Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

О новых подходах и оценках в нотариальной и судебной практике законности сделки отчуждения доли, (части) доли в обществах с ограниченной ответственностью

11.09.2010

М.Н. Илюшина,

кандидат юридических наук, доцент,

зав. каф. предпринимательского права, гражданского и арбитражного процесса

Российской правовой академии Минюста России (Москва)

 

 

Аннотация. В данной статье описывается проблематика, связанная с договорными отношениями по отчуждению доли, (части) доли в обществах с ограниченной ответственностью, коллизии, связанные с существующей судебной и нотариальной практикой, а также дается оценка особенностей правового режима сделок с долями в ООО.

 

M.N. Ilyushina. About new aproaches and appraisal in notary and court practice of lawfulness of transaction of alienation of the share, (part) of the share in limited liability companies

Annotation. This article describes the problematics connected with contractual relations in relation to alienation of the share, (part) of the share in limited liability companies, collisions connected with the existing court and notary practice, as well as there is effected the appraisal of specific features of legal regime of transactions with the shares in limited liability companies.

 

Ключевые слова: отчуждение доли, (части) доли, судебная практика, нотариальное действие, нормативный акт, договорные отношения.

Keywords: alienation of the share, (part) of the share, court practice, notary action, normative act, contractual relations

Сложность договорных отношений в обществах с ограниченной ответственностью состоит не только в наличии особого объекта, природа которого до сих пор не определена ни законодательством, ни доктриной, но и, самое главное, в том, что законодатель создал возможность, при которой договор отчуждения самым непосредственным образом может повлиять на корпоративные интересы. Возросла во много раз и ответственность нотариуса, сопровождающего сделку, как перед корпорацией в целом, так и перед участниками корпорации.

Эти обстоятельства во многом определили чрезвычайную актуальность разработки теоретико-практических подходов в правоприменительной практике при совершении договоров отчуждения долей в обществах с ограниченной ответственностью.

На наш взгляд, в новой редакции Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» («Об ООО») и в изменениях, внесенных в Гражданский кодекс РФ, обнаруживается значительное влияние современной доктрины о сущности и природе корпоративных прав в ООО. Вероятно, сегодня уже нельзя согласиться с позицией ряда судебных органов о том, что доля участия – это только имущественное право обязательного характера [1]. По мнению Л.А Новоселовой, право уступить долю другому участнику можно было бы с полным правом отнести к вещным правам, если только сам объект этого права обладал бы вещной природой. «Ввиду непрекращающихся дискуссий о возможности установления вещного права на право ограничимся выводом о том, что такое право участника есть право абсолютное. Обладая долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью как имуществом, участник может распоряжаться им, в том числе и передавать другому участнику. Так же как и права из обязательства (права требования), права участника становятся самостоятельным объектом оборота» [2].

Кроме теоретической неразработанности данного института, изменились и некоторые первоначальные подходы законодателя к оценке содержания уставов обществ с ограниченной ответственностью, неприведенных к 1 января 2010 г. в соответствие с указанными изменениями в законодательстве. В соответствии с п. 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 марта 2010 г. № 135 «О некоторых вопросах, связанных с применением статьи 5 Федерального закона от 30.12.2008 № 312-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации"» установлено, что неприведение устава общества в соответствие с новым законодательством в порядке, определенном частью 2 ст. 5 Закона № 312-ФЗ, не влечет никаких ограничений правоспособности общества, а также не влечет ограничения оборотоспособности долей в уставном капитале данного общества [3].

Кроме того, ВАС РФ указал, что неприведение устава общества в соответствие с новым законодательством не может являться основанием для признания недействительными сделок общества, для отказа кредитных организаций в открытии такому обществу банковских счетов или проведении операций по ним, отказа регистрирующих органов в государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, отказа нотариусов в нотариальном удостоверении сделок с долями или частями долей в уставном капитале общества (далее – доли), отказа регистрирующих органов во внесении изменений в сведения об обществе, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (ЕГРЮЛ), не связанных с изменением устава общества (в том числе касающихся перехода долей), либо в государственной регистрации юридических лиц, создаваемых путем реорганизации общества, или во внесении записи о ликвидации общества и т.д.

Независимо от приведения устава общества в соответствие с новым законодательством его участники вправе отчуждать свои доли в уставном капитале общества, передавать их в залог и т.д.

В связи с этим нельзя ожидать, что нотариус получит возможность в ближайшее время опираться при проверке законности сделки отчуждения долей на уставы, которые приведены в соответствие с новым законодательством и проверены регистрирующим органам. Поэтому очень важное значение приобретает содержательная сторона деятельности нотариуса по проверке законности отчуждательной (назовем ее так) сделки с долей (частью доли) в ООО. Закон ввел новую форму совершения сделок по отчуждению долей в уставном капитале – письменную с нотариальным удостоверением, сохранив общее правило недействительности сделки при несоблюдении требований о ее нотариальной форме (п. 11 ст. 21 Закона «Об ООО»). Такая сделка будет признана ничтожной в силу несоответствия требованиям действующего законодательства согласно ст. 168 ГК РФ.

