего значения государственной регистрации прав в сфере недвижимости последующее признание недействительным акта-основания часто влечет негативные последствия для правообладателей, вплоть до утраты ими своих прав независимо от добросовестного характера их приобретения. Конечно, как и везде в мире, в России запись в государственном реестре придает зарегистрированному праву субъекта характер легальной презумпции достоверности по отношению к добросовестному третьему лицу, который обращается к данным реестра. Но, поскольку речь идет о простой презумпции, которая может быть опровергнута в компетентном суде любыми допустимыми средствами, правовая защита не может считаться абсолютной, и юридическая безопасность остается на крайне низком уровне.

Что касается использования потенциала нотариальной формы для обеспечения юридической безопасности прав, приобретаемых в сфере оборота недвижимости, то это станет возможным только в случае концептуального изменения модели удостоверения. Сегодняшняя процедура регистрации нотариальных актов в государственном реестре прав имеет технологические недостатки, могущие привести к негативным последствиям нотариального акта для сторон и для общества в целом в случае ее массового применения без дальнейшего усовершенствования.

Повторюсь, действующая модель существенно затрудняет или во многих случаях делает невозможным непосредственный обмен правовой информацией между нотариусом и компетентными государственными реестрами. В противоречии с обычной логикой и требованиями безопасности сами стороны и их представители, чаще всего сотрудники агентств недвижимости, выступают в качестве основных действующих лиц при выполнении всех предшествующих или последующих формальностей по совершению сделки или иного акта. Такая система неудобна и небезопасна как для заинтересованных лиц, так и для должностных лиц государственного реестра. Первые вынуждены самостоятельно собирать необходимые документы для совершения акта и затем подавать «дело» на регистрацию – все это без достаточных гарантий качества представляемых документов, как следствие отсутствия профессиональной и незаинтересованной помощи. Огромные очереди, бесконечные технические ошибки, массовые подделки, бесполезные двойные проверки, коррумпированные «посредники» – такова обыденность для вторых. Чему и, главное, кому служит такая сомнительная и непрозрачная система? Ответ известен, и я воздержусь его озвучивать.

В более позитивном ключе следует предложить национальному законодателю, который уже прошел свои болезни роста, использовать потенциал нотариата активного типа для восстановления и дальнейшего роста экономического благосостояния общества в таких, к примеру, ключевых областях, как рынок недвижимости, реформируя при этом действующий режим взаимодействия между нотариусом и реестрами.



[1] Полный текст национального доклада и другие материалы XXVI Конгресса будут опубликованы в отдельном издании Фонда развития правовой культуры в начале 2011 года.

[2] Национальный докладчик по теме II Конгресса, доктор права (Франция).

[3] По самым оптимистичным оценкам Центрального банка России в 2008 году из страны было выведено 133,9 млрд. долларов США, в 2009 – 56,9 млрд. долларов США // Пресс-релиз Банка России: http://www.cbr.ru/statistics/credit_statistics/print.asp?file=capital.htm

[4] См. Doing Business in Russia 2009, ed. World Bank & International Finance Corporation, p. 5, 6, 15, 16.

[5] 75,46% от всех нотариальных действий или 69 829 825 действий составляли в 2009 году свидетельствование копий и подлинности подписей на документах. / Данные по Статистическому отчету Федеральной нотариальной палаты России в 2010 году. Данные элементарные действия не учитывались при расчете индекса оспаривания нотариальных актов.

[6] См. статистические данные: Концепция создания Единой информационной системы недвижимости Российской Федерации // ФГУП ФКЦ «Земля», 2008; Концепция Единой информационной системы государственной регистрации недвижимого имущества, прав на него и сделок с ним в Российской Федерации // ООО «Институт экономики города», 2008.


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100