Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

«Круглый стол»: «Современное состояние нотариата в Российской Федерации и проблемы его реформирования»

05.04.2010

А.Г. Лысков, председатель Комитета по правовым и судебным вопросам Совета Федерации Федерального Собрания РФ

 

Комитет по правовым и судебным вопросам является профильным органом Совета Федерации, в ведении которого входят вопросы законодательного обеспечения деятельности нотариата. К сожалению, мы давно не касались этой темы, поэтому, посовещавшись на заседании комитета в прошлом году, мы приняли решение эту тему обсудить.

Наверное, так получается, что есть органы или структуры, где каждый человек обязательно хоть раз в своей жизни побывает. Я, конечно, не могу не сказать, что граждане не могут обойтись без законодателя, и, разумеется, хотя бы один раз в жизни они обязательно обращаются к нотариусам. Без следователя они могут обойтись, если они не совершают преступления или не являются очевидцами, без судьи тоже, если не являются сторонами в каких-то тяжбах, а без нотариуса обойтись не могут.

Поэтому эта проблематика так и важна, что направлена на обеспечение основных прав и свобод человека, которые предусмотрены нашей Конституцией и международными правовыми актами.

Тема «круглого стола», а «круглый стол» – это одна из форм парламентской деятельности, обозначена: «Современное состояние нотариата в Российской Федерации и проблемы его реформирования». Я хочу остановиться на последнем слове. Мы специально так написали «реформирование», а не модное слово «модернизация», поскольку уверены: с момента принятия Основ законодательства о нотариате реформирование продолжается и, наверное, ему не будет конца, потому что жизнь постоянно диктует какие-то новые условия.

 

 

М.И. Сазонова, президент Федеральной нотариальной палаты

 

Анатолий Григорьевич в своем вступительном слове произнес замечательную фразу, что граждане не могут обходиться без услуг нотариусов. И это правда. Поэтому в зависимости от качества, от кадрового состояния нотариата, от его подготовленности, от его функциональной принадлежности, определенности этой функциональной принадлежности зависит реализация статьи 48 Конституции по оказанию квалифицированной правовой помощи населению.

Нотариат как институт предупредительного правосудия, действующий исключительно в сфере бесспорной юрисдикции, обеспечивает от имени государства защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц путём совершения нотариусами нотариальных действий, предусмотренных законодательством.

Последнее реформирование нотариата состоялось в 1993 году.

В этом была насущная необходимость для разрешения хронических проблем, накопившихся к тому времени и препятствующих нормальному правовому обслуживанию граждан и юридических лиц в новых экономических условиях, поскольку государственный нотариат на тот период влачил жалкое существование.

Из-за необустроенных помещений нотариальных контор, низкой зарплаты нотариусов в стране хронически не хватало нотариусов. На начало 90-х годов их было порядка 4 тысяч.  Многие из них не имели высшего образования. Понятно, что они не могли справиться с возросшим объёмом нотариального обслуживания в условиях интенсивно развивающихся рыночных отношений.

Идея реформирования, заключавшаяся в возрождении небюджетного нотариата, в целом оправдала себя. На сегодня в России около 8 тысяч нотариусов, из них чуть больше 40 государственных. Все нотариусы без исключения имеют высшее юридическое образование, 68% из них имеют стаж работы свыше 10 лет. Около 100 нотариусов имеют учёную степень, более 90 – звание «Заслуженный юрист России». То есть это высококвалифицированный с достаточно большим опытом работы профессиональный корпус.

Кроме того, у нотариусов в качестве помощников, консультантов, операторов компьютерной техники работают свыше 10 тысяч человек. Созданы нормальные условия для приёма граждан. Повысилось качество обслуживания. Ликвидированы очереди.

Тогда какая необходимость в новой реформе нотариата!?! Реформирование обусловлено, с одной стороны, актуальными проблемами, имеющими место в социально-экономических, правовых сферах нашего государства, когда огромное количество граждан становятся жертвами рейдерства, противоправной деятельности теневого бизнеса и других негативных явлений, возникших на фоне развития демократических принципов и явного ослабления квалифицированного правового сопровождения гражданского оборота. Например, за прошедшие 15 лет нотариат оказался практически вытесненным на законодательном уровне из сферы гражданского оборота. Вначале из исполнительного производства, затем из сферы корпоративных, залоговых правоотношений, из сделок с недвижимым имуществом и ряда других. По статистике за 2008 год из более 100 миллионов нотариальных действий, совершенных нотариусами России, 76% составили простейшие виды – это свидетельствование верности копий документов и подлинности подписей на них.

Работа нотариуса перестала быть интересной по содержанию. К тому же она оказалась не сбалансированной экономически из-за отсутствия выверенных, объективно рассчитанных тарифов за нотариальные действия.

Примером тому может служить тариф в 200 рублей за удостоверение договора залога жилого помещения, не адекватный ни сложности составления договора, ни временным затратам. Или тариф в 500 рублей за удостоверение сделки по отчуждению доли уставного капитала, не соответствующий мере гражданской ответственности нотариуса. И ряд других.

К тому же отсутствие узаконенных тарифов за составление проекта нотариального акта и за техническую работу повлекло такие негативные проявления в нотариате, как взыскание с граждан завышенных сумм, как компенсация за отсутствие сложных нотариальных действий, за которые установлена более или менее приличная пошлина, что не сопоставимо с публично-правовым статусом нотариата. И как следствие – большое количество жалоб.

Способы же реагирования на подобные  проявления практически отсутствуют  из-за слабого правового регулирования нотариата.

В Основах законодательства о нотариате отсутствует дисциплинарная ответственность, нет чёткого разграничения полномочий между нотариальными палатами и органами юстиции, размытость функций государственного контроля и многое другое, что позволяет сделать вывод, что Основы перестали соответствовать духу времени и требованиям общественно-экономических отношений, формирующихся в обществе. Это вторая причина необходимости реформирования нотариата.

Обе причины взаимосвязаны между собой, так как основанием низкой востребованности нотариата в сфере гражданско-правовых отношений явилось как раз слабое законодательное регулирование нотариата и нотариальной деятельности. Получается, реформа нотариата в 1993 году оказалась оправданной в том отношении, что она позволила снять чрезвычайно острые проблемы на тот период. Но в дальнейшем государство фактически проявило равнодушие к судьбе нотариата, перейдя на точечное регулирование некоторых аспектов его деятельности через отдельные нормы в разных законах. Такое отношение к нотариату вряд ли можно назвать оправданным лишь только потому, что нотариат без каких-либо экономических затрат со стороны государства может быть использован  в качестве надёжного правового гаранта в сфере имущественных отношений граждан,  облегчить работу судам через процедуры внесудебного урегулирования споров, через широкое применение исполнительной надписи нотариуса, через доказательственную силу нотариального акта и т.д.

Не секрет, что суды перегружены делами. Председатель Арбитражного Суда г. Москвы Свириденко Олег Михайлович 2.02.2010 года в своём интервью прессе назвал цифры увеличения числа дел с 96 тысяч в 2008 году до 177 тысяч  в 2009. И он как вариант разгрузки предлагает рассмотрение простых расчётных дел по суммам до 50 тысяч рублей передать нотариусам.

Перегружены и суды общей юрисдикции, в том числе делами по спорам, основанным на договорах купли-продажи недвижимого имущества, совершённым в простой письменной форме. На Собрании нотариусов в ноябре прошлого года приводился пример по Волгоградской области, где за девять месяцев прошлого года из 224 судебных дел по сделкам с недвижимостью 218 были оформлены в простой письменной форме и всего лишь шесть – в нотариальной. А за весь 2008 год – 731 сделка, оформленная без участия нотариуса, и только девять – нотариальных. Уверена, что подобное соотношение цифр характерно для всей России.

За счёт квалифицированного правового сопровождения нотариусами договоров в сфере недвижимости можно было бы резко сократить количество незаконных сделок и защитить права добросовестных граждан. Нотариат мог бы стать правовым регулятором в сфере корпоративных правоотношений начиная от момента создания юридических лиц.

Ведь на сегодня на официальном уровне озвучивается цифра сфальсифицированных юридических лиц по ряду субъектов до 85%. Для примера: по телевидению 23.01.2010 года в московских новостях прозвучало, что в Свиблово только за последние месяцы образованы 52 фальшивых ТСЖ.

Мне могут возразить, что нотариат на сегодня слаб, и он не способен решить все вышеперечисленные проблемы. Это правда. Но государство может путём законодательного регулирования укрепить его, создать правовой институт, способный для обеспечения надёжной защиты прав и законных интересов как физических, так и юридических лиц. К тому же прошедшие 15 лет убедительно показали, что эффективной замены нотариату в гражданском обороте не нашлось.

В последнее время понятия, связанные с необходимостью наведения элементарного порядка в той или иной отрасли, сразу увязываются с происками против демократии, ущемляющими право свободного выбора гражданином той или иной формы правовой помощи, защиты или вообще права обойтись без неё. Последствия этого нам известны. Вот, например, по данным департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД России ежегодно совершается порядка 100 тысяч краж и угонов автотранспортных средств. Неуклонно растёт количество выявленных фальшивых доверенностей на управление и распоряжением автотранспортом. Отмена требования о необходимости нотариального удостоверения подобных доверенностей и взамен возможность использования простой письменной формы, когда невозможно проверить правоподтверждающий документ на автотранспортное средство, установить личность реального собственника и пользователя будет и в дальнейшем способствовать росту подобных преступлений.

Особую тревогу подобное положение дел вызывает в связи с тем, что с 1 июля этого года будет установлено единое таможенное пространство, и, как мы понимаем, этим могут воспользоваться недобросовестные люди, которые будут проходить таможенный досмотр за пределами России, а здесь будут продавать и легализовывать автотранспортное средство, используя в том числе поддельные документы.

Нам представляется, в новом реформирующемся гражданском законодательстве должны быть расширены нормы нотариально-правового регулирования в целях более надёжной защиты прав и имущественных интересов граждан, придания прозрачности гражданскому обороту, содействия государству в осуществлении им контрольных функций в экономической, социальной, корпоративной сфере. В новом реформирующемся гражданском законодательстве должны быть расширены нормы нотариально-правовой защиты.

Это позволило бы более конструктивно подойти и к реформированию на законодательном уровне института нотариата, опираясь на базовые положения ГК. В концепции ФЗ «О нотариате и нотариальной деятельности в РФ» предусмотрено в интересах граждан и иных участников гражданского оборота использовать потенциал нотариата в полном объёме, в связи с чем предусмотрено:

– введение ряда новых нотариальных действий, а также возложение на нотариуса обязанности по комплексному оказанию юридической помощи (консультированию, сбору необходимых документов на регистрацию прав и юридических лиц, присутствию на заседаниях органов управления юридических лиц по вопросам избрания (назначения) органов управления, распоряжения имуществом, более широкому использованию депозитных счетов нотариусом и т.д.);

– предполагается закрепить признание юридической силы нотариального акта, расширение перечня нотариальных актов, имеющих такую силу, и отнесения к ним, в частности, исполнительных надписей в сфере договорных гражданско-правовых обязательств, нотариально удостоверенных соглашений об уплате алиментов, об обращении взыскания на заложенное имущество и иных;

– предусматривается законодательное закрепление доказательственной силы и публичного признания нотариально оформленных документов в виде нормы об освобождении от доказывания обстоятельств, содержащихся в нотариально удостоверенном документе, если эти обстоятельства и (или) данное нотариальное действие нотариуса не подлежат оспариванию или обжалованию при рассмотрении другого гражданского дела;

– ряд других положений, в том числе экономически обоснованных размеров нотариальных тарифов и единого порядка их исчисления и взыскания.

Естественно предполагается раздел об ответственности нотариусов, об установлении государственного контроля за деятельностью нотариата и др.

Новое правовое регулирование нотариата даёт надежду на фундаментальное закрепление и использование его потенциала в сфере гражданского оборота, ибо не может, на наш взгляд, успешно формироваться правовое государство без эффективного использования всех правовых институтов, в том числе и нотариата. Хотелось бы надеяться, что Совет Федерации, Государственная Дума,  Правительство Российской Федерации поддержат проведение реформы по коренной перестройке нотариата России, определению его роли и места в гражданских правоотношениях наравне с нотариусами стран континентальной Европы.

 

 

Ю.С. Любимов, заместитель министра юстиции РФ

 

Нотариат – это на сегодняшний день один из самых удачно отрегулированных институтов. Наверное, потому, что он одним из первых пережил реформу. Из побочного органа правовой системы, каким он был в советское время, превратился (со своими особенностями, недостатками и проблемами) в действующий, эффективный, живой институт.

Страна изменилась экономически и политически. Те решения, которые были предложены в начале 90-х, сейчас нуждаются в серьезной корректировке.

На сегодняшний день проблемы более или менее очевидны. Во-первых, это крайняя неоднородность нотариата (расслоение по региональному принципу). С такими же сложностями сталкиваются и другие юридические корпорации: например, адвокатура, где есть московская адвокатура, есть адвокатура региональная.

В нотариате та же самая ситуация. До сих пор есть не просто десятки, а сотни участков, где нотариальная потребность не удовлетворена. Очень остро стоит вопрос о деятельности муниципальных органов, которые выполняют нотариальные функции по совершенно непонятным правилам.

У нас есть проблема, с одной стороны, высоко конкурентного доступа к профессии, прежде всего, в мегаполисах (Москва, Санкт-Петербург, крупные промышленные центры, города-миллионники), а с другой – недостатка нотариальной помощи в малонаселенных и труднодоступных регионах. Сюда же примыкает и проблема государственного нотариата, необходимости его сохранения или полного отказа от него.

Другой вопрос, на который обращает внимание наш министр Александр Владимирович Коновалов (координационное совещание в Северо-Западном округе, которое он проводил, было посвящено проблемам нотариата) – это существование так называемого черного нотариата.

