Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Доказательственная сила нотариального акта в праве России и Франции

07.12.2009

А.В. Грядов,

преподаватель Уральской государственной юридической академии,

докторант университета Париж-12

 

Аннотация:

Дается определение доказательственной силы и основания квалифицированной доказательственной силы нотариального акта. Затем определяются пределы доказательственной силы нотариального акта в двух категориях: фактах, совершенных самим нотариусом или в его присутствии, и в положениях, излагающие заявления сторон и зафиксированные нотариусом.

 

Annotation:

A.V. Gryadov. Evidentiary effect of a notarial act in the right of Russia and France.

The definition of probative value and the base of qualified evidential value of a notarial deed. Then define the boundaries of the evidential value of a notarial act in two categories: facts committed by a notary public or in his presence, and in the provisions setting out the statements of the parties and recorded by a notary.

 

Ключевые слова: нотариат, нотариальный акт, доказательственная сила нотариального акта, закон "О нотариате и нотариальной деятельности в РФ

Keywords: notary, notarial act, the evidential force of a notarial act, the Law on notaries and notarial activity in Russia

1. Правовая природа нотариального акта. В предыдущей статье [1] мы провели анализ правовой природы нотариального акта, отметив, что в языке слово «акт» используется в нескольких смыслах, означая как какое-либо человеческое действие в его объективном аспекте, так и конкретный материальный отпечаток этого действия. Соответственно в юридическом контексте термином «акт» обозначается и выражение воли, производящее юридическое последствие, и письменный документ, который фиксирует это выражение. Главным свойством волевого аспекта, волеизъявления, лежащего в основе нотариального акта, является его частный характер, поскольку речь идет об актах частного права, когда стороны хотят зафиксировать свое частное соглашение в определенной форме. Особенностью внешнего выражения нотариального акта является то, что он составляется лицом, уполномоченным публичной властью.

Таким образом, взяв за основу отличительные черты каждого из двух элементов нотариального акта, мы получаем два признака, которые послужили нам для определения нотариального акта как юридического акта частного права, облаченного в форму публичного документа представителем государственной власти.

Предположение о двух составляющих (частно-правовом negotium и публично-правовом instrumentum) нотариального акта, необходимых для объяснения его правовой природы, было подтверждено в ходе доктринального анализа природы нотариального акта. Из этого анализа можно сделать следующий вывод, который на первый взгляд может показаться парадоксальным: нотариальный акт представляет собой не простую разновидность аутентичного (публичного) акта. Его особенность состоит в том, что он одновременно является и аутентичным (публичным) актом, принятым должностным лицом, нотариусом, и актом в простой письменной форме, заключенным сторонами. Эта двойная природа нотариального акта будет проявляться в неоднородности его доказательственной силы: различные положения нотариального акта будут пользоваться разной доказательственной силой, что будет продемонстрировано далее.

 

2. Определение доказательственной силы. В опубликованной недавно концепции проекта федерального закона «О нотариате и нотариальной деятельности в Российской Федерации» предусматривается  законодательное закрепление доказательственной силы и публичного признания нотариально оформленных документов [2]. Понятие доказательственной силы является новым для современного процессуального законодательства и доктрины, что объясняется господством свободной системы доказывания в российском гражданском судопроизводстве с ее фундаментальным правилом о том, что никакое доказательство не имеет для суда заранее установленной силы.

Доказательственная сила с очевидностью подразумевает наличие иерархии средств доказывания, что более характерно для стран с формальной системой доказывания, где выделяются так называемые совершенные средства доказывания. Проведение глубокого доктринального исследования данного понятия за рубежом и его относительная новизна для российского права оправдывают наше обращение к иностранному и, в частности, к французскому опыту.

Ранее [3] нами было сформулировано понятие доказательственной силы как определяемой законом, судом, иными органами и участниками материально-правовых отношений меры достоверности и полноты допустимого средства доказывания, его превосходства над другими средствами доказывания при наличии противоречия между ними и любые иные преимущества, относящиеся к определенному средству доказывания, независимо от его содержания.