1. Нотариус, нотариально удостоверяющий и сопровождающий  отчуждение доли в уставном капитале ООО, изучив первоначальные уставные и корпоративные документы, должен решить:

·     возможно ли вообще в данном случае отчуждение доли в обществе с ограниченной ответственностью;

·     если отчуждение доли допускается уставом и иными корпоративными актами, то при соблюдении каких условий и в каком порядке;

·     какая договорная конструкция (форма) будет использоваться для перехода прав на долю в обществе. При этом важное значение имеет характер сделки – возмездный или безвозмездный, что определяет тип и вид договора (надо признать, что наиболее распространенной формой возмездного отчуждения доли в ООО является договор купли-продажи доли).

Как известно, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму / цену (п. 1 ст. 454 ГК РФ).

Общие положения о купле-продаже товаров применяются и к продаже имущественных прав (п. 4 ст. 454 ГК РФ), если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

2. Нотариус должен определить условия договора. Первым существенным условием данного соглашения является предмет договора, то есть описание размера доли, подлежащей отчуждению. Как правило, в данном случае указывается номинальная стоимость. Она определяется путем умножения доли (в виде дроби или процентов) на сумму уставного капитала общества. Номинальная стоимость доли участника в уставном капитале общества определяется размером уставного капитала, закрепленным в учредительных документах общества в виде конкретной суммы. Нотариус устанавливает размер доли, принадлежащий отчуждателю на основании выписки из ЕГРЮЛ. Второе существенное условие в данных договорах – цена отчуждения.

Следует отметить, что в нормативных актах, как и на практике, используется несколько видов стоимости доли.

Во-первых, это номинальная стоимость. Данная стоимость обязательно указывается в договоре, поскольку показатели номинальной стоимости  входят в описание предмета договора.

Во-вторых, это действительная стоимость доли, которая соответствует стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру доли (абз. 2 п. 2 ст. 14 ФЗ «Об ООО»). Действительная стоимость доли в ряде случаев определяет размер обязательств общества (его участников) перед участником и третьими лицами: в случае выхода или исключения участника из общества; в случае отказа участников общества на переход доли при правопреемстве юридических лиц, при ликвидации юридического лица – участника общества и при переходе доли по наследству; при обращении взыскания на имущество общества.

Действительная стоимость доли участника довольно часто значительно выше номинальной стоимости доли и зависит от результатов финансово-хозяйственной деятельности общества (п. 2 ст. 14 Закона «Об ООО»). Действительная стоимость, как правило, не указывается в договоре. Но в нотариальной практике возникла необходимость в целях избежания последствий признания сделки недействительной указывать в договоре, что договорная стоимость не соответствует действительной стоимости. В-третьих, это договорная стоимость, то есть стоимость, определенная участниками сделки купли-продажи, мены и т.п. Она устанавливается по соглашению сторон и может быть выражена в сумме любой величины.

Если по сделке, направленной на отчуждение доли или части доли переходят к приобретателю с установлением одновременно залога или иных обременений, то формируются условия договора, в которых указываются соответствующие обременения. Надо отметить, что довольно часто договоры купли-продажи доли заключаются с отсрочкой или рассрочкой платежа. В этой части необходимо рассмотреть практику заключения договоров, заключенных с рассрочкой платежа. Вероятно, в этом случае нотариусу необходимо предупредить стороны об особенностях применения общих норм о купле-продаже в части особенностей применения способов защиты продавца, если покупатель не выполнит свои обязанности по оплате купленной доли (части доли).

До сих пор в юридической литературе ведется дискуссия о возможности применения для договоров купли-продажи доли, в которых покупатель ненадлежащим образом исполнил обязанности по оплате покупки доли, таких способов защиты, как расторжение договора и виндикация доли. Длительное время после принятия Закона «Об ООО» в судебной практике считалось, что виндикация доли в понимании классической цивилистики в обществе с ограниченной ответственностью недопустима, поскольку речь идет о бестелесной вещи, и, кроме того, данная вещь не индивидуализирована. Однако начиная с 1997 года данный способ защиты стал применяться в отношении бездокументарных акций [4]. И, как отмечается в юридической литературе, ввиду схожести правовой природы ООО и АО, а также долей участия и бездокументарных акций квазивиндикационный иск получил развитие и в области долей в уставном капитале ООО [5]. Но становление данной позиции было связано, прежде всего, с выработкой общей материально-процессуальной концепции в отношении всех бестелесных вещей: акций, долей в ООО и идеальных долей в праве общей собственности на недвижимость.