Что греха таить, мы все понимаем, что нередко, особенно в крупных городах, нотариусы выполняют, мягко говоря, несвойственные их профессии функции. К сожалению, не единичны случаи участия нотариата в откровенно преступных общекриминальных действиях: убийствах, вымогательствах, рейдерских схемах. Ликвидация этого порока – задача номер один. Поэтому, когда мы сейчас обсуждаем пути развития нотариата, приоритетным направлением деятельности должна стать борьба с проявлениями «черного нотариата».

Третья проблема состоит в том, что у нас, к сожалению, практика экономического оборота всегда идет впереди правового регулирования.

И в этой связи еще одна задача – это расширение сервисов нотариата, прежде всего, для бизнес-сообщества.

Немаловажна также ликвидация дисбаланса в тарификации. Кстати, одна из проблем, почему нотариат вызывает неоднозначное отношение в нашем обществе. Я уже неоднократно подчеркивал в своих публичных выступлениях, что не являюсь сторонником того, чтобы отнять у нотариата ту имущественную основу, на которой он сейчас благополучно стоит.

Мы все понимаем, что в крупных городах (прежде всего в Москве) доходы нотариата делают эту профессию более чем привлекательной. Но мне кажется, что наша задача – не взять и поделить, не отнять у тех успешных людей в нотариате, которые честно выполняют свою работу, те доходы, которые они имеют. Важно сделать эти доходы более прозрачными и, самое главное, понятными обывателям. Необходимо предложить пользователям диверсифицированную систему тарификации. Мы должны дать тем, кто не готов много платить, доступную нотариальную помощь. В настоящий момент действительно существует ситуация, в которой мы, по сути дела, вынуждаем нотариусов создавать разные двух-, трехэтажные схемы для того, чтобы добирать дополнительный доход, который они не могут получить неправильно сформулированных тарифов.

К сожалению, те проблемы, о которых я сказал, формируют в глазах населения, не очень богатого, не очень погруженного в эту проблематику, негативный публичный имидж нотариата.

Поэтому наша задача – приблизить нотариат к населению и сделать так, чтобы к нотариусу шли не только за совершением нотариальных действий, но и, возможно, за какой-то базовой правовой консультацией.

Вы, наверное, знаете, что сейчас Министерство юстиции большое внимание уделяет вопросам правового просвещения граждан и оказания малообеспеченным гражданам бесплатной юридической помощи. Надо признать, что уже сейчас нотариат выполняет эти функции. Предлагаю подумать, как эту уникальную сеть из профессионалов высокого класса использовать для того, чтобы развивать правовое знание у населения.

И, что греха таить, еще одна большая проблема – назначение на должности нотариусов. Вы знаете, что у нас есть двухступенчатая система допуска к профессии. И она в настоящее время вызывает больше вопросов, чем ответов.

Говоря о тех решениях, которые мы готовы предложить, мне кажется, надо выделить несколько основных стратегических направлений.

Первое и главное, мы должны исходить из того, что наша нотариальная система должна быть обращена лицом к пользователю. У нас есть клиент, который хочет получить услугу быстро, качественно и недорого, который редко обращается к нотариусу. И есть другой клиент, который в день выписывает 200–300 доверенностей, который стремиться получить не только стандартные услуги, но и поддержку по более сложным сделкам. Мы должны и тому, и другому пользователю дать адекватное решение в новом законе. Вот это, наверное, первый и главный приоритет.

Второе стратегическое направление, которого мы будем придерживаться при разработке нового закона – адекватная оценка экономики всех нотариальных процессов. Я как человек, который в свое время достаточно долго проработал в экономическом ведомстве и пришел к неутешительному для себя выводу, что система отношений, в которой нет внятной экономической политики, где непонятно, кто и как зарабатывает, станет искусственной, рано или поздно разрушится и будет подменена какой-то иной системой.

Поэтому нам нужно очень четко понимать, зачем человек идет в нотариат, сколько он зарабатывает и за счет чего он зарабатывает. Следовательно, ключевой вопрос в этом разрезе – выстраивание прозрачной тарификации нотариальной профессии.

Еще один важный и дискуссионный вопрос – финансовая солидарность в нотариате. Мы понимаем, что у нас регионы очень разные, разброс в доходах нотариусов существенно разнится, следовательно, и проблематика разная.

Поэтому мы должны в нотариальной корпорации, как в наиболее готовой к этому, создать механизм финансовой солидарности, механизм обеспечения нотариальной потребности в тех регионах, где экономически это целесообразно. Поэтому сейчас мы в качестве рабочей схемы рассматриваем отказ от государственного нотариата с возложением обязанностей по поддержанию нотариальной функции в малонаселенных и труднодоступных регионах на само нотариальное сообщество.

Но это требует совершенно другого подхода к перераспределению взносов и доходов внутри нотариального сообщества. Понятно, что за счет чего-то надо содержать эти 250–300 должностей, о которых мы говорили. Не скажу, что доходы у нотариусов на всей территории страны должны быть одинаковыми, конечно, этого никогда не будет. Но я считаю справедливым и допустимым, если нотариат в крупных городах и  экономически развитых регионах будет отчислять часть своих доходов на то, чтобы обеспечивать нотариальную потребность в депрессивных регионах.

Второй приоритет нового разрабатываемого закона и нашей новой нотариальной политики – это диверсификация нотариальных потребностей по пользователю. Здесь необходимо, видимо, выделить перечень действий, которые наиболее часто востребованы населением, предложить возможность совершения действий по относительно невысокой цене, с другой стороны, дать возможность нотариусам зарабатывать деньги на сложных нотариальных действиях, тех, которые сейчас вообще никак не урегулированы в нашем законодательстве и ведомственных инструкциях по нотариальному делопроизводству.

Если у бизнеса есть потребность в совершении каких-то действий, и эти действия сейчас нотариус в силу формальных причин не может или не умеет совершить, значит, мы должны ему помочь это сделать. Закрепить такую формальную возможность в законе и дать нотариусу инструкции по совершению таких действий.

Возможно, мы должны дать нотариусу возможность для расширения полномочий в области совершения сделок в бизнес-среде. Нотариус мог бы осуществлять те функции, которые он совершает в некоторых других странах. Возможно, он мог бы выступать в качестве платежного или искового агента.

Важнейшая задача – не допустить использование нотариальной профессии в преступной деятельности. Мы уже сейчас можем для этого много сделать. Здесь основные направления можно свести к двум или трем. Во-первых, все согласятся с тем, что то несовершенство системы саморегулирования нотариата, которая формировалась в лихие 90-е, сейчас очевидно и для самого нотариального сообщества. К сожалению, сейчас нотариат видит в своих рядах откровенно преступных нотариусов, не имеет возможности очистить от них свою корпорацию.

Мы должны предложить новый механизм лишения нотариуса полномочий, мы должны дать и самому нотариальному сообществу, и органам юстиции возможность своими совместными действиями быстро и эффективно избавлять нотариальную корпорацию от недобросовестных участников. Как раз на последнем заседании внутренней рабочей группы обсуждался этот очень непростой вопрос. Я не сторонник того, чтобы передавать все полномочия по контролю над нотариусами государственным органам. Мне кажется, что здесь мы должны выступать вместе с нотариальными палатами. Более того, мне кажется, что нотариальные палаты, как орган нотариального сообщества, должны участвовать и должны давать свое согласие на такую коррекцию своих рядов.

Второе, не менее важное направление борьбы с «черным» нотариатом – это совершенствование нотариального делопроизводства и постепенная его электронизация, то есть перевод в компьютерный вид. Сейчас очень многие нотариусы страдают от явно устаревших, архаичных правил совершения нотариальных действий. Например, нотариус должен переписывать, по сути дела, содержание огромного документа от руки в свою книгу, что отнимает много времени, не дает ему заниматься другими более важными делами. С другой стороны, ныне действующая система – фиксация нотариальных действий – позволяет нотариусам совершать сделки задним числом, оказывать другие услуги, не охваченные действующим законодательством. Большинство из подобных негативных явлений поправимо путем корректировки правил нотариального делопроизводства, через введение постепенного электронного документооборота, что станет, по сути дела, двойным ключом там, где мы сможем контролировать реестр…

В общем, электронизация нотариального делопроизводства – это важнейшая задача для объединения ресурсов нотариата в единую информационную сеть. Я думаю, что вы знаете проблемы, которые у нас сейчас существуют – это отсутствие реестра доверенности, отсутствие реестра завещаний. Понятно, что сейчас XXI век, когда есть все возможности для того, чтобы иметь единый банк фиксации данных нотариальных действий. Неправильно работать по правилам XIX века.

И, наконец, еще одно важнейшее направление информирования нотариата – это подключение нотариата к решениям государственных задач. Не пугайтесь, я не имею в виду, что нотариусы будут работать на стройках народного хозяйства. Мне кажется, что нотариат мог бы стать очень удачной розничной сетью для предоставления государственных услуг.

Первые шаги совместно с Росреестром и Министерством экономического развития в этом направлении мы уже делаем. Мне кажется, что нотариусы могли бы стать качественными, квалифицированными, контролируемыми государством посредниками при предоставлении госуслуг, прежде всего, в области государственной регистрации недвижимости.  Это помогло бы и нам, помогло бы и нотариату, тем более помогло бы, конечно, регистрирующим органам, которые могли бы получать уже готовые сформированные пакеты документов, существенно ускорять свою работу, бороться с очередями и так далее. Мне кажется, что это важная задача.

Нотариат должен стать институтом, строго ориентированным на своего клиента. Нужно стать вежливым, корректным, не допускать очередей, нести перед клиентом ответственность. В области нотариата мы можем предложить очень эффективный механизм гражданско-правовой ответственности, механизм страхования профессиональной ответственности.

Концептуальные подходы к развитию нотариата по большинству вопросов более или менее понятны. Сейчас мы начали работу над подготовкой некоего «сырого» текста, который мы немного отшлифуем и уже предложим на всеобщее обсуждение. Под моим руководством сформирована рабочая группа из ученых, которые в академическом режиме работают над этим текстом.

Мне очень хотелось бы надеяться, что Совет Федерации мог бы стать одной из центральных площадок для такого обсуждения.

Я готов пояснить, почему именно такой формат работы выбрали. Понятно, что такой огромный закон (мы предполагаем включить в него не только организационную, но и процедурную часть из правил совершения отдельных нотариальных действий), конечно, нужно писать.

Сейчас создана и действует рабочая группа. В нее включены (это было наше принципиальное решение) только ученые и практики нотариата. Цель здесь – быстро подготовить проект для обсуждения и дальше вносить в него изменения.

Я надеюсь, что сейчас мы только начинаем наше интересное обсуждение по нотариату, и мы всегда здесь будем открыты для самого широкого диалога.

 

 

В.В. Горшков, судья Верховного Суда Российской Федерации

 

Готовясь к сегодняшнему «круглому столу», я попросил наши статистические органы подготовить небольшие графики по тем делам, по которым нотариусы или принимали участие или могли принимать участие. Первый график – споры, связанные с наследованием имущества.

 

sf2010_01.jpg 

В нем учтена статистика с 1995 по 2008 год, какое количество споров было рассмотрено судами общей юрисдикции за этот период времени. Кривая свидетельствует о том, что количество таких споров возрастает. Дела, которые мы в настоящий момент рассматриваем, говорят о том, что нотариусы, которые не всегда корректно выполняли соответствующие действия. И это вызывало массу вопросов и нареканий, и судопроизводство по этим наследственным спорам затягивается на длительный период времени. Дела, связанные с наследованием, где суды вынуждены неоднократно вызывать в судебное заседание нотариусов, опрашивать их, показывают, что процедура совершения определенных нотариальных действий четко не прописана в Основах. Это необходимо сделать в новом законе для того, чтобы исключить из судебной практики какие-либо сомнения в том, что нотариус совершил свое действие правильно.

Следующий график, связанный с тем же наследственным имуществом, показывает, сколько исков было удовлетворено.

 

sf2010_02.jpg


Количество исков по наследственным делам в 2008 году заметно отличается в большую сторону по сравнению с 1995–1998 годами. Я думаю, это указывает на то, что есть определенные недостатки законодательства, которые должны быть устранены.

Следующий график. Это график сделок с частными домами и приватизированными квартирами с 1995 до 2008 года.

 

sf2010_03.jpg


Здесь вы видите колебания, которые связаны с изменением законодательства. Можно посмотреть 1996–1997 годы, когда было установлено, что эти сделки могут теперь совершаться в простой письменной форме, и количество споров, которые стали возникать в связи с этим.

В последнее время количество споров немного сократилось.

Красная кривая здесь – это количество удовлетворенных требований. Опять практически максимальные показатели. Большинство обратившихся граждан получили положительный результат по своим обращениям.

Следующий график непосредственно касается нотариусов. Жалобы на нотариальные действия и отказ в их совершении. Цифры, как вы видите, незначительные.

 

sf2010_04.jpg


Отрадно, что по сравнению с тем количеством дел, которые рассматриваются судами общей юрисдикции, доля жалоб на действия нотариусов ничтожна. Вы видите, последний, 2008 год – это 1 475–1 442  –  минимальное количество.

А теперь посмотрим, сколько из этих жалоб было удовлетворено, это следующий график. Больше половины.

 

sf2010_05.jpg


Количество удовлетворенных жалоб никогда не было менее 50% от общего числа. Это настораживает и говорит о том, что или Основы законодательства недостаточно регулируют порядок совершения тех или иных действий, или нотариусы допускают такие нарушения, в исправление которых вынуждена вмешаться судебная власть.

