Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

Правовой нигилизм и правовая реформа

26.02.2008

О.В. Мананников, старший преподаватель кафедры гражданского права и процесса Архангельского государственного технического университета

 

Соотношение понятий, указанных в заголовке статьи, не кажется очевидным. Тем не менее эти явления тесно взаимосвязаны. Искушённый читатель может воскликнуть: «Разве "правовая реформа" – это явление!» К сожалению, то, что происходит в России в настоящее время под этой броской вывеской, не назовёшь иначе, как вялотекущим, самостоятельным и независимым от воли человека правовым состоянием общества.

В разное время и в разных странах великие мыслители давали праву прямо противоположные определения1. Однако никто не оспаривал, что эта категория востребована только развитым обществом, то есть достигнувшим определённой ступени развития цивилизации. Не требует доказательств ещё одна аксиома – право будет мертворождённым ребёнком в социуме, где нет его проводников, а сама среда поражена нигилизмом.

Нигилизм вообще и правовой нигилизм, в частности, – явления, по своей сути присущие как отдельно взятому субъекту, так и коллективной общности индивидуумов. В такой общности нигилизм подобен воде, переливающейся в системе сообщающихся сосудов, и стремительно расходится с высших точек по нижележащим окрестностям. Так и в российском обществе правовой нигилизм просвещённой элиты, как чума, стремительно распространился практически по всем сферам правовой жизни.

Не раз автору этих строк приходилось слышать с высоких трибун претенциозный лозунг о том, что вершина правовой деятельности любого юриста – это судейская должность. Тем не менее никогда не считал этот тезис истинным. Такой вывод подтверждается не только субъективной точкой зрения провинциального юриста, но и ходом истории, а также оценкой деятельности судейских чиновников многими цивилистами: «...судейское усмотрение... приводит, в конце концов, только к уничтожению всякого правопорядка...» – писал великий цивилист Покровский в начале прошлого века2.

Ни для кого не секрет, что судебная реформа в России, как часть правовой реформы, не решила поставленных перед ней задач. Доверие к судам в российском обществе остаётся на крайне низком уровне. Вызвано это положение не только системным кризисом, но и приходом в судейские кресла значительной массы людей, которые основной целью приобретения мантии поставили не служение правосудию, добру и справедливости, а достижение материального благополучия.

Речь идёт не о набившей всем оскомину коррупции, с которой сколь яростно, столь и по-потёмкински эпатажно начала вдруг бороться прокуратура. Нет, здесь говорится о простом денежном содержании судьи. Казалось бы, всё правильно: только тот чиновник способен удержаться от взятки, который хорошо зарабатывает и боится потерять обеспеченное безбедное будущее. Однако воистину: «Благими намерениями выстлана дорога в ад...».

Во-первых, известны нередкие случаи, когда эта панацея от взяточничества не срабатывала.

Во-вторых, начиная получать по 60–70 тыс. руб. в месяц, новоиспеченный судья все три года своего временного существования в этом ранге живёт под страхом «статистики» отменённых решений, что фактически убивает в нём способность самостоятельно думать. Как юрист такой судья деградирует с катастрофической скоростью, ибо сам уже не думает, а «заглядывает в рот» своим старшим товарищам, которые за него уже подумали. Таким образом, плодится и размножается порочная практика применения закона на территории одного отдельно взятого региона (округа, края, области и пр.), переломить которую не всегда удаётся даже высшим судебным органам.