 

3. Основания квалифицированной доказательственной силы нотариального акта. Если основаниями доказательственной силы письменных документов является объективный характер содержащейся в них информации, что противопоставляет их субъективизму свидетельских показаний; стабильность, под которой понимается невозможность искажения данной информации во времени, а также их предварительный характер, то есть их составление до возникновение спора [4], то выделение нотариальных актов среди иных письменных документов и наделение их квалифицированной доказательственной силой обосновываются следующими причинами.

Во-первых, это публично-правовой статус нотариуса, который пользуется абсолютным доверием со стороны власти и общества, является привилегированным свидетелем.

Во-вторых, это процедура составления нотариального акта. Во французской доктрине выделяются три стадии составления нотариального акта: подготовительная стадия, стадия нотариального расследования и стадия вынесения нотариального акта. В рамках стадии нотариального расследования можно выделить такие действия, обеспечивающие квалифицированную доказательственную силу нотариального акта, как 1) составление проекта акта, цель которого заключается в уточнении характера юридического отношения  сторон и их пожеланий относительно будущего правового результата, когда воля частных лиц на заключение соглашения уточняется, направляется и проверяется на ее соответствие закону компетентным лицом, нотариусом; 2) оглашение проекта нотариального акта сторонам, которые должны были утвердить его своим согласием. Оглашение нотариального акта также придает ему повышенное доказательственное значение, поскольку гарантирует непосредственное восприятие его содержания сторонами и ясно выраженное принятие сторонами его условий; 3) предписанное законодательством использование высококачественной бумаги [5] также повышает правовую безопасность сторон и предупреждает возможность подлога.

В-третьих, это механизм хранения нотариальных актов. Главной причиной отсутствия квалифицированной доказательственной силы нотариального акта в римском и старофранцузском праве являлось отсутствие специального механизма хранения, поскольку подлинник нотариального акта выдавался его сторонам. Квалифицированную доказательственную силу приобретали только нотариальные акты, зарегистрированные в публичных архивах: в архиве оставался сам подлинник акта, что обеспечивало достоверность его воспроизведения в случае оспаривания.

В ходе дальнейшей эволюции нотариата сделки частных лиц стали вноситься в протокол нотариуса [6], хотя подлинник нотариального акта по-прежнему выдавался на руки контрагентов. Практическое значение этой меры заключалось в том, что в случае подлога документа можно было получить справку с протокола, чтобы установить истину. Также в случае потери документа его восстановление не представляло никаких затруднений.

Наконец, в современном французском праве большинство нотариальных актов составляются в единственном экземпляре и остаются на хранении в нотариальной конторе, и только в виде исключения подлинники нотариального акта выдаются на руки сторонам. Обязанность по хранению нотариальных актов нотариусами не имеет временных границ. Подлинники должны храниться в помещении нотариальных контор в течение 100 лет. По истечении этого срока подлинники и реестр могут быть переданы в публичный архив.

 

4. Доказательственная сила нотариального акта проявляется в трех аспектах.

Во-первых, нотариальный акт является достоверным и полностью доказывает содержащиеся в нем положения в силу закона, то есть вне зависимости от внутреннего убеждения судьи относительно достоверности его положений и достаточности нотариального акта для доказывания приведенных в нем юридических актов и фактов.

Во-вторых, достоверность положений нотариального акта может быть оспорена только с помощью специальной процедуры подачи заявления о подлоге.

В-третьих, подлинность происхождения нотариального акта от подписавших его лиц является презумпцией, достоверность которой может быть оспорена только в рамках процедуры о подлоге.

Вместе с тем, как уже было сказано, нотариальный акт сочетает элементы аутентичного акта и акта в простой письменной форме. Поэтому квалифицированной доказательственной силой будут пользоваться не все положения нотариального акта, но только их часть. Это приводит нас к необходимости разделения всех положений нотариального акта на две группы, каждая из которых будет обладать своей доказательственной силой: одни из них относятся к аутентичному акту, тогда как вторые – к акту в простой письменной форме. Во французской доктрине этот феномен (неравенство доказательственной силы различных положений нотариального акта) обозначается как пределы доказательственной силы нотариального акта [7].

 

5. Пределы доказательственной силы нотариального акта. Еще Дюмулан [8] различал две категории положений нотариального акта, и это деление до сих пор используется в нотариальной доктрине.