С 1993 года прошло 17 лет, и, естественно, нормативно-правовой акт, который регулирует деятельность нотариата, значительно оторвался от правовой действительности. За истекший период времени полностью проведена кодификация гражданского законодательства, в 2008-м  принята четвертая часть Гражданского кодекса. Что в законодательстве о нотариате изменилось за этот период времени концептуально? Были внесены только какие-то технические поправки.

Особенно судебную власть беспокоили те дела, которые мы выделили, это дела наследственные. Часть третья непосредственно касалась нотариусов, но каких-либо принципиальных изменений в правовом регулировании после ее принятия не последовало.

На сегодняшний день мы имеем поручение Президента и в плане развития концепции гражданского законодательства. И уже где-то в середине этого года, а к октябрю месяцу, есть поручение внести в Государственную Думу некоторые законопроекты, связанные с развитием гражданского законодательства.

Поэтому, с точки зрения органов судебной власти, представляется, что, если нотариат останется в том же виде, в котором он существует на сегодняшний день, это приведет к тому, что он еще больше отстанет от тех процессов, которые происходят у нас не только в экономической сфере, но и в сфере гражданского законодательства. Это недопустимо.

Кроме того, хотелось бы отметить некоторые пожелания и некоторые проблемы, с которыми мы сталкиваемся повседневно в своей судебной практике. Приведу два примера, которые показывают, что нотариат мог бы, произвести определенные действия, чтобы  дела не оказывались в судах.

В частности, вопрос, связанный с защитой интеллектуальных прав. Сделка, авторский договор, удостоверена нотариусом. Написано, что один обладатель передает права другому, и цена договора – ноль рублей ноль копеек. Я думаю, что, если бы квалифицированный нотариус удостоверял это, он бы предупредил стороны, что авторский договор в силу закона это возмездная сделка. Не может быть ноль рублей ноль копеек.

В результате два года люди разбирались в судах общей юрисдикции и решали вопрос, кто и каким образом передал эти исключительные права, а цена вопроса очень значительна.

Следующий пример связан с удостоверением завещаний. Все чаще и чаще мы сталкиваемся с делами в судебной практике, когда нотариус удостоверяет завещание в больнице, причем сам наследодатель не может сделать надпись на завещании. Почему бы не применять при совершении нотариального действия современные методы фиксации? Вместо этого суд вынужден выяснять, что происходило там, где совершалось это действие, вызывать массу свидетелей, что неизбежно приводит к затягиванию судебного процесса. Суд вынужден давать оценку, в том числе и показаниям нотариуса, хотя если бы нотариус представил определенные документы, подтверждающие то, как он совершил это действие, судебного спора можно было бы избежать.

И еще остановлюсь на вопросе, который нас очень беспокоит – превентивное правосудие. Действительно, нотариат – это превентивное правосудие. Но для того, чтобы он существовал и реализовывался, необходимы четкое законодательное регулирование, четкая нормативно-правовая регламентация порядка и правил совершения нотариальных действий, ведение делопроизводства и содержание архива.

Мы сейчас получаем массу дел, когда у одного нотариуса пропал архив, у другого нотариуса был испорчен или утрачен. То есть в результате действий нотариуса у нас появляются споры о праве.

Я приведу только один пример – это вопросы, связанные с завещаниями, когда нельзя проверить, было или не было завещания. Лица, которые получили завещание, вынуждены обследовать весь округ, выяснять, а не было ли последующего завещания?

Хотелось бы, чтобы на нотариат было возложено мирное разрешение споров – медиация. Наверное, у нотариата есть (даже сейчас) в Основах правовые элементы медиации, которыми нотариат может воспользоваться. Но, к сожалению, на сегодняшний день такая перспективная форма разрешения споров никак не реализуется ни в брачно-семейных отношениях, ни в наследовании, не говоря уже о других сделках. 

И есть еще один вопрос – налоговые недоимки. В суды обращаются налоговые органы о взыскании налоговых недоимок. Вот тут прозвучала статистика арбитражных судов, и я могу сказать, что в судах общей юрисдикции таких дел больше 6 миллионов рассматривается, а цена вопроса от 100 рублей и чуть-чуть выше.

Нужно подумать, каким образом эти дела исключить из судебных процедур, может быть, передать нотариусам. Судебная процедура – это очень дорогая процедура.

Ну и последний вопрос: принимать новый закон или каким-то образом дополнять старые Основы? Вероятно, это прерогатива законодателя. Законодатель должен сам принять решение, в каком объеме и в какой форме он будет вносить изменения в нормативную базу. Но Основы, на мой взгляд, должны быть отражены в новом законе. Они себя оправдали. И никаких сбоев, таких, которые могли бы привести к каким-то пагубным последствиям, не наблюдается.

 

 

Н.Ю. Рассказова, заведующая кафедрой гражданского права юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета

 

Возмущения, дефекты в любой системе есть, для любой системы нормальны сбои. Из представленных предыдущим докладчиком статистических данных следует, что было три пика увеличения количества судебных споров – после принятия первой, второй части и третьей части ГК.

Нотариус – заложник дефектов законодательства. Не на суды направлен первый удар. Первый удар принимает нотариус. Он может отказать в совершении нотариального действия со ссылкой на то, что в законе пробел, неоднозначное толкование и так далее. Естественно, гражданин не понимает логику правоприменительного процесса, ему предоставили право, и он жалуется. Поэтому слабость нотариата в этом смысле такая же, как у любого другого института, который применяет закон, составленный с дефектами.

Еще много лет назад, будучи на другой должности, Дмитрий Анатольевич Медведев на конференции, посвященной 15-летию арбитражных судов, прямо и открыто сказал с трибуны: «Надо прекратить ситуацию, когда законы пишут непонятные люди (я цитирую), неизвестные фирмы». Этот процесс должен быть подчинен регулированию так же, как любой другой.

Так вот, нотариат слаб, действительно слаб, но в каком смысле? Я позволю себе метафору. Представьте себе молодого человека, здорового и сильного, у которого много потенциальной энергии, а он лежит на диване. Работы нет, идти некуда. И сейчас ему говорят, пробеги 300 метров. Что с ним будет? Он слаб. Потенциал нотариата не используется. И это проблема не нотариата, это проблема нашего общества. Это было убедительно показано.

Какие проблемы? Их всего две. Первая – состояние законодательства. Регулирование, касающееся нотариальной деятельности, должно быть комплексным. То есть, если мы вносим изменение в один закон, то мы должны посмотреть, не будет ли противоречить, будет ли это согласовываться с другими законами.

Прозвучал тезис – давайте сделаем реестр электронной доверенности. Сегодня это возможно. А посмотрите в проекты текста закона по изменению Гражданского кодекса, они сейчас пишутся в рабочих группах. Рабочая группа по первой части, там, где представительство доверенности, туда вписана норма в качестве проекта – об отмене доверенности, осуществлять публикацию в органе, в котором публикуются сведения о банкротстве. Для тех, кто не в курсе, этот орган – газета «КоммерсантЪ», вот эти кошмарные субботние приложения.

И как мы сейчас будем думать о перспективе, об электронном реестре? В ГК может попасть норма о публикации в «Коммерсанте». Это нормально? Ненормально. Вот оно – отсутствие комплексного регулирования. Попробуйте нотариуса спросить, он понимает, предположим, как сегодня наследуется доля в обществах с ограниченной ответственностью. У нас противоречия в законах. Куда нотариусу деваться? Совершать действия на свой страх и риск или отказывать тоже на свой страх и риск.

Итак, если мы говорим о том, что нотариат должен работать на твердой законной основе, то мы должны думать не только о создании нового закона о нотариате, но и о том, чтобы все, что касается этой части оборота, нотариальной формы, было согласовано во всех законах, нормы которых регулируют соответствующие отношения.

И второй аспект, который, мне кажется, важен, когда мы говорим о комплексном регулировании. Это должно быть регулирование на основе принципов. А что такое принцип? Принцип скрепляет систему. Благодаря ему система нормально работает. То, что нотариус должен быть состоятельным человеком, я думаю, возражений не вызывает. Это человек, который должен себя уважать, его должны уважать, и он должен ценить свое имя, это понятно.

При этом в законе мы видим полное непонимание того, а кто вообще такой нотариус? Нотариус, с точки зрения принципа и логики, – негосударственный чиновник, это однозначно. А с другой стороны? А раз он негосударственный чиновник, государство за него не должно отвечать. И поэтому на первый план выносится проблема страхования материальной ответственности. Государство за него отвечать не должно.

Но, с другой стороны, нотариус – это не предприниматель. Вы посмотрите в первую очередь налоговые отношения с участием нотариусов. У нас постоянно возникает проблема. Нотариус приравнен к предпринимателю, ну да, в целях налогообложения он – предприниматель. Если он предприниматель, он что, должен отвечать на началах риска, как у нас отвечают предприниматели? Он должен налогооблагаться как предприниматель? Да ничего подобного.

Я глубоко убеждена, что, как только мы допустим в сферу регулирования нотариальной деятельности хотя бы крошечные элементы отношения к нотариусу как к предпринимателю, мы начнем уничтожать этот институт в том виде, в каком он нужен обществу. Да, доходы у нотариуса должны быть, но это должны быть доходы некоммерческие.

Мы говорим о том, что нотариат должен  способствовать достижению двух основных целей: стабильности оборота и защиты добросовестного участника. Нотариат может здесь помочь. А какие гарантии? Гарантий две. Во-первых, контроль, допуск к профессии, во-вторых, создание системы обязательного страхования, риска, ответственности нотариуса за вред, причиненный в процессе осуществления нотариальной деятельности.

В планирующемся законе о нотариате, мы будем скоро обсуждать эту главу, принципы очень простые: нотариус должен отвечать за все виды нотариальных действий, граждане и юридические лица должны быть защищены, они должны видеть гарантии, но это обязательное страхование должно быть типовым. Не может быть того, что мы имеем сейчас, разные компании, разные условия, где-то что-то застраховано, где-то нет. Должны быть правила обязательного страхования, утвержденные Правительством по сложившейся схеме, на которых будут страховаться все нотариусы.

 

 

В.М. Жуйков, заместитель директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации

 

В профессиональном плане я был вынужден обращаться к нотариусам только четыре раза, и претензий у меня нет, хотя я не пытался использовать свои знакомства. Так что я очень благодарен нотариату и в личном, и в профессиональном плане.

Были высказаны слова огорчения, сострадания, что нотариат плохо развивается и по этой причине нуждается в совершенствовании. Он, конечно, нуждается в совершенствовании равно, как и любой объект, который растет, который приносит пользу.

Что произошло за эти 17 лет? Нотариат стал таким, каким он никогда не был в советские годы. Профессия стала востребованной, престижной, желанной, и я подчеркиваю – необходимой. Необходимой! Российский нотариат включен в систему международной организации латинского нотариата. Он там признан, пользуется уважением.

На проблемы, которые существуют в настоящий момент, нужно смотреть спокойно. Мне знаком механизм судебной реформы. И там огромное количество сложностей. Все сразу хорошо не бывает. Но главное, вектор развития нотариата выбран правильный.

То, что сейчас эта профессия востребована, конечно, объясняется тем, что колоссальнейшим образом расширился гражданский оборот. С 1990 года появился новый объект, который был забыт более чем на 70 лет – право частной собственности. А там, где есть это право, есть субъекты, которые нуждаются в том, чтобы оно было защищено, и нотариус, так же как и суд, способствует его защите. 

Сегодня мы услышали, что должен быть подготовлен первый вариант нового закона о нотариате и нотариальной деятельности. Конечно, при разработке проекта надо учитывать те изменения, которые предполагаются в нашем законодательстве, которые являются базовыми для деятельности нотариусов. В первую очередь концепция совершенствования развития гражданского законодательства. Оно идет в двух направлениях.

Первое – статус физических и юридических лиц, в том числе и статус нотариуса и нотариальных образований и все, что касается совершения сделок.

Я тоже в свое время был озадачен тем, что нотариуса приравняли к индивидуальным предпринимателям. Но обратите внимание, Конституционный Суд определил, что только в смысле налогообложения и ни в каких других проявлениях нотариус индивидуальным предпринимателем быть не может. Он представляет государство и выполняет публичные функции, но не занимается частной предпринимательской деятельностью, и тем более он не может нести риски, какие несут обычные предприниматели.

И второе. Конечно, необходимо учитывать те изменения, которые происходят в процессуальном законодательстве, потому что нотариус часто становится субъектом этих отношений. Сейчас благодаря изменениям, внесенным в Арбитражный процессуальный кодекс, он стал и субъектом арбитражного процессуального судопроизводства, арбитражных процессуальных отношений. Удивительно, конечно, что нотариуса приписали к субъектам корпоративных споров, но это совершенно другая история. Нотариус – публичное лицо, он представляет государство, а не корпорацию, и никак не может стать субъектом корпоративных споров. Тем не менее эти споры переданы в ведение арбитражных судов. И это, конечно, нельзя не учитывать.

Я всегда поддерживал идею «превентивного правосудия», хотя первоначально термин мне этот не нравился, и до сих пор у многих он вызывает раздражение. Однако я вижу три направления, по которым возникает очень тесная связь с судопроизводством, и, в конечном счете, защитой прав человека.

Первое – это то, что нотариус предупреждает обращение в суд. Когда он добросовестно и квалифицированно исполняет свои обязанности, удостоверяет документы. У многих разумных людей просто отпадает надобность в этом шаге, он не видит никакой перспективы обращения в суд, а будет выполнять то, что написано в этом документе.

Второе – нотариат облегчает осуществление правосудия. В этом плане высказываются правильные идеи, но терминологически они, на мой взгляд, неприемлемы. Особенно, когда говорят об особой значимости, об особой доказательной силе нотариально удостоверенных документов, что они имеют преимущество перед другими средствами доказывания. Преимуществ они никаких иметь не могут, потому что во всех видах судопроизводства есть правила оценки доказательств, ни одно доказательство не может иметь заранее определенной силы для суда. Суд обязан проверить всё.