Длительное время складывалась довольно противоречивая практика в отношении этих объектов. К моменту вступления в силу изменений, внесенных Федеральным законом от 24 декабря 2008 года № 312-ФЗ, в судебной практике образовались несколько позиций по этому вопросу. Первая позиция была основана на полном отрицании возможности применения виндикационного иска к требованиям  о защите прав на долю ввиду того, что доля не вещь в понимании виндикационного способа защиты, ее невозможно индивидуализировать и, соответственно, выделить в гражданском обороте [6]. Другая позиция была основана на полном отождествлении требований о виндикации доли с классическим вещным иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Суды в судебных постановлениях опирались на законодательно закрепленные правомочия собственника как содержание права собственности, вещную природу доли в обществе с ограниченной ответственностью, оценивали добросовестность приобретателя доли (См.: Постановление ФАС СКО от 14 ноября 2008 г. № Ф08-6138/2008; Постановление Десятого Арбитражного апелляционного суда от 11 марта 2010 г. по делу № А41-14279/08) [7]. Третья позиция была связана с пониманием специфичности предмета спора, невозможности полностью распространить правовой режим вещей на определение способов защиты нарушенных корпоративных прав. В данных постановлениях суды избегали использовать такие правовые категории как «право собственности» и «виндикация», но признавали такой способ защиты, как «право истца в установленном законом порядке требовать возврата спорной доли в уставном капитале» [8].

На сегодняшний день, по мнению ряда юристов [9], дискуссия по поводу возможности применения в полном объеме виндицирования доли в обществах с ограниченной ответственностью подошла к своему логическому завершению. Основанием для такого вывода послужило принятие Постановления Президиума ВАС РФ от 09.02.2010 № 13944/09 по заявлению закрытого акционерного общества «Невский Гранит» о пересмотре в порядке надзора постановления Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.07.2009 по делу № А56-31225/2008 Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области. ЗАО «Невский гранит» (Общество) обратилось с иском к ОАО «Петродворцовая электросеть» (Электросеть) об истребовании из его незаконного владения «2/3 долей трансформаторной подстанции» [10]. Президиум ВАС РФ опроверг позицию кассационной инстанции, которая посчитала, что доля в праве, в отношении которой заявлены требования по настоящему иску, не является вещью, она не может находиться в фактическом владении какого-нибудь лица, поэтому не может быть истребована.

При этом надзорная инстанция установила ряд исходных позиций для всех способов защиты прав на «бестелесные вещи», к которым относится и доля в праве общества с ограниченной ответственностью.

Во-первых, Президиум ВАС РФ указал, что под защитой нарушенного права имеется в виду не только возможность обращения в суд, но и возможность достижения в суде правового результата, и таким образом ориентировал суды на возможность поиска неформальных подходов в оценке заявленных требований в целях достижения целей защиты. При этом высшая судебная инстанция руководствовалась общим пониманием субъективного права любого обладателя имущества, пояснив, что, поскольку законодательство допускает такой вид имущества, как доля в праве собственности на неделимую вещь, при нарушении права на данный вид имущества его обладателю должна быть обеспечена защита.

Во-вторых, надзорная инстанция показала для нижестоящих судов ориентиры для квалификации заявленных требований – это та материальная цель, которая выявляется из заявленных истцами требований. В данном случае правомерно рассмотрение заявленного обществом требования как иска о восстановлении права на долю.

В-третьих, в силу того, что судам необходимо гарантировать всем участникам спора в отношении имущества равные со всеми остальными собственниками и приобретателями права на защиту и, кроме того, обеспечить стабильность гражданского оборота, Президиум ВАС РФ пояснил, что при рассмотрении аналогичных дел необходимо, исходя из характера и последствий нарушения, рассматривать такие требования с применением по аналогии правил статей 301, 302 ГК РФ, то есть правил о вещных исках.

Из данного постановления вытекает и ряд чисто материально-правовых выводов, которые в силу своего прецедентного характера стали общеобязательными для нижестоящих судов и касаются оценки долей в обществах с ограниченной ответственностью как любых «бестелесных вещей». В первую очередь это установка на признание доли в праве как вида имущества и, во-вторых, на возможность применения общих правил о защите права собственности к имущественным правам, а именно правил об истребовании имущественных прав как любого другого имущества.

Однако обобщая значение данного прецедентного Постановления Высшего Арбитражного суда РФ для определения способов защиты прав на долю в обществах с ограниченной ответственностью, надо отметить, что применение виндикационного иска по аналогии к корпоративным отношениям вызвано, прежде всего, отсутствием самостоятельного пригодного правового инструментария, способного обеспечить полноценную и адекватную защиту прав участников данных отношений и, конечно, в таком виде удовлетворяет только потребности сегодняшнего дня и не может ответить на все вопросы, которые возникают при спорах о правах на долю в обществах с ограниченной ответственностью.

