Официальный сайт небюджетного нотариата Российской Федерации
 Главная
Информбюро
Нотариат
ФНП
Теория и практика
Нотариальный вестник
Гостиная
Избранное
 
Архив

К вопросу о толковании и применении статьи 36 Основ законодательства РФ о нотариате

22.01.2008

Е.Б. Тарбагаева,

кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского процесса юридического факультета Сибирского федерального университета

 

Основами законодательства РФ о нотариате (далее – Основы) определён круг действий, которые совершают нотариусы, занимающиеся частной практикой (ст. 35), и нотариусы, работающие в государственных нотариальных конторах (ст. 36). Формальное толкование обозначенных статей закона приводит к выводу о том, что предметные полномочия государственных нотариусов шире предметных полномочий нотариусов, занимающихся частной практикой, т.к. они, помимо действий, предусмотренных для частных нотариусов, выдают свидетельства о праве на наследство и принимают меры к охране наследственного имущества. В то  же время закон устанавливает, что при отсутствии в нотариальном округе государственной нотариальной конторы совершение названных нотариальных действий поручается совместным решением органа Росрегистрации и нотариальной палаты одному из нотариусов, занимающихся частной нотариальной практикой.

Следуя букве закона, можно заключить, что территориальный орган Росрегистрации и нотариальная палата должны решать вопрос о том, кто из небюджетных нотариусов будет осуществлять ведение наследственных дел при отсутствии в округе государственного нотариуса, то есть наделять нотариуса, занимающегося частной практикой, дополнительными предметными полномочиями. Однако такое толкование не содержит ответа на вопрос: как следует поступить, если конкретный небюджетный нотариус откажется от принятия такого поручения? Орган Росрегистрации и нотариальная палата не наделены в отношении небюджетного нотариуса административной властью. Далее можно предположить, что если все нотариусы, назначенные на должность в нотариальном округе, изберут небюджетную форму осуществления нотариальной деятельности, то при отсутствии у них желания вести наследственные дела наследники не смогут оформлять свои наследственные права по месту открытия наследства в данном нотариальном округе.

Естественно, что подобные предположения находятся в прямом противоречии с Конституцией РФ, гражданским законодательством. Тем не менее законодательство о нотариате не содержит статьи, которая бы с достаточной чёткостью определяла процедуру возложения на небюджетного нотариуса обязанности по оформлению наследственных прав. Решение обозначенной проблемы возможно только посредством системного толкования закона.

Во-первых, следует обратиться к понятию, принципам и признакам должности нотариуса, т.к. реализация целей и задач нотариата как такового возложена на нотариусов и осуществляется посредством совершения пре-дусмотренных законодательными актами нотариальных действий от имени Российской Федерации (ст. 1 Основ).

Отметим, что законодатель, возлагая совершение нотариальных действий на нотариусов, работающих в государственных нотариальных конторах, и нотариусов, занимающихся частной практикой, подчеркивает единство статуса нотариуса (ст. 2, 5, 6, 13, 15, 16 и др. Основ). Кроме того, нельзя не учитывать и то обстоятельство, что право выбора организационной формы осуществления нотариальной деятельности принадлежит лицу, уже прошедшему конкурс на замещение должности нотариуса, то есть лицу, наделённому полномочиями нотариуса.

Наделение полномочиями нотариуса означает, что лицо соответствует признакам должности, то есть является гражданином РФ, имеет высшее юридическое образование, прошло стажировку, сдало квалификационный экзамен, что в совокупности подтверждено лицензией на право нотариальной деятельности. Принципы должности нотариуса находят своё выражение в несовместимости с иными видами деятельности, территориальности и отсутствии инстанционности. Все отмеченные принципы и признаки характеризуют должность нотариуса независимо оттого, работает ли он в государственной нотариальной конторе или занимается частной практикой.

Во-вторых, государство, возлагая на нотариусов обязанности по совершению нотариальных действий от своего (государства) имени, оставляет за собой право контролировать должность нотариуса и соответствие лица этой должности. Именно государство в лице своих органов и органов, которым в соответствии с Конституцией и Основами переданы государственные функции в области нотариата, учреждает и ликвидирует должность нотариуса, определяет количество должностей нотариусов, проводит конкурс на замещение должности нотариуса. Осуществляя контроль над нотариатом, территориальные органы Росрегистрации и нотариальные палаты должны обеспечивать организационные условия для получения гражданами и организациями квалифицированной нотариальной помощи1.