Но сейчас появляется более правильный термин – доказательственная презумпция. Предположение того, что то, что записано в нотариально удостоверенном документе, соответствует действительности, и обладатель этого документа не обязан больше ничего доказывать. Тем самым он освобождается от доказательств. Это очень важно. А тот, кто считает, что удостоверенный факт не соответствует действительности, обязан это доказать.

Именно в таком виде и надо проводить эту идею, и в том законе, проект которого сейчас разрабатывается.

И третье – может ли нотариат заменить правосудие? Может ли быть исполнительная надпись нотариуса средством разрешения незначительных споров? Здесь есть одна очень серьезная проблема. В советские времена Совет Министров утверждал перечень действий, по поводу которых может быть выдана исполнительная надпись. Подобное уже невозможно.

У нас есть статья 35 Конституции, которая гласит, что собственник может быть лишен права собственности только на основании судебного решения. И вот здесь проблема роли и значения, которую имеет и играет исполнительная надпись.

Конституционный Суд в свое время в одном из постановлений сказал, что в отношении юридических лиц возможен последующий судебный контроль, в отношении физических – не возможен.

В связи с этим можно ставить вопрос о расширении (это проблема арбитражных судов) возможности выдачи исполнительной надписи там, где задействованы юридические лица или государственное учреждение (налоговая служба или другое юридическое лицо). На мой взгляд, это не будет противоречить Конституции.

Что же касается граждан, возможность разрешения спора без обращения в суд, равно как и возможность выдачи исполнительной надписи, допустимо включать в договор нотариального удостоверения. Только в этом случае, на мой взгляд, споры могут рассматриваться нотариусами.

И последнее. Вопрос об ответственности нотариуса. Конечно, нотариус должен нести ответственность только в том случае, если установлена прямая вина в том, что он совершил незаконные действия. Причем, признал суд его действия незаконными или нет, прямого отношения к делу не имеет.

Приведу простой пример. Нотариус нарушает закон, потому что иногда не может совершить нотариальное действие, которое от него требует обратившееся к нему лицо. У клиента может не хватать документов, или нотариус не может установить какой-то определенный факт. На этом основании он отказывает. Суд, рассматривая жалобу на отказ в совершении нотариального действия, уже сам восполняет все эти пробелы. Поэтому в таких случаях говорить о вине нотариуса никоим образом нельзя, хотя суд признал эти действия незаконными.

А в остальных случаях, конечно, должно работать коллективное страхование. Это, кстати, мировой опыт, это очень положительный и хороший опыт.

 

 

Л.Ю. Зюзина, президент Нотариальной палаты Тульской области, депутат Законодательного собрания Тульской области

 

Необходимо отметить, что столь долгожданный и важный для всего нотариального сообщества документ должен создаваться при непосредственном инициативном участии практиков – нотариусов, которые не понаслышке знают проблемы применения тех или иных норм, которые будут непосредственно их реализовывать. Есть немало примеров нормативных актов, принятых совсем недавно, которые применять практикам очень сложно, в некоторых случаях практически невозможно, вероятно, именно потому, что при их создании они не участвовали. К таким документам можно отнести Правила нотариального делопроизводства, Положение о замещении отсутствующего нотариуса.

Одним из самых эффективных способов реформирования частного нотариата в Российской Федерации  может стать активное его включение в экономический оборот государства. Исключение нотариусов как специалистов из экономической сферы (отмена обязательной нотариальной формы сделок, а затем – ипотеки) показало реальные примеры злоупотреблений как сторонами, так и различными государственными структурами.

Небольшой элемент доверия, который был оказан нотариусам в 2006 году, когда была расширена норма статьи 15 Основ законодательства РФ о нотариате, дающая право нотариусам представлять в регистрирующий орган заявления о государственной регистрации сделок и перехода права в тех случаях, когда нотариусом был удостоверен договор либо выдано свидетельство о праве на наследство, уже дал положительный эффект в некоторых регионах как для граждан, так и для регистрирующих органов, представляющих интересы государства и, соответственно, для нотариусов.

Указанная новелла напрямую отражает принципы системы латинского нотариата. Развитие нотариата по этой схеме правильней и удобней, так построена работа нотариусов многих европейских стран.

Новое полномочие нотариусов является первым звеном в цепочке, казалось бы, закономерных действий. Например,  в нотариальную контору обращаются граждане с просьбой удостоверить сделку отчуждения недвижимого имущества. Как должен себя вести нотариус согласно латинской схеме? Он проверяет платежеспособность покупателя, собирает все необходимые документы. И сам представляет интересы своего клиента в различных инстанциях, в том числе и в регистрирующих органах. Фактически нотариус выполняет всю работу за гражданина, который зачастую оказывается юридически беспомощным. Такой подход к делу значительно облегчает оформление документов и экономит время не только  гражданина, но и нотариуса. Ведь действительно, человеку, не имеющему юридического образования, оформлять документы у регистратора бывает подчас очень сложно. Гражданин ведь не учитывает множества нюансов, из-за этого может  возникнуть потеря значительного количества времени. А нотариус и регистратор как профессионалы смогут всегда найти точки соприкосновения и придти к определенному компромиссу.

Очевидно, что практика представления нотариусами непосредственно в регистрирующие органы удостоверенных ими сделок и выданных свидетельств о праве на наследство сделает оформление документов более комфортным и быстрым.  Поэтому верится, что система латинского нотариата, которая существует в большей части Европы, укоренится и в России. Такая перспектива  представляется наиболее прогрессивной. Данное направление необходимо развивать.

Если бы нотариус «вел» от начала и до конца всю сделку, то случаев обмана граждан недобросовестными риелторами было бы во много раз меньше.

Соответственно, поддержка нотариата законодателем – это успех его дальнейшего развития на благо граждан и государства.

Безусловно, нотариат как институт должен быть в определенной степени контролируемым со стороны государства в лице уполномоченных органов.

Встает вопрос о формах контроля. Так, например, если взять судебный корпус, который является самостоятельным звеном власти в Российской Федерации, то независимость в деятельности судов является лишь формальным моментом,  потому что вертикаль судебной власти проявлена более чем в любом другом сообществе. Нотариусы же изначально подконтрольны закону, их свобода ограничена рамками законодательства, соответственно, контроль за деятельностью нотариусов не должен иметь формат «указующего перста».

 

 

Г.Б. Мирзоев, ректор Российской академии адвокатуры и нотариата

 

Наша Академия адвокатуры и нотариата, создана непосредственно при поддержке руководства Московской городской нотариальной палаты, Федеральной нотариальной палаты, Московской областной нотариальной палаты и, конечно же, при поддержке Министерства юстиции Российской Федерации. И мне представляется: если мы профессионально, очень глубоко проникнемся той ситуацией, которая на самом деле складывается, то поймем, что на самом деле необходимо профессиональное корпоративное объединение нотариусов Российской Федерации. Каждый должен называться именно нотариусом Российской Федерации.

У меня есть целый ряд предложений.

Во-первых, я хоть и профессор адвокатуры, но в последнее время очень много работаю с нотариатом. При этом никто пока еще не дал научно обоснованного определения нотариата. Мы обязаны в законе записать: что такое нотариус, что включает признаки этого статуса. В законе об адвокатуре этого добились.

Во-вторых, на мой взгляд, корпоративность в нотариате должна быть на уровне устава. Максимум полномочий нотариуса должны заложить туда. На основе рамочных положений закона. Сделать этический кодекс нотариуса Российской Федерации, принимаемый самим нотариальным сообществом. Исключить приравнивание нотариуса в любом варианте к предпринимателю, даже в целях налогообложения.

В-третьих, нужен процессуальный кодекс нотариальной деятельности. Надо, мне кажется, изучить действующее законодательство, совершенствовать его, имея в виду высокий уровень профессионализма нынешних нотариусов, и расширить их полномочия.

В-четвертых. Я считаю, что процедуры медиации в состоянии разгрузить суды.

В-пятых, мне кажется, все нотариусы должны иметь один статус, не должно быть частных, государственных. Они должны быть все (нотариусами) – нотариус Российской Федерации.

В-шестых. Тарифы. Федеральная нотариальная палата должна с учетом рыночной ситуации обращаться в Правительство, скажем, раз в три года или в какой-то период, когда ценовая политика меняется, и оно должно утверждать размеры тарифов, согласуясь с предложениями, которые дает нотариальное сообщество.

И в заключение. Совершение нотариальных действий не нотариусами. На мой взгляд, нужно от этого потихоньку отказываться, пойти по пути создания мировых (нотариальных) участков. По аналогии с мировыми судьями.

И я, наконец, хотел пожелать, что бы мы все отстаивали внутрикорпоративные интересы, руководствуясь конституционными и федеральными законами. И каждый нотариус должен отвечать в пределах законодательства Российской Федерации. А Министерство юстиции не должно быть дамокловым мечом и дубинкой над головой нотариусов, и огосударствление адвокатуры и нотариата – это нарушение устоев правового государства и гражданского общества.

 

 

Н.В. Сучкова, доцент кафедры органов судебной власти и осуществления правосудия Государственного университета – Высшей школы экономики

 

1. При переходе на единую организационную форму существования нотариата на основе небюджетного нотариата

– исчезает необходимость в определении правового статуса государственной нотариальной конторы, нотариуса, работающего в государственной нотариальной конторе (сейчас статус не определен; конторы создаются и ликвидируются Минюстом РФ или его территориальными органами, но финансируются и подлежат материально-техническому обеспечению субъектами РФ; госнотконторы не юридические лица, но в них определяется количество должностей нотариусов, и в них работают нотариусы; нотариусы, работающие в таких конторах, не являются федеральными служащими, но назначаются на должность нотариуса на основании трудового договора, заключаемого ими с территориальным органом юстиции; по этой же причине и по причине того, что нотдействия совершаются от имени РФ, нотариусы, работающие в таких конторах, не признаются и госслужащими субъекта РФ, хотя субъект РФ финансирует деятельность госнотконтор);

– отпадает необходимость в уточнении разграничения компетенции РФ и субъектов РФ в вопросах нотариата и в бесконечном споре о необходимости выделения Федерацией субъектам РФ субвенций для выполнения государственной функции (сейчас материально-техническое и финансовое обеспечение госнотконтор возложено на субъекты РФ, но при этом даже не запрашивается их мнение при решении вопроса о создании и ликвидации этих контор, о количестве учреждаемых в таких конторах должностей нотариусов);

– финансовая заинтересованность в этом субъектов РФ, поскольку у них прекращаются расходы бюджета на материально-техническое и финансовое обеспечение госнотконтор и увеличивается доходная часть их бюджетов за счет поступлений от налога на доходы с физических лиц – нотариусов (по Бюджетному кодексу РФ 70% такого налога зачисляется в бюджет субъектов РФ); возрастет за счет этого налога и доходная часть бюджетов поселений и муниципальных районов (сейчас соответственно 10 и 20%);

– исчезнут неразрешимые финансовые проблемы по обязательному в силу закона повышению профессионального уровня нотариусов, работающих в госнотконторах (сейчас этот вопрос решается за счет нотариального сообщества);

– исчезнет недопонимание населения о юридических последствиях совершенных нотариальных действий нотариусами частнопрактикующими и нотариусами, работающими в госнотконторах (сейчас, несмотря ни на что доверие ко всему «государственному» выше, чем к частному);

– реально будет обеспечено выполнение без очередей гарантированного Конституцией РФ права каждого на наследство (на сегодняшний день оформление наследственных прав возложено на государственного нотариуса при его наличии в нотариальном округе, а если такового нет, то на одного из частнопрактикующих нотариусов).

 

2. Определение сферы деятельности активной модели нотариата неразрывно связано с вопросом  о том, к какому виду деятельности следует относить нотариальную деятельность: к предпринимательской, к непредпринимательской или по отдельным видам юридических действий – к предпринимательской, а по другим – к непредпринимательской  (по аналогии  с некоммерческими структурами, которые вправе для достижения своих уставных целей заниматься предпринимательской деятельностью).

Если нотариальная деятельность будет отнесена к предпринимательской в целом или в части, то тогда и осуществляться нотариальная деятельность должна в соответствии с общими принципами и подходами, установленными для предпринимательской деятельности Конституцией РФ (ст. 8, 34), ГК РФ (ст. 2), Федеральным законом «О защите конкуренции». То есть в данном случае однозначно встает вопрос об отмене ограничения количества должностей нотариусов, о свободном допуске к профессии при наличии высшего образования  и регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, о переходе при оплате нотариальных услуг к гражданско-правовой (договорной) основе, об определении органа, который занимался бы оформлением наследственных прав (например, в Германии этим занимаются суды), о введении налогообложения нотариусов как предпринимателей, а также масса других вопросов.

Представляется, что непредпринимательский характер нотариальной деятельности следует сохранить, но при этом все действия нотариальной помощи, включая сбор документов, юридические консультации, передачу документов на регистрацию прав или имущества,  должны оказываться нотариусом в рамках совершения определенного нотариального действия, за которым обратилось заинтересованное лицо. При этом не только не встанут все перечисленные правовые вопросы, но это позволит также не допустить дублирования полномочий нотариуса и представителей других юридических сословий и предпринимателей (адвокатов, риелторов, регистраторов и предпринимателей, занимающихся оказанием юридических услуг) и определить источники финансового обеспечения деятельности всех перечисленных лиц. Кроме того, полагаю, будут соблюдены и этические нормы по сохранению имиджа нотариуса как публичного должностного лица, действующего от имени государства, а не как «рвача- предпринимателя», идущего по головам других ради достижения только одной цели – повышения своего финансового благосостояния.