Не менее актуально и выяснение возможности применения к договору купли-продажи долей в случае его несвоевременной оплаты такого способа защиты прав продавца, как расторжение договора. На практике нередки случаи, когда покупатель несвоевременно оплачивает приобретенную долю в уставном капитале ООО, вследствие чего продавец обращается в суд с требованием расторгнуть договор и признать за ним право собственности на долю.

Надо отметить, что в юридической литературе и в судебной практике последнего периода в отношении этого способа защиты обнаружилась довольно устойчивая позиция [11]. В данном случае в основе применения указанного способа защиты использован подход, в силу которого для спорных отношений не действует общее правило ГК РФ для договора купли-продажи движимого имущества о том, что в случае невыполнения продавцом обязанности оплаты товара возникает существенное нарушение условий договора. Действительно, по общему правилу, в соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно ст. 488 ГК РФ, если покупатель, получивший товар, не исполняет обязанность по его оплате в установленный договором купли-продажи срок, продавец вправе потребовать оплаты переданного товара или возврата неоплаченных товаров. Пунктом 2 ст. 450 ГК РФ предусмотрено право стороны договора в случае существенного нарушения договора другой стороной потребовать расторжения его в судебном порядке. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Суды, руководствуясь частью 2 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что неоплата ответчиком части доли не является существенным нарушением условий договора, поскольку не влечет для другой стороны такой ущерб, из-за которого она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (Постановление ФАС Московского округа от 14.01.2010 № КГ-А40/14696-09 по делу № А40-58922/09-134-352) [12]. Надо отметить, что судебные инстанции находятся в довольно сложном положении, повторяя указанный вывод из решения в решение. Поскольку нельзя не признать, что любая неоплата проданного объекта влечет для продавца такие неблагоприятные последствия, как неполучение того, на что он был вправе рассчитывать. И совершенно непонятно из приведенных выше постановлений судебных инстанций, почему для продавца обычного товара такое поведение покупателя является существенным нарушением договора, а для договора купли-продажи доли неоплата покупки не является существенным нарушением договора.

Обнаруживаются и более категоричные суждения судебных инстанций, определяющих допустимые способы защиты продавца доли, которая не оплачена в срок: «Суд указал, что при неоплате покупателем доли в уставном капитале ООО в соответствии с п. 3 ст. 486 ГК РФ продавец вправе потребовать оплаты товара и уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами, но не расторжения договора купли-продажи» (Определение ВАС РФ от 04.05.2009 № ВАС-5267/09) [13].

Наметилась тенденция, в силу которой судебные инстанции, понимая, что ими не достигается обоснованность решений, усиливают этот общий вывод дополнительной аргументацией, как то: «с учетом пояснений ответчика о готовности произвести повторную оплату купленной части доли, в связи с утратой истцом расписки о получении за нее денежных средств, суды пришли к правомерному выводу о том, что в данном случае истец имеет право предъявить требования об оплате доли по договору» (Постановление ФАС Московского округа от 14.01.2010 № КГ-А40/14696-09 по делу № А40-58922/09-134-352) [14]; «Суд установил, что ответчик нарушил условие договора об оплате стоимости приобретенной в уставном капитале доли в установленный срок, но впоследствии исполнил свои обязательства по сделке в полном объеме, и сделал обоснованный вывод о том, что несвоевременная оплата доли не является существенным нарушением, влекущим расторжение договора...» (Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 14.01.2009 по делу № А79-3326/2008) [15]. Вместе с тем ясно, что речь идет не об оценке существенности или несущественности нарушения условий договора ввиду неоплаты покупателем покупной цены доли в ООО, а об особенностях спорных отношений. В арбитражной практике выработан и давно используется общий подход, который нашел выражение в следующем выводе суда: «Выбор способов защиты гражданских прав зависит от характера спорного правоотношения и регулирующих его норм материального права» [16]. Попытки обосновать невозможность применения расторжения договора как возможного способа защиты прав продавца при неоплате доли покупателем предпринимались и ранее, например, в Постановлении ФАС Московского округа от 15.12.2006 № КГ-А40/12139-06 по делу № А40-12639/06-138-101 установлено, что, поскольку доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не является вещью (объектом материальной действительности), а представляет собой способ закрепления определенного объема имущественных и неимущественных прав владельца доли в отношении ООО, к договору об уступке доли (статья 21 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») положения Гражданского кодекса РФ о договорах купли-продажи должны применяться с учетом указанных особенностей доли как объекта гражданских прав. В связи с этим положения ГК РФ, предоставляющие продавцу право расторгнуть договор купли-продажи в связи с его неоплатой (статья 488 ГК РФ), в отношении договоров возмездной уступки доли не подлежат применению [17]. Однако такая аргументация носила неполный характер. Наличие корпоративного характера спорных правоотношений позволяет утверждать, что применение такого способа защиты прав при неоплате доли покупателем и при всех других случаях исполнения заключенного договора купли-продажи доли, не допускается ввиду необходимости учета и защиты прав других участников общества с ограниченной ответственностью и общества в целом. Как было сказано в одном из судебных решений: «Поскольку Тверитин И.Н. стал участником общества, возврат прав участника общества не может быть произведен путем расторжения договора купли-продажи доли» (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 12.03.2009 № Ф04-1333/2009(1820-А46-16), Ф04-1333/2009(1821-А46-16) по делу № А46-13990/2008) [18]. Иной подход не только противоречит устоявшимся оценкам существенности нарушения условий договора, но и выхолащивает корпоративную природу складывающихся отношений в обществах с ограниченной ответственностью.