 

6. Первая категория положений: факты, совершенные самим нотариусом или в его присутствии. К первой категории относятся положения, относящиеся к фактам, удостоверенным нотариусом как совершенные им самим или в его присутствии. При этом нотариус должен присутствовать при совершении конкретного действия именно в своем официальном качестве должностного лица: если же какой-либо факт, относящийся к сделке, например передача денег от покупателя продавцу, был совершен в присутствии нотариуса, но до совершения акта и нотариус находился в таком месте случайно и не в качестве представителя публичной власти, то факт передачи денег не может быть впоследствии упомянут в нотариальном акте.

Следовательно, для того, чтобы документ, фиксирующий сведения о факте, произошедшем в присутствии нотариуса, был снабжен повышенной доказательственной силой, требуется одновременное наличие двух условий: во-первых, нотариус должен установить этот факт при осуществлении своих полномочий; во-вторых, этот факт должен относится к тем фактам, которые не требуют для их констатации специальных познаний, отсутствующих у публичного должностного лица. Например, нотариус не в состоянии определить психическое состояние лица, и чтобы впоследствии установить состояние слабоумия завещателя, будет достаточно прибегнуть к обыкновенным средствам доказывания. Другой пример касается указаний нотариуса в отношении волеизъявления, совершенного глухонемым при совершении акта дарения. Суд, признавший, что оспаривание подобного указания не нуждается в подаче заявления о подлоге, обосновал свою позицию по данному вопросу тем, что в отличие от речи сторон, в которой все термины имеют четкое и понятное значение, выражение воли в данном конкретном случае происходило посредством жестов, которые всегда имеют неопределенное и условное значение. В такой ситуации нотариус фиксирует в акте не то, что он видел и слышал посредством своих органов чувств, но то, что он понял в результате интерпретационной деятельности.

Что касается положений, относящихся к фактам, констатированным нотариусом вне его технической компетенции, то в этом случае доказательственной силой обладают только те положения, которые прямо соответствуют содержанию акта и его последствиям. К ним, например,  относится личная оценка нотариусом умственного состояния лица, составляющего нотариальное завещание. Здесь следует разграничивать констатацию материального факта, совершенную должностным лицом и относящуюся к первой группе, и личное мнение должностного лица, зафиксированное в акте [9]. Последнее положение имеет доказательственную силу свидетельских показаний [10] или косвенных доказательств [11].

Таким образом, повышенная доказательственная сила нотариального акта распространяется на положение о принятии акта компетентным нотариусом, констатацию присутствия сторон (или их уполномоченных представителей) при составлении акта, констатацию личного подписания акта сторонами (или их уполномоченными представителями), констатацию нотариусом факта оплаты, совершенной на глазах у нотариуса (однако упоминания о платежах, совершенных на глазах у нотариуса, но не через его бухгалтерию, не дают никакой уверенности ни в происхождении денежных средств, ни в их предназначении после нотариального оформления сделки [12]). Доказательственное значение приобретает и дата совершения акта, что имеет особое значение для отношений контрагентов как между собой, так и с третьими лицами [13].

Однако это публичное доверие, присущее определенным положениям нотариального акта, не препятствует тому, что судья может без возбуждения процедуры о подлоге осуществлять толкование соглашения или исправлять фактические ошибки.

Кроме того, при наличии в акте двух положений, противоречащих друг другу, судье, рассматривающему дело по существу, необходимо отдать предпочтение одному положению над другим, и судья, осуществив этот выбор, считает другое положение несуществующим, но не может на этом основании быть обвиненным в посягательстве на достоверность, характеризующую нотариальные акты [14].

 

7. Доказательственная сила положений первой группы. Положения нотариального акта первой группы – это именно положения аутентичного акта, квалифицированная доказательственная сила которых проявляется во всех трех аспектах. Достоверность и достаточность нотариального акта для установления обстоятельств, отраженных в этих положениях, обязательны для судьи и связывают его внутреннее убеждение. Соответствие этих положений действительности не может быть оспорено иными средствами доказывания и подлежит опровержению только в рамках специальной процедуры подачи заявления о подлоге. При этом запрет на оспаривание положений нотариального акта, относящихся к фактам, подлежащим нотариальному заверению, носит публичный характер. Суд обязан их соблюдать и не должен дозволять вне рамок процедуры заявления о подлоге использовать свидетельские показания составлявшего акт нотариуса [15] или признание противоположной стороны с целью оспаривания таких положений. Необходимость в подаче заявления о подлоге возникает даже в тех случаях, когда нотариус действовал добросовестно и ошибка была совершена неумышленно [16]. Наконец, эти положения обладают доказательственной силой не только в отношении сторон нотариального акта, но и в отношении третьих лиц.