 

3. Если сохраняется непредпринимательский характер нотариальной деятельности, то необходимо пересмотреть порядок налогообложения нотариуса, хотя бы в части порядка учета и списания приобретаемого имущества, в том числе и того, амортизация которого исчисляется годами. С учетом возлагаемых на нотариальное сообщество обязательств по обеспечению квалифицированной нотариальной помощью населения в отдаленных местностях полагаю, что все затраты и расходы нотариуса, связанные с осуществлением им нотариальной деятельности, должны списываться (засчитываться)  в тот год, когда они совершаются, с переходом на следующий налоговый период суммы затрат и расходов, превысившей в отчетном налоговом периоде налоговую базу. Для этого потребуется четко разграничить имущество и затраты нотариуса, необходимые ему для осуществления нотариальной деятельности, от имущества и затрат нотариуса, необходимых ему как гражданину вне рамок его профессиональной деятельности.

Следовало бы подумать и об изменении налогового законодательства в части оснований и порядка уплаты налогов нотариальными тарифами с целью избежания двойного налогообложения и предоставления возможности нотариальному сообществу выполнить возлагаемые на него обязанности. Такие изменения могли бы коснутся налогообложения нотариальных палат в отношении поступающих членских взносов, приобретаемого нотариальными палатами различного имущества для последующей его передачи нотариусам в рамках оказания последним помощи в организации нотариальной деятельности в отдаленных и труднодоступных территориях.

 

4. Осуществить реальное обеспечение населения, проживающего в отдаленных местностях, квалифицированной юридической помощью только силами нотариального сообщества без оказания содействия в этом со стороны государства или субъектов РФ вряд ли получится. Возможность оказания такого содействия вытекает из Конституции РФ (ст. 132), что констатировано в постановлении КС РФ от 19 мая № 15-П. Такое содействие видится, в частности, в  виде передачи нотариусу под  нотариальную контору в аренду помещения, принадлежащего субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию, без проведения конкурсных или аукционных процедур, обязательных в настоящее время.

Если же коснуться в целом законодательства о размещении государственных и муниципальных заказов для обеспечения государственных и муниципальных нужд, то следовало бы на законодательном уровне исключить распространение Федерального закона от 21 июля 2005 г. № 94-ФЗ на нотариальные услуги.

 

5. Необходимо изменение подходов по определению размеров нотариальных тарифов и государственной пошлины за совершение нотариальных действий, а также порядка разработки и утверждения нотариальных тарифов.

Следовало бы в зависимости от субъектов, совершающих нотариальные действия,  с целью приведения в соответствие между собой законодательства о нотариате, налогового и бюджетного законодательства, а также с целью внесения ясности и четкого понимания населением  применения этого законодательства определить, что нотариальный  тариф подлежит взиманию лишь нотариусами, а государственная пошлина – только должностными лицами.

Необходимо введение экономически обоснованных размеров нотариальных тарифов с учетом количества различных видов совершаемых нотариальных действий и размером риска профессиональной ответственности по ним. Исходя из публичного статуса нотариуса, из особенностей его деятельности в отличие от других представителей юридического цеха (не нотариус ищет лиц для оказания нотариальной помощи, а сами лица идут к нотариусу за получением этой помощи), из недопустимости развития «ценовой» конкуренции между нотариусами  все нотариальные тарифы следовало бы закрепить в нормативном правовом акте.

Единые для всей территории России экономически обоснованные размеры нотариальных тарифов установить просто невозможно из-за различий экономического уровня развития различных регионов. Представляется, что установление таких размеров нотариального тарифа можно было бы передать субъектам РФ, тем более, что нотариат в соответствии с Конституцией РФ отнесен к предметам совместного ведения. Но для того, чтобы не получилось «тульской, рязанской законности», необходимо на федеральном законодательном уровне закрепить общие правила и порядок определения конкретных размеров нотариальных тарифов. Для этого, правда, понадобится определить те самые экономические критерии, в соответствии с которыми должны рассчитываться размеры нотариальных тарифов. Порядок разработки размеров нотариальных тарифов можно было бы установить по аналогии с порядком по определению количества должностей нотариусов в нотариальном округе. Не думаю, что при таком подходе субъекты РФ «съедят» нотариусов. Во-первых, этого не происходит при определении количества должностей нотариусов в нотариальном округе (а это, как представляется, более «лакомый» кусочек для субъектов РФ, имея в виду вопросы трудоустройства различных родственников, знакомых и нужных людей), во-вторых, как уже говорилось, большая часть налога на доходы с физических лиц поступает в бюджеты субъектов РФ, и, в-третьих, у должностных лиц в субъектах РФ достаточное количество родственников, близких и знакомых лиц работают нотариусами.

Одним из общих правил, закрепленных в федеральном законе, следовало бы признать единый подход по определению размера нотариального тарифа независимо от того, в силу чего нотариальная форма документа признается обязательной: в силу закона или в силу волеизъявления лиц.

 

6. Для  рассмотрения вопроса о расширении полномочий нотариуса первоначально следует определиться со сферой профессиональной деятельности нотариуса, имея в виду, останется ли она в рамках бесспорной юрисдикции нотариата или нет.

Предложения о передаче на рассмотрение различных спорных дел, включая установление нотариусом фактов, имеющих юридическое значение, следовало бы проработать с точки зрения их соответствия конституционным положениям о разделении и самостоятельности ветвей государственной власти и об осуществлении правосудия только судом.

На мой взгляд, сила и востребованность нотариата в том,  что он осуществляет деятельность в рамках бесспорной юрисдикции, что и следовало бы оставить. Ведь со всеми так называемыми мелкими спорными делами уже сейчас возможно обращение к нотариусу за получением исполнительной надписи при условии подтверждения обращающимся, а не нотариусом, факта достоверности и бесспорности задолженности. Если на законодательном уровне определить, что может являться подтверждением достоверности того или иного акта и что должно представляться для этого нотариусу, то тогда будет уместным говорить о расширении полномочий нотариуса в свидетельствовании фактов, имеющих юридическое значение. А установление таких фактов в спорной ситуации и рассмотрение иных любых спорных дел останется в компетенции судов.

 

7. Создание активной модели нотариата невозможно без обеспечения реальной, а не провозглашенной доступности нотариальной помощи для граждан не только в отдаленных, труднодоступных и экономически слаборазвитых регионах, но и во всех нотариальных округах.

К сожалению, очевидный факт сегодня – вновь существующие очереди к нотариусам. Москва в этом случае – не показатель, потому что, кроме зарегистрированных граждан и юридических лиц, здесь проживает большое количество лиц, не зарегистрированных в столице, и находятся представительства и филиалы многих юридических лиц, помимо миллионов ежедневно приезжающих. Но даже и в Москве есть нотариусы, работающие не полный рабочий день, что наглядно подтверждается также и их вывесками с указанием графика работы. Аналогичная ситуация по нотариальному обслуживанию, например, в Туле, далеко не процветающем в экономическом плане городе. В соответствии с графиками работы, в частности, нотариусов Пролетарского района Тулы, практически все принимают граждан лишь половину рабочего дня. И если бы не было обращающихся за нотариальной помощью, все было бы объяснимо. И такая ситуация, по сообщениям представителей бизнеса, во многих городах. Не имея знакомого нотариуса, без очереди, на которую тратится отнюдь не 10–15 минут, а не менее 1–1,5 часов, к нотариусу не попасть.

Следовало бы проанализировать причины сложившейся ситуации, выяснить, является ли дефицит нотариальных услуг искусственно созданным самими нотариусами или недостатком правового регулирования? И уже на основе полученных результатов, а также с учетом предполагаемого расширения нотариальной деятельности на законодательном уровне установить критерии определения количества нотариусов. Для этого также понадобится законодательное урегулирование вопроса о «разграничении» компетенции нотариуса и его сотрудников, т.е. об определении тех видов юридических действий, исполнение которых нотариус в рамках совершения нотариального действия может поручать своим сотрудникам. Это же, на мой взгляд, может в какой-то степени способствовать сокращению так называемых нотариусов- рантье, а также будет способствовать повышению профессионального уровня самих нотариусов, т.к. в законе будет закреплено, какие действия должен совершать только нотариус. Разумеется, данное требование не применяется при отсутствии нотариуса. Но и сами случаи возможного отсутствия и длительность некоторых из них следовало бы закрепить в законе. При этом целесообразно было бы воспользоваться зарубежным опытом, при котором даже совмещение нотариусом нотариальной деятельности с научной или преподавательской может осуществляться только при условии, если научная или преподавательская деятельность не является помехой для осуществления нотариальной деятельности и ее временным ограничением.

 

8. О статусе нотариуса. Нотариус не может признаваться государственным (муниципальным) служащим, хотя бы в силу того, что он не является сотрудником государственного (муниципального) ведомства. Но в силу того, что не занимается предпринимательской деятельностью, а осуществляет выполнение переданных ему некоторых государственных функций, он и не может являться просто физическим лицом. Его следовало бы признать публичным должностным лицом.

Поскольку нотариус наделяется полномочиями по совершению нотариальных действий государством и от имени государства их совершает, то и речь должна идти о нотариусе Российской Федерации, а не о нотариусе в Российской Федерации и уж тем более не о нотариусе определенного нотариального округа. Именно с этой точки зрения следовало бы пересмотреть содержание гербовой печати нотариуса, форм удостоверительных надписей и свидетельств, бланков нотариуса.

 

9. Об организации системы нотариата. Представляется целесообразным изменить не только организацию системы нотариата, но и саму систему нотариата путем создания Федеральной нотариальной палаты, основанной на обязательном членстве нотариусов Российской Федерации,  с ее филиалами в федеральных округах.

Создание Федеральной нотариальной палаты, основанной на обязательном членстве нотариусов Российской Федерации, позволит:

– решить проблему создания нотариальных палат в субъектах Российской Федерации, где недостаточно частнопрактикующих нотариусов;

– признать ФНП саморегулируемой организацией в отношении нотариусов и наделить ее полномочиями по утверждению обязательных для всех правил, требований, принципов касающихся организации нотариальной деятельности, этических норм поведения нотариуса, процедур проверки нотариальной деятельности. При этом важно помнить и отразить в законе, что обязательные требования не могут касаться правил совершения нотариальных действий и толкования нотариусом законодательства РФ;

– расширить возможности участия всех нотариусов в решении вопросов самоуправления (в том числе по осуществлению контроля за организацией деятельности нотариуса), избрания руководящих органов ФНП, определения приоритетных направлений деятельности нотариального сообщества, а также будет способствовать осуществлению ротации членов органов управления нотариальным сообществом;

– снизить расходы нотариального сообщества на содержание нотариальных палат и направить высвобожденные финансовые средства на решение конкретных задач, стоящих перед нотариатом (страхование риска профессиональной ответственности, обеспечение доступности нотариальной помощи, повышение профессионального уровня, развитие нотариального права  и т.д.), и на решение вопросов социального обеспечения нотариусов (пенсионное, медицинское, по беременности и родам, на случай потери кормильца-нотариуса и др.);

– равномерно распределить между всеми нотариусами бремя выполнения возложенных на нотариат обязательств по обеспечению доступности нотариальной помощи,  не возложить его только на нотариусов, осуществляющих нотариальную деятельность в субъектах РФ, в которых имеются не заполняемые вакантные должности нотариусов;

– снять излишнее бремя контроля за профессиональной деятельностью нотариусов;

– создавать единую правоприменительную практику на всей территории Российской Федерации;

– исключить имеющиеся порой противостояния между ФНП и региональными палатами;

– решить вопрос об общих подходах к установлению размеров членских взносов с тем, чтобы не только в равной степени возложить на нотариусов бремя всего нотариального сообщества, но и с тем, чтобы обеспечить равные возможности нотариусов на получение помощи и содействия со стороны нотариального сообщества (страхование риска профессиональной ответственности, социальное обеспечение, повышение профессионального уровня, оказание помощи в защите законных интересов и т.п.);

– быстрее реагировать на обращения физических и юридических лиц с жалобами и критикой нотариального обслуживания, а также быстрее принимать решение по обоснованным обращениям;

– сделать более прозрачным и чистым допуск к профессии нотариуса.

Почему целесообразно создание филиалов, а не представительств? Потому что в соответствии со ст. 55 ГК РФ филиал вправе осуществлять все или часть функций юридического лица, включая представительство. Их количество и местонахождение может быть разным по усмотрению юридического лица. Полагаю, что более целесообразно вести речь о создании филиалов в привязке к федеральным округам либо к округам применительно к созданию федеральных арбитражных судов округов, т.к. это позволит снять бремя по содержанию нотариальных палат, сократить управленческий аппарат, обобщать практику, проблемные вопросы сразу по нескольким субъектам, способствовать сплочению нотариусов, а также развитию действительного самоуправления в нотариальном сообществе, повысит независимость нотариусов при осуществлении нотариальной деятельности (например, контроль за организацией их деятельности могут осуществлять нотариусы, нотариальные округа которых расположены в других субъектах РФ, входящих в состав одного округа). В данном случае не должно возникать сложностей в отношениях с органами власти в силу того, что территориально это все-таки не такие большие расстояния, но в то же время это может стать определенным буфером для «коррупционного сращивания» представителей органов управления с должностными лицами органов юстиции.

 

10. Следует сделать прозрачными и открытыми все процедуры допуска к профессии нотариуса, в том числе путем включения в состав всех комиссий (по приему экзаменов у претендентов на должность стажера, квалификационных, конкурсных) представителей научной общественности, судейского сообщества, других юридических цехов.

Следовало бы на законодательном уровне установить приоритеты для назначения на должность нотариусов для нотариусов, отработавших определенное время в отдаленных местностях, для помощников нотариусов, осуществлявших полномочия отсутствовавшего нотариуса в течение определенного количества лет (это не только позволит снизить количество неправомерных назначений на должность нотариуса, но и развить родственное правопреемство профессии нотариуса). В отношении других лиц, вероятно, уже настало время говорить о приоритетах для владеющих иностранными языками на уровне делового обращения.