Соответственно, можно утверждать, что судебной практике требуется восстановление единообразия в применении и толковании судом норм статей 450, 453, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении договоров купли-продажи долей, что, несомненно, создаст определенность при выборе способов защиты нарушенных прав для всех участников корпоративных отношений.

3. Изменилось содержание и некоторых нотариальных действий, которые должен совершить нотариус при сопровождении сделки, направленной на отчуждение доли (части доли) в уставном капитале общества.

Первое нотариальное действие направлено собственно на удостоверение сделки. При проведении этого действия нотариус традиционно проверяет полномочия лиц, совершающих сделку.

Довольно определенную позицию по этому вопросу заняли судьи, о чем свидетельствует судебная практика. Например, в Постановлении ФАС Поволжского округа от 12 декабря 2006 г. по делу № А55-5082/06-40 указывалось, что договор уступки доли в уставном капитале ООО (ст. 21 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») является ничтожной сделкой в том случае, если к моменту заключения договора лицо, уступающее долю, утратило статус участника ООО (в том числе в связи с подачей заявления о выходе из общества — ст. 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»), поскольку лицо, утратившее статус участника общества, одновременно теряет право на распоряжение принадлежавшей ему доли в уставном капитале (ст. 209 ГК РФ) [19]. В Информационном письме Президиума ВАС РФ от 30 марта 2010 г. № 135 была уточнена эта позиция путем указания на точные письменные источники, которые нотариусу необходимо изучить. В случае совершения после 1 июля 2009 г., но до приведения устава общества в соответствие с новым законодательством сделки по отчуждению доли, приобретенной до 1 июля 2009 г., согласно части 7 ст. 5 Закона № 312-ФЗ проверка нотариусом полномочия отчуждающего долю лица на распоряжение ею осуществляется на основании Устава общества в последней его редакции по состоянию на 01.07.2009, определяемой в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ. Если общество состоит из одного участника, то нотариусу дополнительно должно быть представлено решение единственного учредителя (участника) о создании общества, либо документы, устанавливающие переход к лицу всех долей в уставном капитале общества.

Этот порядок применяется и в том случае, если отчуждающее долю лицо приобрело ее до 01.07.2009 на основании нотариально удостоверенной сделки.

Статус участника общества определяется на основании Устава. Сложнее выявить объем оплаченной доли. В этом случае исследуются первичные документы, подтверждающие оплату отчуждаемой доли или ее части, в том числе расписки, учредительный договор, прежний договор купли-продажи, приходный ордер и т.д. При этом важно помнить, что хотя согласно части 4 ст. 5 Закона № 312-ФЗ учредительные договоры обществ с 01.07.2009 утрачивают свою силу, вместе с тем предусмотренные ими права и обязанности сохраняют силу только для сторон этих договоров и применяются в части, не противоречащей новому законодательству (часть 3 ст. 5 Закона № 312-ФЗ). При этом после 01.07.2009 стороны заключенного до этой даты учредительного договора вправе изменить его или расторгнуть по общим правилам главы 29 ГК РФ, и соответствующие соглашение и (или) изменения не подлежат государственной регистрации в ЕГРЮЛ.

Затем нотариус убеждается в соблюдении преимущественного права других участников общества и самого общества. Нотариусу предписывается руководствоваться при выявлении полномочий участников сделки выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (п. 13 ст. 21 Закона «Об ООО»). Соответственно, при заключении договора отчуждения доли сохранены ограничения и запреты, которые устанавливаются соответствующим законодательством в корпоративных и публичных интересах. Такими запретами, на наш взгляд, сейчас являются положения о преимущественном праве покупки отчуждаемой доли другими участниками общества с ограниченной ответственностью:

·     участник общества, намеренный продать свою долю, обязан известить в письменной форме об этом остальных участников общества и само общество путем направления через общество за свой счет оферты, адресованной этим лицам, содержащей указание цены и другие условия продажи (в целях исключения споров о моменте получения оферты законом устанавливается, что оферта считается полученной всеми участниками общества в момент ее получения обществом);

·     участники общества вправе воспользоваться преимущественным правом покупки доли или части доли в уставном капитале общества в течение тридцати дней с даты получения оферты обществом; Уставом может быть предусмотрен и более длительный срок использования преимущественного права покупки доли или части доли в уставном капитале общества.