 

8. Вторая категория положений нотариального акта: заявления сторон. Ко второй категории относятся положения, излагающие заявления сторон и зафиксированные нотариусом. В этом случае содержание заявлений (но не факт их совершения сторонами) не обладает доказательственной силой, присущей положениям первой категории, поскольку нотариус ограничился лишь воспроизведением заявлений сторон, не имея возможности проверить их достоверность. Так, например, у нотариуса отсутствует возможность самому убедиться в том, что согласие стороной было дано свободно и сознательно и, соответственно, пороки волеизъявления (обман, заблуждение, физическое или иное принуждение) могут быть оспорены в обычном порядке. Такое оспаривание касается не правдивости и точности нотариуса, но правдивости и точности заявлений сторон. Опровергать их можно с помощью любых средств доказывания. Кроме того, эти положения не могут быть противопоставлены третьим лицам.

С учетом того, насколько тщательно осуществляется нотариусом проверка заявлений сторон, а также строгости правил о допустимости средств доказывания в рамках нотариального производства возникает вопрос: если нотариус проверил соответствующий факт или заявление стороны, приобретает ли оно квалифицированную доказательственную силу. На этот вопрос следует ответить отрицательно, поскольку квалифицированная доказательственная сила, как уже было сказано, признается только в отношении тех фактов, которые были совершены самим нотариусом или в его присутствии. С другой стороны, определенный факт может быть подтвержден в рамках нотариального производства другим аутентичным актом (например, другим нотариальным актом: один нотариус может составить доверенность, в которой будет отражено волеизъявление поручителя, а другой нотариус может принять акт, содержащий соглашение о купли-продажи, в котором поверенный представляет интересы одной из сторон), обладающим доказательственной силой, равной нотариальному акту.

Типичным примером, приводимым во французской доктрине для разграничения положений первой и второй групп, является следующий: при заключении договора купли-продажи в нотариальном акте говорится о заявлении сторон о том, что цена была уплачена наличными. Фактом, попадающим в первую группу и опровергаемым только путем подачи заявления о подлоге, является факт фиксации нотариусом заявления сторон о том, что цена сделки была уплачена наличными. Однако факт самой неуплаты денег не относится к первой группе и может быть опровергнут с помощью любых средств доказывания.

Развивая данный пример, допустим, что в нотариальном акте говорится о том, что цена сделки была уплачена в присутствии нотариуса и что нотариус лично наблюдал факт передачи денежных средств: в такой ситуации факт неуплаты денег должен оспариваться посредством подачи заявления о подлоге. Между тем и в этой ситуации следует различать следующие положения: сам факт уплаты и серьезность, цель осуществления этой выплаты. Если одна из сторон заявляет о том, что оплата была сымитирована, то в этом случае оспариваться будет уже не факт, отраженный в нотариальном акте (факт уплаты денег), а, следовательно, его можно будет опровергать с помощью любых средств доказывания.

 

9. Доказательственная сила положений второй группы. Вторая группа положений нотариального акта принадлежит не аутентичному акту, но акту в простой письменной форме, что накладывает свой отпечаток на ее доказательственной силе. Если достоверность и достаточность таких положений и являются обязательными для судьи, связывая его внутреннее убеждение, то их достоверность может быть оспорена другими письменными доказательствами, и необходимость возбуждения процедуры о подлоге для их оспаривания отсутствует. Кроме того, эти положения не могут быть противопоставлены третьим лицам в качестве положений письменного документа, что объясняется основанием доказательственной силы акта в простой письменной форме: по своей природе он представляет собой признание, сделанное одной стороной в пользу другой или совокупно обеими сторонами.