 

11. Перевод документооборота нотариуса на электронную форму необходим даже в силу того, что этого требуют реалии времени, не говоря уже о необходимости такого перевода из-за увеличения объема работы нотариуса. Причем следовало бы различать перевод на электронную форму нотариального делопроизводства и нотариального производства. В рамках нотариального делопроизводства осуществить это можно и сейчас практически в отношении всех журналов, книг, которые ведутся нотариусом, за исключением реестра регистрации нотариальных действий. Что касается данного реестра и оформления нотариально оформленных документов в электронной форме, то, полагаю, перевод может начаться только по мере распространения и внедрения электронной подписи.

 

12. Следовало бы предусмотреть единые правила совершения нотариальных действий для всех лиц, их совершающих: нотариусов, должностных лиц местного самоуправления, консульских и дипломатических представительств.

 

 

С.В. Смирнов, президент Московской областной нотариальной палаты

 

В настоящий момент нотариат находится в тяжелом экономическом кризисе. К сожалению, приходится констатировать тот факт, что реализация основополагающего принципа самофинансирования деятельности частнопрактикующего нотариуса сегодня поставлена под угрозу. К этому имеется целый ряд серьезных причин, главная из которых – несоответствие действующего законодательства в области нотариата реальному состоянию экономического развития страны, а также невостребованность государством и обществом возможностей и потенциала нотариата. Проще говоря, налицо отсутствие необходимого правового регулирования в данной сфере.

В Московской области за 2009 год количество совершенных нотариальных действий уменьшилось на целый миллион в сравнении с предыдущим годом, что составляет более 15 процентов.

Расширение сферы нотариальных действий на сегодняшний день так и остается на уровне предложений, дискуссий и проектов. Принятые в последнее время федеральные законы не решали и не могут решить накопившиеся за долгие годы проблемы, это можно проиллюстрировать следующими примерами.

Например, Федеральный закон от 30 декабря 2008 года 312-ФЗ, установивший обязательное нотариальное удостоверение сделок с долями ООО, не может решить вопрос с самофинансированием нотариальной деятельности, поскольку число этих сделок в нотариальной практике слишком мало. Так, за полгода 400 нотариусов Московской области совершили всего 1 300 таких действий. Ограничен максимальный размер тарифа за совершение этих действий.

Практика совершения нотариусами исполнительной надписи по договорам о залоге (Федеральный закон № 306-ФЗ от 30 декабря 2008 года) практически отсутствует из-за сложности и несовершенства этой процедуры. Ранее установленный Федеральным законом № 93-ФЗ от 30 июня 2006 года о дачной амнистии механизм подачи нотариусами документов для проведения государственной регистрации прав на недвижимое имущество просто не работает.

К нотариусам, во-первых, не обращаются за удостоверением сделок; во-вторых, какого-либо порядка работы с нотариально удостоверенными документами по методу одного окна не введено, как и не предусмотрено сокращение сроков проведения регистрации органами Росреестра. В Московской области этих действий совершается полпроцента от общего количества сделок, которые регистрируются.

Некоторые виды нотариальных действий, даже предусмотренные законодательными актами, вообще нотариусами не совершаются из-за отсутствия необходимого правового регулирования. В частности, такие нотариальные действия, как наложение запрета на отчуждение имущества, потому что обременение недвижимости регистрируется в ЕГРП.

Сложности возникают и с таким видом нотариальных действий, как удостоверение факта достоверности протокола органов управления и организаций. Четыреста нотариусов за целый год совершили 50 таких действий. Одновременно с этим давно имеет место тенденция постоянного сокращения числа нотариальных действий и, прежде всего, сделок с недвижимым имуществом. Нотариусы практически вытеснены из традиционной сферы своей деятельности вторичного рынка недвижимости. Уже более 10 лет это место занимают риелторские компании, услуги которых, как известно, в разы превышают размеры нотариальных тарифов.

Попытки восстановить обязательную нотариальную форму по сделкам с недвижимостью каждый раз встречают серьезное сопротивление депутатского корпуса, и внесенные законопроекты отклоняются. В частности, сегодня в очередной раз в Государственную Думу внесен проект федерального закона, предусматривающий нотариальную форму сделок с недвижимостью, если стороной сделки является гражданин.

Вместе с тем необходимо отметить, что оптимизма относительно перспектив его принятия нет. Это не первый подобный законопроект, поступающий в Комитет Государственной Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному, процессуальному законодательству, все предыдущие были отклонены. Там имеется большой опыт отказов.

Как известно, действующие сегодня размеры госпошлины и тарифы за совершение нотариальных действий были установлены Федеральным законом в ноябре 2004 года. Размеры госпошлины были многократно снижены по сравнению с действовавшим ранее законом Российской Федерации о государственной пошлине. Был также установлен верхний предел, выше которого пошлина не взимается. Так, размер госпошлины за совершение сделок, подлежащих оценке, был сокращен в 10 раз, за протест векселя – в 5 раз, за совершение исполнительной надписи снижен с 7 процентов до 0,5 процента взыскиваемой суммы. И опять же установлен верхний предел взимаемого тарифа. Но, главное, размеры госпошлины и нотариальные тарифы в основной своей массе установлены в твердых рублях и по сей день остаются неизменными. Несмотря на то, что постоянный рост цен и инфляция усугубляются экономическим кризисом.

Тем не менее 9 ноября 2009 года Госдумой был отклонен внесенный Правительством законопроект, которым предлагалось увеличить размер госпошлины за совершение нотариальных действий. Не восстановлен ранее действовавший механизм возмещения нотариусам предоставленных льгот по государственной пошлине.

Сегодня, как ни парадоксально, в работе высококвалифицированных юристов самыми распространенными нотариальными действиями являются свидетельства о верности копий документов и подлинность подписи.

Например, в Московской области в 2009 году совершено нотариусами 5,5 миллионов нотариальных действий, из которых 4 миллиона 200 составляют копии и подлинность подписей.

Интересен тот факт, что в силу закона размер нотариального тарифа за свидетельство о верности копии составляет 10 рублей за страницу. Здесь хочется провести сравнительный анализ размера этого нотариального тарифа с устанавливаемыми Правительством России размерами за совершение аналогичных действий иными органами.

Например, за выдачу органам, осуществляющим хранение учетно-технической документации, выписки об объекте недвижимости размер составляет 500 рублей для физических лиц и 1 000 – для юридических (постановление от 14 сентября 2009 года). Размер платы за предоставление выписок из лесного реестра – 50 рублей за лист (постановление Правительства от 3 марта 2007 года), за выдачу копий договоров и иных документов, выражающих содержание односторонних сделок, совершенных в простой письменной форме, для физических лиц – 100 рублей, для юридических – 300 рублей, а копий договоров в отношении имущественного комплекса – 600 рублей (постановление Правительства России от 14 декабря 2004 года). За предоставление сведений, содержащихся в Едином реестре автомобильных дорог – 200 рублей (постановление Правительства от 8 января 2009 года).

Вывод совершенно очевиден: установленные федеральным законом размеры нотариального тарифа крайне низки, не могут обеспечивать финансирование деятельности внебюджетного нотариата.

Как ни странно, но основным источником финансирования нотариальной деятельности стала плата за выполнение нотариусами работ правового и технического характера. Она позволяет нотариусам хоть как-то обеспечить содержание нотариальных контор в нынешних мизерных размерах госпошлины и тарифа.

Удивительно, но вопрос взимания платы за техработы, кроме двух статей Основ законодательства – 15 и 23, вообще не урегулирован ни на законодательном уровне, ни на уровне подзаконных актов. Хотя ранее действовавший закон о госпошлине России предусматривал конкретный размер этой платы. В таких условиях сегодня нотариусы вынуждены приспосабливаться к ситуации, используя для этих целей легальные с позиции налогового законодательства схемы минимизации налогообложения, с привлечением индивидуальных предпринимателей.

Парадоксально, но факт: с 2005 года взимание платы за работу правового и технического характера, как основной источник финансирования нотариальной деятельности, не имеет никакого правового обоснования, кроме официальных разъяснений со стороны Минфина. До настоящего времени отсутствуют какие-либо методики расчета этой платы.

Уровень цен заработной платы, доходов населения, иные экономические показатели в разных субъектах существенно различаются, даже в пределах нашей области. Если средний уровень заработной платы составляет 27 тыс. рублей, то этот показатель даже в разных городах разный. Например, в Подольске – 15 тысяч, в Серпухове – 19 тыс. рублей.

С учетом изложенного необходимо сделать однозначный вывод: необходимо законодательно урегулировать названные вопросы. Эта проблема возникла не сегодня и даже не вчера. Накопившийся в нотариате комплекс проблем не только снижает уровень нотариальной помощи в России, вызывает многочисленные нарекания со стороны населения, но и создает угрозу нормальному функционированию самого института нотариата в целом.

Новому федеральному закону о нотариате вряд ли удастся решить накопившиеся проблемы. Кстати, до сих пор отсутствует утвержденная концепция этого федерального закона. Она ведь существует только в проекте. Представляется, что федеральный закон о нотариате должен сопровождаться одновременно внесением изменений в целый ряд нормативных актов, в том числе и в главу Налогового кодекса «Государственная пошлина».

На прошлой неделе были опубликованы и вступили в действие изменения, касающиеся государственной пошлины и в органах миграционной службы, и службы безопасности дорожного движения.

Здесь мне вспоминается выражение Жванецкого: как жаль, что амнистия и в этот раз нас не коснулась.

На мой взгляд, если нотариат России будет функционировать на единой организационной, а не бюджетной основе, необходимо отказаться от существующей модели оплаты нотариальных действий с переходом от нотариального тарифа, размеры которого должны устанавливать или Правительство, или Минюст, или Минфин, или Федеральная палата, чему свидетельствует достаточно богатый европейский опыт.

Но главное, на мой взгляд, необходимо коренным образом изменить принципы взимания нотариального тарифа, необходим все-таки возврат к действующему ранее и по непонятным причинам отвергнутому законодателем принципу взимания нотариального тарифа в зависимости от того, обязательно ли в силу закона совершение нотариальных действий или нет.

Как известно, более 10 лет действовала статья 22-я Основ законодательства о нотариате, которая позволяла взыскивать нотариальный тариф по соглашению сторон. Правовое регулирование, действующее до принятия главы Налогового кодекса о государственной пошлине, предусматривало, что при совершении нотариального действия, когда для него не предусмотрена обязательная нотариальная форма, тариф определялся соглашением между физическим, юридическим лицом и нотариусом.

Представляется, что возврат к этому принципу взимания нотариального тарифа позволит решить названные проблемы. Кроме того, такой подход будет полностью соответствовать тарифной политике государства с рыночной экономикой. Учитывая остроту проблемы, видится необходимость скорейшего принятия названной поправки, не дожидаясь принятия базового федерального закона о нотариате, поскольку даже проект технического задания концепции, предполагаемый срок рассмотрения этого проекта на заседании Правительства только в конце 2011 года.

 

 

Н.П. Василевская, нотариус г. Санкт-Петербурга

 

При общей благоприятной атмосфере дискуссии у меня возникают большие сомнения по поводу взгляда на нотариат. В частности, утверждение о том, что одной из первых задач является борьба с «черными» нотариусами, меня очень смущает. Потому что продуктивность концепции и позиции должна базироваться не на противодействии чему-то или кому-то, а на определении социального статуса нотариуса.

Вы знаете, и сейчас ничто не мешает и вам, и нам бороться с этими «чернопрактикующими» нотариусами.

Что же касается других задач, которые предлагается возложить на нотариат – я, действующий, практикующий нотариус, пришла в ужас, услышав, что все споры судебные можно передать в нотариальные конторы. У меня возникло предположение, что нотариусу сейчас «сольют» все, с чем не могут разобраться другие правовые институты.

И поэтому, мне кажется, в концепции должен быть определен статус нотариата, прежде всего. Только после этого можно что-то в дальнейшем обсуждать.

Новый закон, как я поняла, дело еще далекого будущего. А для работы сейчас уже можно сделать достаточно шагов, чтобы мы с вами, учитывая, что есть для этого все основания, могли найти общий язык и оказывать нотариусам какую-то помощь.

Вся проблема заработков нотариусов мне вообще представляется просто чудовищной. Потому что я общаюсь с нотариусами, которые не имеют заработков. И постоянно от людей, которые приходят в мою контору, после тарифа, который я взыскиваю, говорят: «Это что, это серьезно? А как же вы существуете?»

У нотариуса почти у единственного в этой стране существует открытая система записей обо всех деньгах, которые он получает. Если считается, что справедливость социальная нарушена оттого, что нотариусы редкие и поштучные получают большие деньги, это все можно решить проблемой налогообложения. Но никого не волнует проблема, что риелторы получают деньги, хранят в бумажных пакетах, тогда когда нотариусы взимают заниженные тарифы. Почему вообще ведется разговор о заработках нотариусов? Почему не ведется разговор о заработках топ-менеджеров и прочих, кто за счет вообще государственных ресурсов имеет такие доходы? Что за отношение вообще к нашей профессии? Меня оно очень оскорбляет.

Поэтому я бы хотела, чтобы Министерство юстиции, к которому мы теперь обращаемся (учитывая состав руководства юстиции) вместе с нами все-таки начало обсуждать эту проблему.

 

 

Д.Я. Малешин, заместитель декана по учебно-методической работе юридического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова

 

Тот ажиотаж, если можно так выразиться, вокруг нотариата, который сейчас имеет место, был характерен и для начала 90-х годов, когда началась первая в истории новой России правовая реформа. Вплоть до настоящего момента в Государственную Думу вносилось и вносится громадное количество законопроектов, которые касаются нотариальной деятельности.