При отказе отдельных участников общества от использования преимущественного права покупки доли или части доли либо использования ими преимущественного права покупки не всей предлагаемой для продажи доли или не всей предлагаемой для продажи части доли другие участники общества могут реализовать преимущественное право покупки доли или части доли в уставном капитале общества пропорционально размерам своих долей в пределах оставшейся части срока реализации ими преимущественного права покупки доли или части доли, если уставом не предусмотрено иное (Федеральным законом от 19 августа 2009 г. № 205-ФЗ введено нотариальное засвидетельствование подлинности подписи на заявлении участника общества или общества об отказе от использования преимущественного права покупки доли или части доли в уставном капитале общества). Нотариус должен проверить:

·     всем ли направлена оферта;

·     одинаковый ли текст в каждой оферте;

·     не уменьшен ли срок, предусмотренный Законом «Об ООО» для отзыва на оферту (для акцепта).

Сохранен и запрет на уступку преимущественных прав: уступка преимущественных прав покупки доли или части доли в уставном капитале общества не допускается. Сохранено и преимущественное право самого общества при условии указания об этом в уставе, покупки доли или части доли в уставном капитале общества, принадлежащих участнику общества по цене предложения третьему лицу или по заранее определенной в уставе цене, если другие участники общества не использовали свое преимущественное право покупки доли или части доли участника общества (п. 4 ст. 21 Закона «Об ООО»). Как показывает практика, возникает необходимость уточнить в данном случае возможность применения доверенностей. Сделку подписывает продавец или по выданной им доверенности уполномоченное им лицо. Поскольку в силу пункта 2 ст. 185 ГК РФ доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, должна быть нотариально удостоверена, а согласно абзацу первому п. 11 ст. 21 и п. 2 ст. 22 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в редакции Закона № 312-ФЗ сделка, направленная на отчуждение доли, и договор залога доли подлежат нотариальному удостоверению, но полномочия представителей на совершение таких сделок, основанные на доверенностях, выданных до 01.07.2009 в простой письменной форме, с 01.07.2009 прекратились.

Второе нотариальное действие, которое обязан совершить нотариус и никакое третье лицо, – передать в срок не позднее чем в течение трех дней с момента удостоверения сделки в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявление о внесении соответствующих изменений в Единый государственный реестр юридических лиц, подписанное участником общества, отчуждающим долю или часть доли (п. 14 ст. 21 Закона об ООО). Данное действие нотариус должен совершить не позднее трех дней со дня нотариального удостоверения сделки. Если по условиям сделки, направленной на отчуждение, доли или части доли переходят к приобретателю с установлением одновременно залога или иных обременений, например рассрочки платежа, в заявлении о внесении соответствующих изменений в Единый государственный реестр юридических лиц, указываются соответствующие обременения. Заявление может быть направлено по почте с уведомлением о вручении и представлено непосредственно в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц (п. 14 ст. 21 Закона «Об ООО»). Никаких доверенностей в этой части ни законодательство, ни нотариальная практика не допускают.

Соглашением сторон, отраженным в качестве самостоятельного пункта в тексте договора об отчуждении доли, может быть определен способ передачи указанного заявления. Однако здесь в последнее время сложилась довольно противоречивая судебная практика, которая требует осмысления и толкования. Прежде всего, это касается решения вопроса о наличии у нотариуса самостоятельных полномочий на подписание заявления о внесении изменений в ЕГРЮЛ. В соответствии с п. 14 ст. 21 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» после нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, нотариус, совершивший ее нотариальное удостоверение, в срок не позднее чем в течение трех дней со дня такого удостоверения совершает нотариальное действие по передаче в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявления о внесении соответствующих изменений в Единый государственный реестр юридических лиц, подписанного участником общества, отчуждающим долю или часть доли (в ред. Федерального закона от 19.07.2009 № 205-ФЗ) [20].

При этом в соответствии с п. 1.4 ч. 1 ст. 9 Закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (далее – Закон о госрегистрации) «при внесении в ЕГРЮЛ изменений, касающихся перехода доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, заявителями могут быть следующие лица: участник общества, учредитель (участник) ликвидированного юридического лица – участника общества, имеющего вещные права на имущество или обязательственные права в отношении этого ликвидированного юридического лица, правопреемник реорганизованного юридического лица – участника общества, исполнитель завещания и нотариус». Возник вопрос – кто уполномочен подписывать такое заявление при продаже доли – только продавец, как это указано в п. 14 ст. 21 ФЗ «Об ООО», или еще и нотариус. Причем в ряде случаев участие нотариуса как лица, самостоятельно подписывающего заявление о внесении изменений в ЕГРЮЛ, очень актуально для предпринимательской деятельности, поскольку не всегда продавец может присутствовать при совершении сделки. Появилась и практика судов общей юрисдикции в виде кассационного определения Судебной коллегии по гражданским делам Суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 8 декабря 2009 г., которая привлекла пристальное внимание юридической общественности. В основе данного дела лежит оспаривание нотариусом отказа ИФНС по Сургутскому району во внесении изменений в ЕГРЮЛ в связи с отчуждением доли. В данном случае заявление о внесении изменений подписала сама нотариус. Причем, если первая инстанция посчитала, что нотариус не имела права самостоятельно подписывать заявление о внесении изменений в ЕГРЮЛ, то кассационная инстанция не согласилась с решением и отменила состоявшееся судебное постановление, заняв противоположную позицию.