 

10. Доказательственная сила нотариального акта в российском праве. Главным препятствием на пути фиксации доказательственной силы нотариальных актов в российском праве, как уже отмечалось, является господство свободной системы доказывания в российском гражданском процессе.

Необходимость подтверждать аутентичность нотариального акта и изложенные в нем положения в каждом случае представляется французским исследователям «губительным» и уничтожает всякое отличие частных и публичных актов, что приводит к отсутствию стимула для сторон прибегать к нотариусам при заключении своих соглашений.

Правильное понимание пределов доказательственной силы нотариальных актов, четкое разделение фактов, опровержение которых возможно только с помощью процедуры подачи заявления о подлоге от фактов, которые можно опровергнуть с помощью любых средств доказывания, способно повлиять на сознание российского законодателя и самих судей и закрепить квалифицированную доказательственную силу нотариальных актов в означенных выше пределах. Это фиксация не обязательно должна происходить на законодательном уровне, поскольку с намечающимся в последнее время росте внутрисудебной дисциплины, мерах судебного руководства, направленных на установление единообразия судебной практики и транспарентности правосудия, для определения квалифицированной доказательственной силы отдельных положений нотариального акта будет достаточно принятия знаковых судебных актов высшими судебными инстанциями. На путь фиксации квалифицированной доказательственной силы публичных актов судебную практику может подтолкнуть и доктрина.



[1] Грядов А.В. Правовая природа нотариального акта в российской и французской доктринах // Нотариальный вестникъ. – 2008. – № 10.

[2] Следует отметить, что доказательственная сила нотариального акта согласно концепции проекта заключается в освобождении от доказывания в судебном процессе обстоятельств, содержащихся в нотариально удостоверенном документе. Таким образом, факты, содержащиеся в нотариальном акте, исключаются из предмета доказывания, и поэтому использование понятия доказательственной силы в данном случае представляется не совсем верным. Так, еще одним основанием для освобождения доказывания являются так называемые преюдициальные факты, содержащиеся в судебных решениях, однако в этом случае последние обладают не квалифицированной доказательственной, а преюдициальной силой.

Представляется, что авторы концепции решили выразить доказательственную силу нотариального акта не в обязательной для судьи достоверности данного документа, а в освобождении от доказывания содержащихся в нем фактов для того, чтобы не подвергать сомнению фундаментальное для современного гражданского процесса правило об отсутствии заранее установленной силы у любого средства доказывания.

[3] Доказательственная сила в праве России и Франции // Нотариальный вестникъ. – 2009. – № 10. – С. 4–23.

[4] См.: Пиепу Ж.-Ф., Ягр Ж. Профессиональное нотариальное право. – М., Юрист, 2001. – С. 23.

[5] Французскому праву уже известен нотариальный акт в электронной форме, процедура составления которого также предполагает обеспечение правовой безопасности акта и предупреждает возможность его искажения.

[6] В римских и болонских статутах закреплялись правила ведения протоколов: в Риме они заводились нотариусом один раз в год, их страницы должны быть перемеченными, на них должен был обозначаться год, имя папы, индикт, месяц, день, подпись нотариуса и употребляемый им знак. В протокол вносились все акты, составленные в течение года по порядку их совершения с подробным обозначением содержания, места и времени совершения, имен контрагентов и свидетелей. В дальнейшем нотариус обязан был предоставить его в корпорацию, где протокол ревизовали проконсулы и официалы и прилагали к нему свою печать.

[7] Если французская доктрина говорит о пределах доказательственной силы нотариального акта, то в швейцарской доктрине используется термин «объект доказательственной силы». Общее правило звучит следующим образом: доказательственная сила аутентичных актов прикрепляется к фактам, которые они констатируют:

доказательство относится только к факту (личность подписанта, передача денежной суммы, совершение того или иного высказывания), однако юридическое значение этих фактов не является объектом доказательственной силы;

доказательство точности ограничивается фактом, который удостоверяет документ. Так, в случае легализации подписи только аутентичность последней является объектом доказательственной силы, тогда как акт в целом является обычным актов в простой письменной форме;

доказательственная сила распространяется только на факты, для которых закон требует или позволяет составление аутентичного документа. Акт о смерти удостоверяет смерть лица в определенном месте и в определенное время, но не его родство, день его рождения, его имя и семейное положение;

аутентичный акт является достоверным настолько, насколько должностное лицо обязано проверять факты, которые он удостоверяет. Это зависит от широты его полномочия по контролю, которое одновременно является и его обязанностью.