Чем вызвано такое активное законотворчество?

Мне кажется, основная причина заключается именно в изменении роли нотариата в современном обществе. Происходит смена правовой природы нотариата.

Изначально государство планировало передать нотариусам часть своих полномочий. То есть очевидно, что государство передает частным лицам свои государственные полномочия для того, чтобы эти лица эффективно их исполняли. Такая роль нотариата в последнее время меняется. Мы видим, обязательная нотариальная форма сделок снижается. А что это такое? Это как раз и есть осуществление государственных функций.

Поэтому какие видятся здесь предложения? Я бы выделил три направления. Во-первых, это статус профессии, во-вторых, нотариус как гарант стабильности экономических отношений, гарант частной собственности, в-третьих, перераспределение функций между судебной системой. Но речь не идет о рассмотрении нотариусами споров, а несколько об ином.

По порядку о каждом из этих направлений. Первое – статус профессии. По сравнению с советским периодом сделан большой шаг вперед. Нотариус – это уважаемая профессия. Только лучшие выпускники лучших юридических вузов становятся нотариусами в настоящее время. Но если сравнивать, допустим, профессию нотариуса в нашей стране и за рубежом, большая разница. За рубежом нотариус более уважаемый. С чем это связано? Я думаю, с объемом полномочий, который существует там и который есть у нас. А если учитывать, что как раз в настоящее время происходит какое-то снижение этих полномочий, их уменьшение, то мы как раз сталкиваемся с проблемой статуса нотариусов.

Второе положение – нотариус как гарант стабильности экономических отношений, гарант частной собственности. Здесь вопрос об обязательной нотариальной форме сделок с недвижимостью и других сделок. Сегодня такие нотариальные действия можно пересчитать по пальцам, и их число снижается. На мой взгляд, конечно, нужно развивать эту сферу деятельности нотариата, поскольку она непосредственно связано с правовой природой нотариата как института, а правовая природа – это осуществление государственных функций частными лицами.

Третий аспект – перераспределение функций с судебной властью. Речь идет, конечно, не о рассмотрении споров, речь идет о той категории дел, которые являются бесспорными. Изначально нотариат вырос из судебной деятельности, поэтому те категории дел, а их масса, которыми завалены суды, можно было перераспределить в сторону нотариата.

В чем преимущество нотариата перед институтами? Я думаю, два аспекта преимуществ. Первый – это заинтересованность. Представитель нотариальной профессии заинтересован в том, чтобы качественно совершать каждое действие. Коррупция, о борьбе с которой сегодня много говорят, в сфере нотариата минимальна. Единичные случаи. И это особенно актуально в настоящее время, когда мы реализуем национальный план противодействия коррупции.

И вторая причина – это высокая квалификация нотариуса. Учитывая достаточный материальный уровень обеспеченности нотариуса, в нотариусы идут специалисты только с высокой квалификацией.

И в заключение я бы хотел сказать, что, на мой взгляд, задача законодателя на данный момент заключается в том, чтобы вернуть нотариату его публично правовые функции. Он не должен оказывать услуги, он должен осуществлять государственные функции, и он действует от имени Российской Федерации.

 

 

А.С. Титов, заместитель начальника Правового департамента Министерства внутренних дел Российской Федерации

 

Мое ведомство, по стечению обстоятельств, гораздо дальше стоит и от суда, и от проблем нотариата. В этой связи я должен поблагодарить устроителей этого «круглого стола» за приглашение и возможность высказаться по обозначенным проблемам. Я, видимо, должен выступать не как сотрудник органов внутренних дел, а как ученый.

Министерство внутренних дел так же, как и все остальные органы исполнительной власти, участвует в нормотворческой деятельности и обсуждало законопроект, один из вариантов которого рассылался Государственной Думой на рецензирование в органы исполнительной власти. Со своей стороны я просто обязан согласиться с мнением коллег, которое здесь прозвучало. Действительно, есть необходимость определить правовой статус, существо нотариата, те правовые обязанности, которые должны быть раскрыты в ожидаемом законопроекте, поскольку совокупность возлагаемых именно публично правовых прав и обязанностей должна стать существом деятельности нотариата.

Что касается места нотариата, я бы отметил следующее: на сегодня презюмируется, что нотариат остается в системе Минюста. Но если он несет публично-правовую функцию, то, видимо, законодатель должен будет определить место этого вида деятельности в системе органов исполнительной власти, которая установлена указом Президента.

Что касается существа нотариальной деятельности, я бы еще отметил один аспект. Здесь прозвучало много мнений, связанных с тем, что есть тариф, есть какая-то юридическая услуга, которая сопутствует нотариальной деятельности, за счет чего должен финансировать свою деятельность нотариус. Видимо, требуется четкое, жесткое разграничение в этой сфере: где тариф, где та услуга, которую оказывает нотариус помимо собственно нотариальной деятельности.

Что касается тарифов, я бы просил разработчиков этого законопроекта и тех специалистов, которые будут участвовать в нормотворческой деятельности, все-таки сделать шаг в сторону государственных органов. В частности, мы как органы внутренних дел столкнулись с проблемой, что, выдавая доверенность от министра нашим территориальным руководителям, очень сложно затем выдать доверенность в порядке передоверия. Прежде всего, вопрос упирается в бюджетное финансирование. Готовы заплатить тот тариф, но, к сожалению, в нынешнем бюджетном законодательстве, а, точнее, в смете расходов, из которой осуществляется финансирование территориальных органов, отсутствует такая статья. Поэтому остается под большим вопросом возможность участия нашего представителя в порядке передоверия в тех же самых судебных заседаниях по защите имущественных интересов МВД. Но это частная проблема, я понимаю.

Что касается законопроекта, я бы сказал только об одном. Речь идет о комплексной проработке этого вопроса. Рассматривая законопроект, который у нас был на рецензировании, мы пришли к выводу, что законодательство о нотариате идет по одной линии, а другое, смежное законодательство, несколько отстает от этого процесса.

В частности, остается вопрос по нотариальной тайне. То есть такая формулировка имеется в законопроекте, но она абсолютно не подкреплена смежными кодифицированными актами, той же ссылкой на невозможность допроса в качестве свидетеля ни в Гражданском процессуальном кодексе, ни в Уголовно-процессуальном, ни в Арбитражном процессуальном.

Со своей стороны мы готовы принять участие и помочь рабочей группе в формировании той нормы, которая планируется к изданию.

 

 

В.В. Ярков, профессор, заведующий кафедрой гражданского процесса УрГЮА, вице-президент ФНП, президент Нотариальной палаты Свердловской области

 

То, что мы называем системой латинского нотариата – устоявшийся доктринальный термин. Эта система права, как известно, основана на кодифицированном праве и на особой роли письменных доказательств. И, соответственно, нотариального акта.

Что характеризует эту систему нотариата? Я буду в основном говорить на примере Франции и Германии.

Нотариат в этих странах, особенно во Франции, представляет собой  оригинальное правовое и экономическое явление. Во-первых, нотариус здесь выступает от имени государства и несет публичную службу. Он назначается министром юстиции. В то же время нотариус имеет и дополнительные характеристики, которые отражают его качества, отличные от должностного лица государства, а именно: он не получает при этом зарплату и, как известно, работает в режиме самофинансирования.

Вопрос тарифов, который мы здесь остро обсуждали, там решается таким образом: тарифы устанавливаются в разных странах по-разному: министром юстиции, правительственными декретами. Но эти тарифы учитывают как способность к самофинансированию, имущественную ответственность, так и естественную массовость совершения нотариальных действий. Они не такие большие, но, учитывая массовость совершения нотариальных действий и нотариальную монополию, в конечном счете создается хороший баланс.

Что касается компетенции нотариуса, то к этому вопросу есть разные подходы. Если мы возьмем Германию, то в основном сфера компетенции – это корпоративное право, право недвижимости, семейное право, подготовка наследства, придание исполнительной силы.

Во Франции также целый ряд действий отнесен к монополии нотариуса. Но вместе с тем многие действия не являются монополией. Допустим, во Франции это недвижимость, она формально не является монополией. Но сама система гражданского оборота устроена таким образом, что нотариус является ее центром. То есть то, что отражено в концепции совершенствования и подготовки нового закона о нотариате и нотариальной деятельности, в странах латинского нотариата это уже реалии. Таким образом, нотариус осуществляет комплексное юридическое обслуживание. Он собирает и формирует всю необходимую доказательственную базу, проверяет все документы, совершает необходимые запросы. Затем он совершает нотариальный акт. И затем проводит его регистрацию. То есть, строго говоря, клиенты совершенно избавлены от необходимости какой-либо работы. Их задача в этом смысле одобрять или не одобрять эти действия. В итоге нотариус обеспечивает полную прозрачность гражданского оборота.

И здесь в чем выгода нотариата? В том, что все расчеты идут через его депозитный счет. По сравнению с Францией у нас, конечно, каменный век. Деньги передаются в наличной форме под столом или через какие-то банковские ячейки, да еще нередко в иностранных денежных знаках. Во Франции  все проходит прозрачно.

Кроме того, в странах латинского нотариата нотариус одновременно выполняет функцию налогового агента. То есть, взимая свой тариф, он сразу взимает и соответствующие налоги на недвижимость, на переход права, которые затем передаются государству. И при этом нотариус несет полную имущественную ответственность.

Мне приводили пример: максимальная сумма выплаты во Франции в возмещение ущерба составила 500 млн. старых франков. То есть это примерно 80 млн. евро.  Система компенсации обеспечивается наличием как общегарантийной кассы, так и индивидуальным, и коллективным страхованием.

И что очень важно, помогая правосудию, нотариусы одновременно совершают нотариальные акты, имеющие особую и доказательственную, и исполнительную силу.

Россия в плане континентального права – страна особая, потому что у нас действует принцип свободной оценки доказательств, принцип, который был введен после революции 1917 года для защиты интересов неграмотных пролетариев, он остался до сих пор в нашем праве. В странах континентальной системы права нет принципа свободной оценки доказательств. Доказательства в письменной форме, так называемые аутентичные акты, исполненные должностными лицами, они имеют особую доказательственную силу. Да, они могут быть опровергнуты в суде. Но если человек заявит такой неосновательный спор, на него будет наложен большой штраф – санкция по борьбе со злоупотреблениями процессуальными правами в суде. Очень, на мой взгляд, разумная система.

И отсюда также исполнительная сила. В чем выгода и преимущества исполнительной силы? По нотариальным актам нотариус может вынести, если говорить про русский аналог, исполнительную надпись, во французской системе это называется «исполнительная копия». В таком случае нотариальный акт имеет исполнительную силу, силу судебного решения.

Мало того, он имеет эту силу не только внутри страны, но и, допустим, в рамках Европейского союза. Известные специалистам по международному частному праву конвенции Брюссель, Лугано и регламент № 44-2001 обеспечивают то, что, допустим, если заключен  контракт в нотариальной форме и он не был исполнен, допустим, между предпринимателями Франции и Италии, то можно получить у французского нотариуса исполнительную надпись и без суда обратить ее к исполнению непосредственно в Италии. Что, как вы понимаете, очень облегчает этот процесс взыскания.

Кроме того, нотариус выполняет также функции медиатора. Во французской, немецкой, итальянской системах нотариальные акты, которые достигнуты в ходе примирительных процедур, также наделяются исполнительной силой. То есть имеют, говоря по-русски, силу исполнительного листа.

И важно, что также надо подчеркнуть, что нотариус учитывает дематериализацию гражданского оборота, существует возможность  совершать так называемые электронные нотариальные акты, ведутся электронные архивы и так далее. Нотариат в этой системе обеспечивает то, что называется юридической безопасностью. Это не концепция правопорядка, как у нас в России принято говорить. Юридическая безопасность – понятие, более широкое, которое учитывает все аспекты  гражданского оборота и гражданского общества.

Поэтому, подводя итоги, завершая, хочу сказать, что система латинского нотариата в этих странах существует не потому, что ей тысяча лет, а она, во-первых, очень современна, и, во-вторых, она просто выгодна и удобна. Она выгодна для государства. Потому что государство имеет в лице нотариата публичную службу и налогового агента, который взимает за государство и для государства налоги. Она обеспечивает прозрачность гражданского оборота.

Она обеспечивает систему самоорганизации, т.е.  двойного контроля, как Министерства юстиции, так и нотариальных палат.

Что касается общества и бизнеса, то это чем выгодно обществу? Тем, что ему необходима прозрачность гражданского оборота, эффективная судебная защита. Ну, а что касается бизнеса, то нотариат обеспечивает стабильность отношений собственности. Он обеспечивает гарантии прав собственности, особую доказательственную силу и возможность исполнения нотариальных актов, так же как и судебных решений в транснациональных экономических отношениях. Ну и, соответственно, это быстрая юрисдикционная защита.

И самый последний момент, на котором я хотел бы остановиться –  Международный союз латинского нотариата, как он распространяется сейчас по планете. Есть мнение, что на планете превалирует влияние системы общего права, т.е. права  англосаксонского типа.

На самом деле, если мы проанализируем динамику роста членства и распространения системы латинского нотариата по нашей планете, то мы увидим совершенно обратное. За время после падения Берлинской стены численность Международного союза латинского нотариата выросла в несколько раз, то есть в этой системе находится уже 77 государств.

И поэтому государства, которые заинтересованы в конкурентоспособной правовой экономической системе, естественно, ищут и выбирают ту систему права, которая является более предсказуемой, рациональной, экономичной, недорогой, удобной и выгодной для общества.

В этом плане мы можем обратить внимание на Китай. Это, бесспорно, лидер экономического развития XXI века. Какую систему нотариата выбрал для себя Китай? В 2003 году Китай присоединился к Международному союзу латинского нотариата. Потому что это выбор совершенно правильный и закономерный – выбор его в пользу стабильного и предсказуемого гражданского оборота, а не англо-американского судебного конфликтного права. Такой выбор однозначно показывает, куда движется правовая система на нашей планете.