В-третьих, у «пожизненных» судей другая проблема – внутренняя, психологическая. Проработав в подобной системе лет пять, человек сам не хочет больше думать. Зато появляется выстраданное кредо: «не высовывайся», «плетью обуха не перешибёшь», «своя шкурка дороже». Такая жизненная позиция ведёт к полнейшей апатии, а в некоторых случаях – к открытой ненависти к своей работе. Практикующие юристы не раз наблюдали скучающие взгляды в так называемых коллегиях (в кассационных и надзорных инстанциях и при коллегиальном рассмотрении дел), где судьи, которые не являются «докладчиками», не скрывают своего презрения к окружающим и демонстративного безразличия (зевки, постукивание по столу, взгляд в окно и пр.). В их взгляде сквозит откровенное желание, чтобы истёк наконец-то срок, необходимый для назначения пожизненного содержания. Главными мотивами и интересом работы у подобных чиновников являются размер денежных средств, получаемых в конце месяца, да животрепещущий вопрос: когда Президент подпишет очередной указ? Судьбы людей и справедливое рассмотрение спора стоят на втором или десятом месте. Показательна в этом отношении позиция арбитражных судов «растить себе смену» по схеме: студенческая скамья – помощник – судья. С учётом того, что с юридическим образованием тоже не всё гладко, можно набросать характерный портрет «рафинированного» юриста в конце такого пути, а также его мысли и стремления.

В-четвёртых, отсутствие идеологии и полная замена идейного воспитания материальным стимулированием не могли не повлечь отрицательных последствий. Кодекс судейской этики не служит действенным рычагом воздействия, а является, скорее, неким подобием «декларативной дубинки». Из-за своего субъектного состава работа квалификационных коллегий судей поставлена в прямую зависимость от председателей судов субъекта России и не отвечает критериям независимости и беспристрастности.

Безусловно, вышеописанная картина не касается всех. Однако, положа руку на сердце, согласитесь, что процент подобного отношения высок. Такая ситуация свидетельствует о системном поражении вирусом правового нигилизма судейской корпорации.

Среди чиновников распространены другие основания возникновения нигилистического отношения к праву. Во-первых, отсутствие уважительного коллективного сотрудничества и карьеризм влекут полнейшее пренебрежение к субъектам права (юридическим и физическим лицам) и к себе подобным, то есть равным по служебной иерархии. Этот же мотив служит опорой процветания культа руководства, подхалимства и отвратительной неприкрытой лести. Невозможность конструктивной критики и работа под страхом увольнения по спровоцированной «плохой» статье убивают правовую инициативу и порождают желание угодить начальству, а не соблюсти закон. Во-вторых, государственные должности превратились в синекуру. Конкурс фактически не осуществляется. Мало того, при назначении крупного чиновника стало обычным делом привлечение его «команды». Таким образом, один человек от лица государства «раздаёт» государственные должности, невзирая на действующее законодательство или попирая его дух и букву. В-третьих, состязательность и открытость подменены «телефонным правом», кулуарностью, келейностью и скрытым протежированием вышестоящих инстанций.

Все указанные признаки, характерные для чиновничьей среды, носят системный характер и свидетельствуют о кастовом безграничном правовом нигилизме, переходящем в цинизм. На практике это выливается в чванливое, пренебрежительное и барское отношение чиновников к простым людям.

Можно подвергнуть тщательному анализу проблемы правового нигилизма, царящего среди арбитражных управляющих, адвокатуры, нотариата, в сфере юридического образования. Вывод будет печальным и однообразным. Выявленные выше черты более или менее выпукло будут проступать в каждом из названных институтов.

Картина неприглядная, но, если не отдавать себе отчёт в происходящем с нами и нашим обществом, то правовой пейзаж не изменится в ближайшие 100 лет. Потому что рядом с нами растёт поколение новых юристов, не имеющих изначально никакой стержневой идеологии и философии, кроме тех принципов, что в них заложила семья. Набираясь знаний, будущие юристы с удивлением понимают, в каком жестоком мире придётся им выживать. Ведь для этого им придётся забыть о таких качествах, присущих настоящим гордым людям, как благородство, достоинство, честь и дружба. И вообще забыть о такой категории, как право...

 

 

1 Бержель Жан-Луи. Общая теория права. – М.: 2000. – С. 38–78.

2 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. – М.: Статут, 2001. – С. 255, 270, 274, 280, 294 и др.

 


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100