[8] Dumoulin, Cout. de Paris, t. I, n. 8 et 10.

[9] Cass. Civ. 21 fevr. 1938 : DH 1938, p. 226.

[10] Cass. Soc. 23 janv. 1953 : D. 1953, p. 402.

[11] CA Paris, 4 dec. 1950 : Gaz. Pal. 1951, 1, p. 141.

[12] Cass. 1. civ., 12 nov. 1986: JCP N 1988, II, p. 1, note H.T.

[13] В Бельгии к отметкам аутентичного акта, которые пользуются повышенной доказательственной силой и которые могут быть опровергнуты только в рамках процедуры подачи заявления о подлоге относятся подпись нотариуса, подпись сторон, факт, что стороны выразили ту или иную волю, дата, место подписания акта, осуществление законных формальностей, личность сторон, вытекающая из предоставленных ими документов, юридические факты, совершенные сторонами в присутствии должностного лица (уплата цены).

[14] Cass. civ. 1 dec. 1886: DP 1896, 1, p. 102. – Cass. Req., 8 juin 1887 : DP 1887, 1, p. 326. – T. civ. Dunkerque, 16 dec. 1954 : D. 1956, somm. p. 8.

[15] Нотариус И. получил от г-на Д. в апреле 1937 года сумму в 350 000 старых франков и зачислил ее в кредит на баланс последнего в своей конторе. 24 июня этого же года г-н Д. приобрел недвижимость по цене в 140 000 франков, что было отражено в нотариальном акте, принятом нотариусом Д. Данный акт свидетельствовал о том, что «Г-н Б., в качестве поверенного г-на Д., приобретателя, и в качестве держателя его средств уплатил последние наличными. Денежные средства были пересчитаны и переданы на глазах нижеподписавшегося нотариуса продавцу, который это признал и выдал расписку».

Далее нотариус И. доложил наследникам г-на Д, умершего к тому времени, о том, что внес в дебит его счета 140 000 франков, являющихся ценой договора продажи от 24 июня 1937 года. Наследники заявили, что эта сумма не могла быть включена в цену договора, так как согласно акту она была уплачена поверенным от имени их наследодателя, держателя сумм последнего и это произошло на глазах у нотариуса и зафиксировано в его акте. Такое указание пользуется полным доверием до возбуждения процедуры о подлоге в соответствии со статьей 1319 Гражданского кодекса.

Нотариус, со своей стороны, утверждал, что сделанное в акте утверждение, безусловно, противоречит действительности, поскольку платеж был осуществлен из средств, которые он держал от имени приобретателя, что было обосновано и даже необходимо, поскольку в 1937 году на практике «только эта формула платежа, сделанного в наличных денежных средствах, позволяла хранителю ипотек, даже если она не сопровождалась действительной реализацией, избежать обязательной записи привилегии продавца».

Суд Дижона принял этот аргумент и отказал наследникам нотариуса Д. в иске, однако кассационная инстанция в своем постановлении указала на нарушение статей 1134, 1315 и след., 1319, 1917 и след., 1991 и след. ФГК и статьи 7 закона от 20 апреля 1810 года, и на отсутствие оснований и законной базы у обжалуемого постановления апелляционной инстанции. Это выразилось в том, что обжалуемое постановление, допуская объяснения нотариуса И., не учло положений нотариального акта купли-продажи от 24 июня 1937 года, указывающих, что цена была уплачена поверенным наличными на глазах у нотариуса. Таким образом, на основании статьи 1319 аутентичный акт пользуется доверием до возбуждения процедуры о подлоге в отношении материального существования фактов, выраженных должностным лицом как совершенных им самим или произошедших в его присутствии при осуществлении его функций. Следовательно, допустив доказательство факта уплаты цены договора купли-продажи с помощью любых средств доказывания, несмотря на их прямое противоречие положениям нотариального акта, апелляционный суд нарушил указанные положения закона. Решение Апелляционного суда было отменено.

[16] Vallee c. Corriveau, 1947 B.R. 674.


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100