Надо отметить, что решение данного вопроса имеет важное значение как для правоприменительной нотариальной деятельности, так и для практики налоговой службы, поскольку для внесения таковых изменений установлен только трехдневный срок с момента совершения нотариально заверенной сделки по отчуждению доли. И в большинстве случаев стороны сделки заинтересованы в том, чтобы такое заявление подписал и подал нотариус. Однако, как представляется, кассационная инстанция довольно примитивно рассмотрела проблему иерархии норм, регулирующих спорные правоотношения. Суд почему-то посчитал, что в данном случае вполне можно обеспечить все регулирование оформления сделки отчуждения доли (в том числе специальное), а также и процедуру подачи заявления в ЕГРЮЛ о внесении изменений правилами статьи 1 Закона № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». Как известно, данный Федеральный закон регулирует отношения, возникающие в связи с ведением государственных реестров – Единого государственного реестра юридических лиц и Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей. При этом, как сказано в этой же статье, законодательство Российской Федерации о государственной регистрации состоит из Гражданского кодекса Российской Федерации, настоящего Федерального закона и издаваемых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации. Соответственно, по заключению суда, в данном случае должно действовать правило именно данного закона, по которому нотариус имеет право при переходе доли самостоятельно подать заявление о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ. Однако суд не учел, что в данном случае речь идет не вообще о переходе доли, (именно об этом общем правиле и говорится в ранее процитированном законе), а о его частном случае –совершении сделки. Вопрос подачи заявления о внесении изменений в ЕГРЮЛ в случае совершения сделки, как специальное правило, регулируется положением, предусмотренном п. 14 ст. 21 ФЗ «Об ООО». В данной же норме однозначно указано, что после нотариального удостоверения сделки нотариус, совершивший ее нотариальное удостоверение, в срок не позднее чем в течение трех дней со дня такого удостоверения совершает нотариальное действие по передаче в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявления о внесении соответствующих изменений в Единый государственный реестр юридических лиц, подписанного участником общества, отчуждающим долю или часть доли. И именно эта норма должна применяться в данном случае. Никакого противоречия с Законом о госрегистрации здесь нет, поскольку правовое регулирование перехода доли – это общее правило, а отчуждение доли на основании сделки – специальное правило, предусмотренное в другом законе, который не противоречит Закону о госрегистрации.

Косвенно такое же понимание правомочий нотариуса при нотариальном оформлении сделок с долями в ООО можно обнаружить и в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда РФ от 30 марта 2010 г. № 135 «О некоторых вопросах, связанных с применением статьи 5 Федерального закона от 30.12.2008 № 312-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации"» [21]. В пункте 18 данного Информационного письма ВАС РФ указывается на предоставление возможности нотариусу самому подать заявление о внесении соответствующих изменений в Реестр, но только в случае, если доля отчуждена участником до 01.07.2009 г. и до этой даты не были зарегистрированы изменения учредительных документов  общества в части   такого перехода (до 1.07.2009 года изменения в составе участников ООО влекли за собой изменение и учредительных документов). Тогда как отчуждение доли после 01.07.2009 г. осуществляется в общем порядке, предусмотренным п. 13 ст. 21 Закона «Об ООО» в редакции Закона № 312-ФЗ (См. п. 13 Информационного письма ВАС РФ от 30.03.2010 № 135).

Эту же позицию заняла и Федеральная нотариальная палата [22], которая, однако, использовала для аргументации прием системного толкования норм, регулирующих переход доли в ООО по различным основаниям. Кроме того, Федеральная палата указала, что самостоятельное заявление нотариуса для внесения соответствующих изменений в ЕГРЮЛ подается только в одном случае – для выполнения функций доверительного управляющего при управлении долями в ООО, имеющимися в составе наследственного имущества.

Третье нотариальное действие направлено на своевременное оповещение о состоявшейся сделке само общество. Нотариус, совершивший сделку по отчуждению доли или части доли, совершает нотариальное действие по передаче обществу, отчуждение доли (части доли) которого состоялось, копии заявления, направленного в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц о внесении соответствующих изменений в Единый государственный реестр юридических лиц, подписанного участникам общества, отчуждающего долю или часть доли.