Наконец, государство определяет круг действий, составляющих содержание нотариальной деятельности, наделяет нотариусов предметными полномочиями, регулирует под-ведомственность дел органам нотариата. Основами законодательства о нотариате подведомственность дел определяется методом перечисления нотариальных действий, совершаемых различными субъектами. В литературе отмечается, что подведомственность дел нотариусам и другим лицам, имеющим право совершения нотариальных действий, носит исключительный или множественный характер. При этом исключительная подведомственность заключается в наделении полномочием по совершению нотариальных действий только нотариуса, а множественная – в праве совершать определённые юридические действия как нотариусами, так и другими органами и лицами2.

Интересно отметить, что перечни нотариальных действий, отнесённых к компетенции различных субъектов, не являются закрытыми. Но если в соответствии со ст. 37, 38 Основ на соответствующих должностных лиц законодательными актами Российской Федерации может быть возложено совершение иных нотариальных действий, то собственно круг нотариальных действий определяется ст. 35, 36 Основ. При этом законодательными актами Российской Федерации могут быть предусмотрены и иные нотариальные действия (ч. 2 ст. 35 Основ). Например, п. 7 ст. 37 ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдумах граждан Российской Федерации» (в ред. от 24 июля 2007 г.)3 на нотариусов возложено засвидетельствование сведений, содержащихся в списке лиц, осуществлявших сбор подписей избирателей (участников референдума), и подлинности подписи этих лиц. К числу иных нотариальных действий можно отнести принятие нотариусом закрытого завещания на хранение (ст. 1126 ГК РФ) и ряд других действий.

Важно, что в отличие от судебной подведомственности, определяемой процессуальным законом4, приоритет в определении подведомственности дел нотариату, как представляется, должен быть отдан закону материальному. Нотариальные действия по своей правовой природе направлены на обеспечение осуществления субъективных прав, «вплетаются в ткань» реализации субъективного права. Потребность нотариального содействия в осуществлении субъективного права вытекает из существа материальных правоотношений и находит своё выражение именно в материальном законе. Материальный закон устанавливает необходимость и возможность нотариального удостоверения сделок, нотариального свидетельствования права, придания документу исполнительной силы. Так, контроль над наследственным правопреемством посредством совершения ряда самостоятельных нотариальных действий возложен на нотариусов (без указания организационно-правовой формы осуществления нотариусом своей деятельности) Гражданским кодексом РФ. Выдача свидетельств о праве на наследство как одно из значимых действий, совершаемых в рамках наследственного производства, отнесено гражданским законодательством к исключительной компетенции нотариусов. Следовательно, наделение нотариуса полномочиями в порядке, предусмотренном Основами, предполагает возложение на него обязанности совершать все предусмотренные законом нотариальные действия независимо оттого, какую организационную форму своей деятельности выберет назначенный на должность нотариус.

В этом смысле ст. 36 Основ находится в прямом противоречии с ГК РФ. Нотариальные функции направлены на обеспечение реализации субъективных прав и законных интересов. Осуществление же гражданских прав представляет собой предмет гражданского (в широком смысле) права. Соответственно, компетенция нотариуса (независимо от организационной формы) по оформлению наследственных прав предусматривается не законом о нотариате, а ГК РФ.

То обстоятельство, что ст. 36 Основ выдача свидетельств о праве на наследство отнесена к предметным полномочиям государственных нотариусов, может быть объяснено следующим. Государство предоставляет многочисленные и значительные льготы наследникам по оплате данного нотариального действия (ч. 2 ст. 338.38 НК РФ; ч. 4 ст. 22 Основ), и с точки зрения механизма их получения государственный нотариус, взимающий государственную пошлину и получающий заработную плату за свою работу – более удобная фигура. Возложение ведения наследственных дел на небюджетных нотариусов сопряжено с необходимостью специального законодательного урегулирования механизма предоставления гражданам и организациям соответствующих льгот, на что справедливо указывается в одном из определений Конституционного Суда РФ5. До тех же пор, пока этот механизм не будет определён, проблема возложения на небюджетных нотариусов выдачи свидетельств о праве на наследство будет существовать и требовать своего разрешения.

Во-первых, формулировка ст. 36 Основ не содержит ответа на вопрос, может ли небюджетный нотариус, которому совершение названных нотариальных действий поручается совместным решением органа Росрегистрации и нотариальной палаты, отказаться от принятия такого поручения? Если исходить из того принципиального для небюджетного нотариата положения, что между небюджетным нотариусом и органами контроля над нотариатом не возникает собственно управленческого отношения типа «поручение – исполнение, в противном случае – наказание», то следовало бы признать, что принятие поручения целиком и полностью обусловлено доброй волей нотариуса. Однако такой вывод противоречит закону. Наделение конкретного лица полномочиями нотариуса изначально предполагает компетенцию данного лица по ведению наследственных дел наряду с совершением других нотариальных действий. Поручение органа Росрегистрации и нотариальной палаты в этом аспекте не имеет значения властного акта по наделению дополнительными полномочиями. Более того, органы контроля над нотариатом при отсутствии в округе государственного нотариуса не могут уклониться от решения вопроса о том, кто будет вести наследственные дела? Следовательно, орган Росрегистрации и нотариальная палата, поручая небюджетному нотариусу совершение нотариальных действий по ведению наследственных дел, лишь выполняют функцию контроля над нотариатом в целом. Государство в лице своих органов, осуществляя контроль над нотариатом, обеспечивает реализацию гражданами и организациями их права на квалифицированную юридическую помощь. Таким образом, соответствующее поручение не может рассматриваться как юридически значимое условие подведомственности наследственных дел небюджетному нотариусу, а имеет исключительно организационный характер.