 

 

Г.Г. Черемных, нотариус г. Москвы

 

Те проблемы, которые были обозначены в докладах, мы обсуждаем из конференции в конференцию, из собрания в собрание, все одно и то же. Ничего нового не прозвучало и не могло прозвучать, поскольку после принятия Гражданского кодекса ситуация в России изменилась буквально.

Чем сегодня нам всем приятен наш очередной форум? Составом и местом, где мы находимся. Это здание Совета Федерации – высшей палаты нашего российского парламента. Все это вселяет надежду, что, может быть, когда-нибудь лед тронется. Мы действительно говорили, говорим и будем говорить, что нотариат должен быть повернут лицом к людям, к каждому гражданину конкретно. А что, разве сегодня это не так?

Разве все присутствующие здесь, нотариусы, что, они отвернулись от гражданина? Нет, конечно. Нотариат исторически возник для регулирования рынка, он таким существовал во всех странах и существует сегодня. Он был таковым в Российской империи, он таковым был в годы СССР, где не было частной собственности, но были сделки с недвижимостью, и было обязательным нотариальное сопровождение и удостоверение. И вдруг в стране, которая поставила во главу угла своей деятельности рыночную экономику, нотариат оказался не нужен. Это не серьезно. А причина простая – зависть.

Государство было мудрым, отдавая нотариату в 1993 году государственную пошлину. Потому что в советском государстве нотариальные конторы обеспечивались очень плохо. Нужно было снять эту обузу. А раз передали функции, значит, обеспечивайте сами себя. Чем больше заработаете, тем будете лучше существовать. И кто пришел в нотариат в 1993 году, имеют сегодня пусть плохонькие, но собственные нотариальные конторы, имеют возможность принимать граждан, нормально с ними беседовать, сделать нормальный документ.

Тот, кто пришел в нотариат после 2000 года, может заработать себе на жизнь, на кусок хлеба, но создать, накопить что-то для развития нотариальной деятельности он не в состоянии, ни в Москве, ни в каком другом городе или районе.

Поэтому и встал вопрос, что же делать? И вот мы почему-то подумали, что примем закон, и все наши проблемы будут решены. Но вопрос-то стоит – а нужно ли менять Основы? Чем они кому-то не понравились? Что регулируют Основы? Основы регулируют наши внутренние взаимоотношения. И только в особенной части выходят вовне через перечень нотариальных действий, и только.

Те проблемы, которые были сегодня озвучены, новый закон не решит. Речь должна идти о более глубоком реформировании, создана программа реформирования или совершенствования нотариальной деятельности в стране, куда бы составной частью вошел бы и будущий закон о нотариате.

Закон, конечно, нужен, я здесь полностью согласен и с Федеральной нотариальной палатой, и с управлением, порядок внутри нотариального сообщества надо наводить. Сегодня рассчитывать на Минюст, которому предоставлено право контроля и надзора в сфере нотариата, неправильно. Нет там кадров и возможностей.

Палата может. Региональные палаты могут. Для этого им надо менять статус. Это не должны быть некоммерческие организации. Закон 2007 года позволяет нам сделать наши палаты профессиональными самоуправляемыми организациями. Если хотите быть сильными, если хотите доверия со стороны государства, у нас внутри должен быть порядок.

 

 

Б.М. Гонгало, профессор УрГЮА

 

Французские нотариусы говорят о том, что французский Гражданский кодекс принят в 1804 году, после того, как был принят кодекс о нотариате – в 1803 году. То есть сначала появился нотариат, а потом уже Гражданский кодекс.

Единственное совпадение – у нас в 1993 году приняли Основы, в 1994 – Гражданский кодекс, а потом нотариат стали активно вытеснять из сферы гражданского оборота. И мы настолько увлеклись этой темой, что вместо квалифицированной дискуссии о путях развития института и его возможностях у нас часто получается ни к чему не обязывающая беседа о том, как нотариусам плохо живется. А когда мы ищем что-то новое, у нас появляется традиционный юридический фетишизм: есть проблема – нужен закон, будет закон – все само собою поправится. Так вот: ничего само собою не поправится! Сравнительно редко, когда законы исправляют ситуацию сами по себе. Нормативный акт, по идее, должен создать условия, при наличии которых станет жить легче нам и всему обществу в целом.

И отнюдь не потому комитет по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству  виною тому, что не возвращается обязательная нотариальная форма сделок с недвижимостью. И вопрос ни в том: надо ли возвращать? Отнюдь нет. Проблема в том, как сделать так, чтобы общество в целом было в этом заинтересовано. Сегодня же ситуация получается обратная: ни общество, ни власть, ни государство к этому морально не готовы. Надо сначала попытаться сформировать идеологию, создать убедительное моральное и рыночное обоснование этого процесса, доказать его жизненную необходимость. Конечно, если Президент скажет, что надо вернуть, я верю в то, что завтра появится законопроект, который, как ни странно, будет одобрен Государственной Думой. А то, что мы будем вносить вот так отдельный законопроект, это мало поможет, если не будут сформулированы новые подходы к регулированию как рынка недвижимости, в частности, так нотариальной сферы в целом. Мы должны понимать это.

В свете формирования нового подхода к регулированию нотариата не очень понятны революционные предложения о том, что нам не нужны Федеральная нотариальная палата и нотариальные палаты субъектов Российской Федерации, а необходима единая нотариальная палата Российской Федерации с филиалами на местах. В этой связи мне кажется уместной старая военная шутка: «Если эти штатские такие умные, чего они строем не ходят?»

Мне кажется, что зачастую мы путаем понятия. Порядок и дисциплина – это одно, а стоять по стойке «смирно» и ходить «строем» – это другое. Попытки импортирования организационных подходов из других, причем, не смежных сфер деятельности, как правило, заканчиваются плачевно. И поставленные цели не достигаются, и рушатся уже отработанные, исторически сложившиеся, механизмы взаимоотношений в сообществе. Нотариату нужна диспозитивность. Это морфологический признак профессии.

Вот не случайно нас сегодня сравнивали с адвокатами. Понятно, мы до адвокатов никогда не дойдем. Той воли нотариус никогда не добьется, никогда.

Последнее, пожалуй. Мне кажется, что следующий пункт разногласий в нотариальном сообществе – это тарифы. Они действительно сегодня представляют собой большую проблему. Но ни в коем случае, на мой взгляд, в решении этого вопроса нельзя идти такому на первый взгляд легкому пути, как передача их регулирования субъектам Российской Федерации. Да, с Правительством Российской Федерации этот вопрос решать будет чрезвычайно сложно. Но лучше уж с Правительством, чем с субъектами Российской Федерации. Во-первых, потому, что если отдать эту сферу нотариального регулирования субъектам Российской Федерации, то органы региональной власти в первую очередь будут использовать тарифы как инструмент давления на нотариальное сообщество.

Во-вторых, всегда будет искушение использовать тарифное регулирование в популистских целях. Вольно обращаясь с размерами, власть продемонстрирует неустанную заботу о страждущем народе. Исходя из принципа «нам все равно, а им приятно». Но вот будет ли приятно от этого нотариусам?

 

 

О.В. Чернявский, нотариус г. Москвы

 

Реформирование нотариата – это не самоцель. Мы это делаем для того, чтобы обеспечить более надежную защиту прав граждан и их интересов.

Какие в связи с этим я вижу проблемы? И мы их обязаны обсуждать на таких широких форумах.

Проблема «черного нотариата». Мы уже два раза затронули эту тему, но мы почему-то не говорим о той преступности, которая работает под вывеской нотариата. Мы каждый день с ней сталкиваемся, это поддельные доверенности. Это лжеконторы, которые работают, и причем они работают открыто. Я сам принимал участие в попытках ликвидировать одну из них и убедился, что, даже предоставляя все доказательства в органы внутренних дел, я в течение недели не видел принятых мер.

В нотариальной палате Москвы дважды задерживались лица при попытке получить бланки на основании поддельных доверенностей. После обращений в компетентные органы – никакой реакции. То есть правоохранительная система, к сожалению, не работает.

А употребление слов «черный нотариат» без объяснения и в разных контекстах, и при различных информационных поводах, скорее всего, причинит вред.

Следующая проблема – кадрового обеспечения. Мы много и правильно говорим о требованиях, которые установлены к нотариусу, к человеку, который претендует на эту должность. Но давайте не забывать, что 20 тыс. сотрудников задействованы в системе нотариата, из них около 7,5 тыс. нотариусов.

И причем все сотрудники имеют доступ к информации, которая составляет профессиональную тайну. Так может ли нотариус выполнять свои функции достойно, обеспечить сохранение профессиональной тайны, если вокруг него будут работать лица, которые преследуют противоправные цели? Никогда.

Необходимо создавать систему противодействия проникновению таких лиц в нотариат. Если хотите, систему внутренней безопасности.

Следующая проблема, проблема защиты нотариуса. Об этом тоже никто ничего не говорит. Давайте сравним защиту нотариусов и судей. Такой же общегосударственный статус, действуем от имени Российской Федерации, такие же функции практически, независимые по статусу со всеми вытекающими последствиями. Но судья – как спецсубъект, вопросы защиты его решены, решены работающим законодательством еще с 1995 года. Нотариус, являясь спецсубъектом, никаких вообще преимуществ не имеет и не защищен.

Преступность оказывает воздействие на нотариат. И должен ли нотариус отказать в совершении незаконного нотариального действия, если ему угрожают? Да, должен. Но давайте создадим ему такие условия, чтобы он, отказывая, говоря твердое «нет», знал, что его защитит государство.

Следующая проблема, которую я бы хотел затронуть – это контроль за деятельностью нотариусов. Примеры, которые мне известно, показывают, что система контроля работает неэффективно. Мы копируем систему внутренних дел, у нас фактически сложилась палочная система, когда погоня за результатом ведет к появлению искусственных сведений. В этом направлении существует достаточно позитивный опыт, с которым мне довелось познакомиться в Швейцарии, в Германии, где мы были в командировке в 2008 году. Наши иностранные коллеги наделены неограниченными функциями и доступом к профессиональной тайне.

 

 

К.А. Корсик, нотариус г. Москвы

 

Мы сегодня обсуждаем такое понятие, как «реформа нотариата». Мне кажется, что надо реформировать то, что не может работать. В 1993 году была реформа, а сейчас внебюджетный нотариат доказал свою жизнеспособность. Он востребован, он работает. Поэтому мы, наверное, должны говорить только о совершенствовании законодательства.

На чем хотел акцентировать ваше внимание. Мы должны в новом законе, в законодательстве определить и понять место и роль нотариуса и нотариальной формы как таковой. Если же она будет записана так, как сейчас в Гражданском кодексе, то мы дальше не двинемся. Поэтому мы должны вместе с совершенствованием законодательства о нотариате говорить о законодательстве, которое находится рядом с нотариатом, прежде всего, о гражданском законодательстве.

А если мы внимательно почитаем концепцию реформы гражданского законодательства, то о нотариате в ней практически ничего не сказано. А если сказано, то только в сторону сужения компетенций. Поэтому, когда мы говорим о том, что за последние несколько лет произошли некие точечные изменения в законодательстве, регулирующем деятельность нотариусов, то мы должны признать, что это явление положительное и дальше мы должны двигаться только таким путем. То есть внося точечные изменения и в гражданское законодательство, и в законодательство о нотариате.

Когда мы работали над законопроектом № 93-ФЗ, когда нотариусу предоставили право представлять документы по удостоверенным сделкам, сначала было такое предложение, что может представлять не только нотариус, но и сотрудник нотариальной конторы, уполномоченный и аккредитованный в регистрирующем органе, что регистрация сделок, совершенных в нотариальной форме, происходит в упрощенном порядке. И, соответственно, сокращаются сроки. Эти предложения были отвергнуты.

Потом было несколько попыток все-таки вернуть обязательную нотариальную форму с недвижимостью. Но мы понимаем, что стучимся в закрытую дверь, есть некая позиция власти, против которой, наверное, не стоит идти. Но мы все равно продолжаем, то Калининградская дума, то группа депутатов от ЛДПР. И мы получаем отрицательные заключения, в частности, Администрация Президента пишет нам, что наиболее предпочтительным представляется стимулирование добровольного нотариального удостоверения сделок путем совершенствования гражданского законодательства и разъяснительной работы нотариальной деятельности в Российской Федерации.

То есть я предлагаю не стучаться в дверь, не ждать манны небесной, не ждать, когда примут новый закон или обяжут граждан удостоверять все сделки с недвижимостью, нужно постепенно идти своим путем.

Что касается взаимодействия с регистрационной службой, то у нас есть проект этого закона, где нужно несколько расширить права нотариусов, и чтобы нотариусы на альтернативной основе могли доказать свою способность работать на этом рынке, который мы утратили, к сожалению. Мы должны доказать гражданам и власти, что все-таки на рынке недвижимости в экономической жизни главный юрист – нотариус. Если мы это докажем, тогда все к нам пойдут. А если ждать, что нам законодатель завтра объявит, что все идут к нотариусу, это не принесет нам ни результата, ни пользы, ни удачи.

 

 

А.Г. Лысков – заключительное слово

 

Коллеги, когда мы намечали проведение «круглого стола», я, честно говоря, рассчитывал на меньшую активность, чем она была сегодня. Конечно же, все предложения, которые были озвучены, будут тщательно проанализированы, обобщены и, возможно, претворятся в какие-то законопроекты.

Наш комитет готов ко взаимодействию с вами, коллеги, с Федеральной нотариальной палатой для того, чтобы выстроить новое законодательство, которое нужно не только нотариату, но и нашим гражданам. Мы готовы к эффективной работе.


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100