Срок для совершения нотариального действия уставлен тот же – три дня со дня нотариального удостоверения сделки (п. 15 ст. 21 Закона об ООО). Однако по соглашению лиц, совершающих сделку, такое оповещение может быть проведено одним из участников сделки. Это обстоятельство также должно быть отражено в тексте договора как самостоятельное условие, введенное соглашением сторон. В данном случае нотариус не несет ответственности за неуведомление общества о совершенной сделке. Нотариальная практика показала, что необходимо на этом этапе предупредить стороны, что внесение одновременно иных изменений в ЕГРЮЛ может повлечь отказ в регистрации изменений, связанных с отчуждением доли. Подобный случай произошел в практике псковских нотариусов в связи с тем, что руководящим органом ООО проводились одновременные изменения своего юридического адреса, о чем нотариус не был предупрежден. В указанном случае регистрирующий орган вернул нотариусу направленное им заявление и указал направить его по новому юридическому адресу ООО, тогда как трехдневный срок направления такого заявления был уже пропущен, что повлекло за собой невозможность совершения и соответствующего нотариального действия.

Таким образом, анализ складывающейся судебно-арбитражной и нотариальной практики показал, что происходит становление особого правового режима сделок с долями в обществе с ограниченной ответственностью, в котором находят закрепление как особенности предмета данных сделок, выделяющие долю в ООО из ряда объектов гражданского оборота, так и особенности природы опосредуемых ими корпоративных отношений, предполагающих необходимость учета корпоративных интересов.



[1] Постановление ФАС Московского округа от 19.02.2001 г. по делу № КГ-А40/335-01; Постановления ФАС Северо-Западного округа от 14.06.2000 г. по делу № А26-163/00-01-05/2, от 18.02.2005 г. по делу № А13-6708/04-24; Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 10.07.2001 г. по делу № А11-2060/2003-К2- Е-1291.

[2] Новоселова Л.А. Оборотоспособность доли в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью // Объекты гражданского оборота: сб. ст. / отв. ред. М.А. Рожкова.– М., 2007. – C. 206.

[3] СПС «КонсультантПлюс» :20.07.2010.

[4] Пункт 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.04.1998 № 33 «Обзор практики разрешения споров по сделкам, связанным с размещением и обращением акции», Постановления Президиума ВАС РФ от 28.12.1999 № 1293/99, от 22.03.2002 № 1824/01, от 05.09.2006 № 16911/05, от 05.09.2006 № 4375/06, от 14.07.2009 № 5194/09 // СПС «КонсультантПлюс» :16.07.2010.

[5] Григорьев М. Виндицируй незримое // «ЭЖ-Юрист».. – 2010.. – № 15..

[6] См. подробнее: Шумаков А. Отдайте долю // «ЭЖ- Юрист». – 2009. – № 9.

[7] СПС «КонсультантПлюс»: 20.07.2010.

[8] См.: Определение ВАС РФ от 29 декабря 2009 г. 3 ВАС-17664/09 // СПС КонсультантПлюс: Версия Проф Дата 16.07.2010.

[9]См. подробнее: Григорьев М. Виндицируй незримое // «ЭЖ-Юрист». – 2010.– № 15.

[10] СПС «КонсультантПлюс» 16.07.2010..

[11] См.: Подробнее: Илюшина М.Н. Теоретические и практические проблемы сделок отчуждения долей в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью // Вестник Московского университета МВД России. – 2009. – № 6. – С. 123–130. Она же. Правовое регулирование участия нотариуса в отчуждении долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Нотариальный вестникъ.. – 2009.– № 12. – С. 36–44.

[12] Путеводитель по корпоративным спорам: порядок заключения сделок по отчуждению доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // «КонсультантПлюс», 07.07.2010.

[13] Статья 486 «Оплата товара» ГК РФ Подборка судебных решений за 2009 год) // СПС КонсультантПлюс: Версия Проф. Дата 20.07.2010.

[14] Там же.

[15] Там же.

[16] Постановление ФАС ДО от 20.03.2008 № Ф03-А24/08-1/799 // Глава 2 «Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав» ГК РФ (Подборка судебных решений за 2008 год) // СПС «КонсультантПлюс» 20.07.2010..

[17] Постановление ФАС Московского округа от 15.12.2006 № КГ-А40/12139-06 по делу № А40-12639/06-138-101 // СПС «КонсультантПлюс».

[18] Путеводитель по корпоративным спорам: порядок заключения сделок по отчуждению доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // «КонсультантПлюс», 07.07.2010.

[19] Справочная правовая система «КонсультантПлюс». 20.07.2010.

[20] Федеральный закон Российской Федерации от 19.07.2009 г. № 205-ФЗ // СЗ РФ 2009. № 29. Ст. 3642.

[21] СПС КонсультантПлюс: Версия Проф. Дата 16.07.2010.

[22] См.: Рекомендации по применению отдельных положений Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» // СПС «КонсультантПлюс»: Версия Проф. Дата 16.07.2010.


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100