Если же небюджетный нотариус, которому поручено совершение названных нотариальных действий, выразит своё несогласие с принятием соответствующего поручения, то это будет свидетельствовать о недопустимом ограничении собственной компетенции. К тому же, своё несогласие с ведением наследственных дел нотариус может выразить, лишь отказывая заинтересованным лицам в совершении соответствующих действий. Тем не менее основания к отказу в совершении нотариальных действий исчерпывающим образом определены законом (ст. 48 Основ). Обозначенная ситуация не вписывается ни в одно из законных оснований. Следовательно, такой отказ может быть оспорен в суде, и суд примет решение об обязании нотариуса к совершению нотариальных действий по выдаче свидетельства о праве на наследство или принятию мер к охране наследственного имущества. В то же время отказ в совершении нотариального действия, отнесённого к компетенции нотариуса, может рассматриваться как нарушение законодательства, то есть одно из предусмотренных законом оснований лишения нотариуса права заниматься нотариальной деятельностью (ст. 12 Основ).

Определённый интерес представляет вопрос о том, возможно ли поручение о ведении наследственных дел всем небюджетным нотариусам соответствующего округа, то есть неперсонифицированное поручение. Ответ на этот вопрос осложняется прямым указанием закона о поручении ведения наследственных дел «одному из нотариусов, занимающихся частной практикой». Практика свидетельствует о том, что в различных регионах этот вопрос решается по-разному. Так, в Санкт-Петербургском нотариальном округе наследственные дела ведут только те нотариусы, которым это поручено. А в нотариальном округе города Москвы ведение наследственных дел возложено на всех нотариусов округа6.

Логично было бы предположить, что при условии отсутствия в нотариальном округе государственной нотариальной конторы ведение наследственных дел должно было бы входить в компетенцию всех небюджетных нотариусов округа, но с обязательным распределением наследственных дел между ними (например, по адресу и фамилии наследодателя). В противном случае между нотариусами возможны конкуренция, борьба за получение права вести наследственные дела, или наоборот, что, конечно же, несовместимо со статусом нотариуса, противоречит нормам профессиональной этики.

В любом случае распределение наследственных дел между нотариусами должно осуществляться под контролем органов Росрегистрации и нотариальных палат, что исключает возможность заведения разными нотариусами отдельных наследственных дел по одним и тем же основаниям.

Таким образом, системное толкование ст. 35, 36 Основ приводит к выводу о том, что небюджетные нотариусы, как и нотариусы, работающие в государственных нотариальных конторах, уже с момента назначения на должность обладают компетенцией по ведению наследственных дел. Однако для исключения возможности заведения разных наследственных дел по одному и тому же основанию территориальный орган контроля и надзора в сфере нотариата совместно с региональной нотариальной палатой должны распределить наследственные дела между всеми нотариусами соответствующего нотариального округа.

 

 

1 О публично-правовом статусе и контрольных полномочиях нотариальных палат см.: Постановление Конституционного Суда РФ от 19 мая 1998 г. № 15-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 2, 12, 17, 24 и 34 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» // Вестник Конституционного Суда РФ. – 1998. – № 5.

2 Нотариальное право России: Учебник (Под редакцией профессора В.В. Яркова). – М.: Волтерс Клувер, 2003. – С. 138.

3 Российская газета. – 2002. – № 106. – 15 июня (первоначальная редакция).

4 О природе правил подведомственности см.: Осипов Ю.К. Правовые нормы, регулирующие подведомственность юридических дел, в системе советского законодательства / в кн.: Краткая антология уральской процессуальной мысли. – Екатеринбург, 2004. – С. 389–399.

5 Определение Конституционного Суда РФ от 11 июля 2006 г. // Вестник Конституционного Суда РФ. – 2007. – № 1.

6 Вергасова Р.И. Нотариат в России. – М., 2003. – С. 75–76.

 


Вернуться


© Федеральная нотариальная палата, 2006-2012

Пишите нам:info@notariat.ru Web-редактору: web@notariat.ru

Разработка сайта и дизайн «ИнфоДизайн» © 2006
Rambler's Top100